заслуживает или не заслуживает моя жена, хотя до этого и пальцем не пошевелил, чтобы спасти ее, не дать принести себя в жертву Зверю Приграничья.
Он весь напрягся, готовый отразить и нанести удар. Я очень хотел, чтобы он бросился на меня. Тогда я смог бы обрушить на него всю кипевшую во мне ярость.
Повинуясь недоброму чувству, я наклонился к нему и тихо, чтобы слышал он один, спросил:
– Сожалеешь, что не был на моем месте?
Он клюнул на приманку. Ринулся на меня с бранью. Именно этого я ожидал, именно этого добивался.
То, что мне было нужно.
Я злился на Аркина за то, что он оказался прав. Не надо было сюда приезжать. С момента прибытия я был сам не свой. Меня лихорадило, не покидало ощущение тревожности, словно я влез в чужую шкуру. А секс с ней и вовсе явился для меня потрясением. Может, меня околдовали? Может, где-то в темных уголках дворца притаилась ведьма? Дурманит мне голову?
Даже сейчас я хотел затащить Тамсин в постель и снова овладеть ею… а потом еще и еще, до полного пресыщения. Этот порыв привел меня в замешательство. Я никогда не терял самообладания. Никогда не подчинялся импульсивным побуждениям, не шел на поводу у своей похоти.
Я увернулся от кулака этого щенка, сам тут же нанес удар ему под ребра, выплескивая ярость, и испытал истинное удовлетворение, ощутив хруст под костяшками пальцев.
Он судорожно вздохнул и, шатаясь, отступил. Я двинулся на него, чтобы осыпать градом ударов, но между нами встали солдаты дворцовой стражи, защищая своего начальника.
Короля с королевой тут же увели: их безопасность превыше всего.
Аркин с диким рыком выхватил из ножен меч и ринулся в бой.
Засверкали шпаги. Женщины завизжали. На пол полетели графины и кубки. Священник принялся громко молиться.
Внезапно передо мной встала моя жена. Уперлась рукой мне в грудь, пресекая дальнейшее насилие.
– Довольно! – воскликнула она, а потом тихо, с мольбой в глазах, добавила: – Прошу тебя.
Вот так – положила руку мне на грудь, промолвила слово, и я перестал драться. Я поборол позыв накрыть ее ладонь своей, прижать к тому месту, где в груди билось мое сердце, и замереть, впитывая ее пьянящее тепло, которое еще не выветрилось из памяти тела.
Как ей удалось за столь короткое время обрести власть надо мной? За всю жизнь я не встречал более коварной женщины. Я презирал ее и то, что она совершила. И тем не менее подчинялся ей, как телок.
Это было невыносимо.
Все замерли. Аркин завертел головой и наконец остановил взгляд на мне.
– Фелл! – рявкнул он в изумлении, явно недоумевая, почему я остановился, почему не спешу вместе с ним сносить головы.
Потому что она меня попросила.
Я не решался это признать. Сама мысль об этом лишала меня сил.
Начальник дворцовой стражи смотрел на нее, на ее руку, лежащую на моей груди, и в его лице читались обида и боль.
– Тамсин, – прохрипел он с упреком, словно она каким-то образом его предала. Мне хотелось сбить его с ног за то, что он осмелился произнести ее имя, тем более что я сам еще не называл ее по имени. Пусть я не хотел брать ее в жены, но она теперь принадлежала мне. Мне, а не ему. Я готов был разорвать его на части.
Она мельком посмотрела на него и снова сосредоточила внимание на мне.
– Леди Дрихтен, – решительно поправила она Стига, настороженно глядя на меня, словно надеялась заручиться моим одобрением.
Стиг вытаращил глаза.
– Леди Дрихтен? – выдавил он, качая головой, будто не верил своим ушам. – Тамсин, нет…
– Да, – кивком подтвердила она, не сводя с меня глаз. – Да, я леди Дрихтен. Если его светлость не возражает.
Не возражает?
Теперь она просит моего согласия? Я свирепо посмотрел на нее. После того, как брак был узаконен? После того, как она меня обманула? Теперь, когда отказаться от нее невозможно, так как это приведет к междоусобной вражде?
Эта незначительная стычка – лишь пробный камень. Если я отвергну ее в качестве своей жены, все Приграничье встанет на мою сторону, что приведет к расколу королевства. К войне.
Но может, и пора начать войну.
Гамлин получил свой шанс, и в результате страна оказалась на грани разорения. Если бы не поддержка Приграничья, Пентерра уже давно бы пала. Гамлина нужно низложить. Свергнуть с его позолоченного трона. Я отвел взгляд от нее, от этой девочки для битья, и огляделся: меня окружали разгневанные лица.
Сейчас здесь со мной не было всего Приграничья.
Со мной здесь лишь дюжина воинов. Да, они искусны в военном деле, готовы исполнить любой мой приказ, готовы драться насмерть. Но сопротивление, бунт в данный момент приведут к тому, что мы все погибнем. Дворцовую стражу нам не победить. Их слишком много, а нас слишком мало.
Выбора не было. Мне придется изобразить улыбку. Выразить согласие. И вынашивать план мести. Выжидать. Готовить свой следующий ход.
Я этого так не оставлю. Не забуду их вероломства и неуважения. Не забуду и не прощу.
– Не возражаю, – медленно произнес я, окидывая ее бесцеремонным взглядом, смысл которого она, несомненно, поняла. В тот момент я не мог сказать ничего другого. – Я согласен взять тебя в жены.
И да поможет ей бог, ибо я заставлю ее дорого заплатить за это согласие.
Глава 11
Тамсин
Я осталась жива.
А ведь думала, что погибну. Особенно в тот момент, когда лорд Дрихтен сорвал с меня вуаль. Я содрогнулась. Какой же у него был взгляд…
Я отреагировала не раздумывая. Ударила его. Непроизвольно. Вероятно, во мне все-таки теплился дух борьбы. Некий инстинкт самосохранения. Для меня это стало откровением, и я не жалела о своем поступке. Предназначение моей жизни было не только в том, чтобы терпеть побои. Пусть я и девочка для битья, но я не его девочка для битья.
Я вернулась в свои покои. Но понимала: если лорд Дрихтен пожелает меня видеть, он даст знать. Теперь он мой муж. Я в его власти. К счастью, за день он достаточно настрадался по моей милости. Должно быть, женщина, коварно обманувшая его, вызывала у Зверя отторжение.
В общем, тем вечером муж не потребовал меня к себе. И последнюю ночь в родном доме (другого я не знала) мне предстояло провести в одиночестве. С наступлением темноты пришла служанка, чтобы собрать меня в
