я нахожусь в цикличном сюжете, сильно смазало радость от получения трофеев. К тому же, если часть вещей вдруг назвали моими, то как-то раздавать их уже не хочется. Впрочем, было ещё кое-что интересное:
— Это же… Полярис, можно, я заберу себе шарф? — с горящими глазами спросила Настя. Так спросила, что я сразу понял — отставить себе не удастся.
— Зачем он тебе? — в бою предмет был порван, да и выглядел так себе.
— Не знаю… но он один в один как у моего брата.
Девушка достала книжку и раскрыла на зарисовке ручкой, где он был изображён со спины, так что лица было не видно. Но шарф, да, один в один.
— Сейчас, — ответил я и потянулся к предмету рукой.
Очень вовремя я взял себе новую характеристику. Как знал, что она мне сейчас пригодится.
Когда шарф коснулся моих рук, я прикрыл глаза и почти сразу провалился чужие образы. Ощутил себя на улицах Города в этом шарфе. Мне лет пятнадцать, судя по росту. Я иду по улице города, в центре, у моей любимой пиццерии, где мы часто собирались с друзьями.
А за столом… я узнал Марту, Машу из сентябрьского клуба, какого-то незнакомого мужика под сорок, желтоглазую бестию из своего сна и… себя. Я входил в кафе вместе с каким-то блондином в рыжей камуфляжной форме.
«Всем привет», говорю я чужим голосом, приглаживаю любимый шарф и сажусь за стол. В руках телефон. Вышел новый том Церкви Полуночи. Одно из посланий, в которых было отражение реальных событий где-то в другом мире.
Картина менялась. Теперь я смотрел со стороны на того, кем я был. Значит, этот несуществующий брат очень даже существовал.
— Полярис. Рад, что ты добрался до шарфа. Я слишком поздно понял, что Хаос заключил сделку. Всё не то, чем кажется. Он попытается заморочить тебе голову и будет действовать через смешение карт. Я уже не смогу помочь. Ты должен победить мотылька сам.
— Кто ты?.. — спросил я.
Но парень меня не увидел и не услышал. Это была скорее запись или некое воспоминание.
— Если у сестры получится, тащи меня по всем колдунам, способным вернуть память. Найди нужное эхо. Но это как получится. Главное, помни, ты обещал мне защитить мою семью.
— Поляр… — осторожно спросил Полоскун.
— Ты плачешь? — удивилась Настя.
— Действие способности, — ответил я. — Мне передаются запечатанные чувства.
— Ты знаешь, кто был его владельцем? — спохватилась Настя.
— Да… Твой брат. Ты права, этот шарф действительно принадлежал ему.
— Правда? — теперь и у неё глаза увлажнились.
— Способность, — повторил я. — Я вижу часть воспоминаний владельца и понимаю, как этот предмет использовать. Ты знаешь, что он умеет делать?
— Искать… шарф брата умел искать, — ответила девушка. — Жаль, что он порван…
— Дайте мне его на вечер, я зашью, — предложила Марта.
— Отлично! Спасибо! — повеселела Настя.
— Свойства он, вроде бы, не потерял, хоть и порвался, — заметил я.
Вместе со смутным посланием мне перешло и понимание, как пользоваться предметом. Нужно загадать человека или место, затем подбросить и уронить. Шарф покажет, куда идти. Будто компас в игре.
— Забирай, — протянул я ей шарф и осмотрел своих товарищей.
Зачем брат Насти показал мне ту картину? Это знак, кому можно верить? Или как?
Я, он, Марта и девочка в очках из сентябристов… Это те, кого я встречал в этой жизни.
От этих мыслей голова начала болеть. Это в бонус ко всё ещё горящей огнём руке, после тесного знакомства с зонтом.
Он и стал моей жертвой на повторное использование навыка.
По вискам ударило болью с новой силой, и я почувствовал, как из носа пошла кровь.
Да уж, такой жести каждый день не увидишь…
Я ощутил себя неким бесплотным духом, который со стороны смотрит на то, как я в джинсовом плаще в полночь посреди старого кладбища черчу какие-то символы.
Мне сделалось не по себе.
Я что, и правда какой-то злой колдун?
Руны на земле подсветились мягким фиалковым светом. На небе начиналась буря. Молния осветила на миг мой силуэт рядом с крупным раскидистым деревом.
Увидел зонт. Красивого вишнёвого цвета. Нормальный, а не такой, как сейчас — простой современный японский зонт без всякой хтони. Этот образ заполнил всё моё сознание, и вскоре я уже не замечал ни себя, ни могил вокруг, ни темноты ночи. Только зонт.
Я ощутил аромат крови. Запах казался мне родным, запах друга. Запах того, кто позволил мне перестать быть неприкаянным духом и дал существование в виде касэ-обаке.
Сейчас я тоже чувствовал вкус крови, тот же вкус, что и тогда.
— Вот почему ты прекратил пытаться меня убить… — понял я и повалился на пол.
— Поляр!
— Андрей!! — воскликнула Марта с искренним беспокойством.
— Всё… в… порядке…
— Что в порядке? Ничего не в порядке! — воскликнула Марта.
— Приятель, выглядишь ужасно, — вмешался Полоскун.
— Всё в порядке, правда. Это откат способности. Башка перегружена. Собирайте это всё… — это было последнее, что я сказал. Затем, меня просто вырубило.
Очнувшись, увидел картину, которая привычно взбудоражила во мне воспоминания о памятном сне в день, когда всё началось… в этой жизни.
Я лежал на кровати в комнате Ааэа, моей комнате, судя по всему. Того и гляди, сейчас повернусь, а там обнажённая желтоглазая демонесса.
Обернулся. Вздрогнул. Нет, там была не она. Там лежала Ааэа и внимательно смотрела на меня лишённым глаз лицом.
— Доброго утра… сколько я спал? — спросил я. — Где остальные?
— Уже ушли. Сейчас час дня.
— Аф… — я попробовал поднять пострадавшую левую руку и понял, что та вся горит от боли.
— Я смазала её мазью, завтра должно быть уже не так больно. Но сегодня придётся потерпеть. Марта оставила обезболивающее. Малигос принёс нам баклажку воды.
Родители, должно быть, переживают… хотя пропущенных, вроде бы, нет.
В голове была каша. Стоял образ колдуна на кладбище.
— Ничего, до конца света заживёт, — отмахнулся я. — Что с остальными?
— Марта с Настей ушли, забрав шарф. Плащ на вешалке. И… наверное, тебе нужно попробовать применить свою способность на моём… на Герании.
— Обязательно, но не сейчас, — с трудом произнёс я. — Навык меня добьёт такими видениями…
Во рту было
