во дворце, как всякая нормальная невеста.
Она прелестно выглядывала из окошка кареты. Розовое перо цапли с алмазной булавкой красиво оттеняло платиновый оттенок волос девушки. В этом сезоне все блондинки платиновые. Между прочим, это я распорядилась. Природный оттенок моих волос светло-русый с жемчужным отливом. Чтобы не париться с попаданием в топ, я велела топу попадать в мои привычки. Оттого все модницы в Столице ездят верхом в мужских седлах и охотничьих костюмах. Так, как я люблю. Я – невеста принца. Я заказываю музыку и моду. И я сняла с Клары нелепые прошлогодние обвинения в заговоре против меня и Эрика. Она снова «дорогая сестра и подруга». Везде со мной неразлучно. Больше у меня нет близких. Ах да! Еще есть Эрик. Без пяти минут принц-консорт. Свадьба назначена на субботу. И правильно! Сколько можно тянуть, в конце-то концов. И гости съехались.
Я потрепала перчаткой кобылу между ушами. Чуткое животное чуть прибавило шагу. Встречные экипажи и верховые вежливо принимали вправо, уступая дорогу. У меня скромная кавалькада: я на Вишне, Кло в карете с гербами да пара гвардейцев в арьергарде машут флагами для красоты. В карете еще торчит мой личный доктор. А вдруг со мной снова приключится что-нибудь, вроде всеми уже забытого беспамятства? Бесполезный тип. Пошляк, обжора и шпион ЦВЗ.
И моя названная сестра права, если бы не ежедневные поездки верхом к портнихе, я бы взвыла от тоски или покусала первого встречного с особым пристрастием.
Сегодня погодка с самого утра стояла чудная. Солнышко светило, снег тихо падал и сверкал. На тротуаре стоял принаряженный столичный люд и сдержанно помахивал мне веточками пахучих кустарников и улыбался. Здесь каждый мальчишка знает, что я не люблю верноподданнического шума. Весна скоро. Провинция, разодетая в пестрые платки и шапки, пялилась на королевский выезд, открыв рот и поминутно тыкая пальцем. Сомневалась, кто из нас будущая королева, я или Кло. Та время от времени с удовольствием высовывалась и посылала воздушные поцелуи счастливой толпе. Люди радовались.
– Ты счастливая невеста, Милена, так не скрывай своего счастья, – советовала мне девушка, – принц Эрик такой замечательный, внимательный. Он так любит тебя, ценит, уважает…
Всякий раз, когда Кларисса принималась восхищаться моим будущим супругом, я думала, что из нее выйдет отличная любовница. И я, пожалуй, даже стану крестить их детей. Создам что-то вроде детского приюта при монастыре Всеблагой Защитницы, а потом сама переселюсь в монастырь. Управлять страной оттуда даже удобнее, ничто не мешает, никакие глупости не отвлекают…
Я увидела стайку цыганок, громко обсуждающих наряд Кло, перо цапли и алмазную брошь в ее причёске. Разумеется, они тыкали пальцами и в выражениях не стеснялись.
– Эй, ты! – крикнула мне самая бойкая и красивая, – хочу погадать твоей сестре! Все скажу, и про мужа, и про деток, всю жизнь расскажу, какая будет. А будет жизнь у нее королевская, замуж за принца выйдет…
Кларисса сразу высунулась из окошка и доктор с нею. Слушала прогноз самородной гадалки со смехом. Потом перебила:
– Ну со мной все понятно. Ты вот про сестру мою расскажи, раз такая умница.
Клара хихикала и подмигивала. Ее снова приняли за невесту принца, а меня за некрасивую младшую сестру.
– А чо про нее рассказывать? – обладательница тайн судьбы смерила меня с головы до ног черным взглядом, – к таким, как она, любовь сама не приходит. Такие покупают любовь за золото.
Когда тебе сутками напролет талдычат про то, какая ты красивая, любимая, счастливая, разговоры про куплю-продажу сбивают с ритма. Я – покупать любовь?!
– За какое еще золото? – опешила я.
– Известно, за какое, – презрительно ухмыльнулась цыганка и ловко перебросила мне блестящую монету, – золотая имперская крона. Вещь редкая, заговоренная, на каменном мосту найденная. Бери, красавица, специально для тебя берегла, никому не отдавала. Тысяча монет, только для тебя.
Я задохнулась от возмущения. Бросила цыганское золото под копыта Вишне. И послала кобылу вперед.
В конце улицы меня догнал капитан стражи. Кинул руку к козырьку:
– Прикажете выпороть, ваша светлость?
Мысль красивая, ничего не скажешь. Но я уже остыла:
– Не надо. Просто выдворите из города всех цыган. Хотя бы на время праздничных гуляний.
Офицер снова поднял руку в армейском приветствии. Р-раз! И что-то блестящее вылетело из белой перчатки и зазвенело о камень мостовой. Монета?
– Я подумал, «на счастье», и подобрал. Вы не знаете, высокородная госпожа, от найденного золота удача бывает?
Я глядела на монету, дважды за последний час, буквально, лезшую мне в глаза. И вряд ли она золотая. Хотя блестит, как настоящая. И я не из тех, кто платит за любовь.
– Я не знаю.
Я пожала плечами и поехала вперед. Портниха заждалась. ГЛАВА 40. Куда приводят мечты
Хьюго Ламберт
Карта всю зиму не шла, и я знал почему. Это все знают.
Уж больно крепко мне везло на любовь в последнее время. Золото текло рекой в мои широкие карманы. Много погрел постелей в господских домах Коммерческого Союза нынешней зимой. И по заданию Псов Всеблагой, и просто так, по щедрости душевной. Даже одна баронесса из графского замка попалась, но у нее я долго не задержался. Выговор заработал у моего личного святого Мартина. Мол, я не должен лезть к великосветским развратницам. Скандал вышел у нас громкий, чуть до драки с самим мессиром не дошло. Никто мне не указ, что я должен и с кем! Едва в Святую Каталину не загремел, отстаивая свободу выбора.
Но тут прибыла очередная депеша из Ордена и поумерила наш с преподобным взаимный пыл. Многомудрые Псы Всеблагой считали, что следует отвлечь непокорного Главу Коммерческого Союза от торговых дел домашним скандалом. Поэтому, мсье Болт Ламберт, прыгай в седло и обеспечь очередной адюльтер с криками и беготней, можно даже с убийственной дуэлью. Как будто купцы стреляются из-за неверных жен!
Меня же манил Приз знаменитой Королевской игры, которой в большом городе традиционно заканчивался зимний сезон.
Я сел в дилижанс и отправился в Столицу. Пообещал себе до конца предприятия к бабам не прикасаться. Соблазнить мадам Коммерческий Союз можно и на следующий неделе.
Я поселился в самом лучшем отеле с эпичным названием «Рояль». Золото, хрусталь и бесконечный пафос. Казино и ресторан. Все, как я люблю. То и дело хватаю себя за руки, при виде хорошеньких мордашек. Ни-ни-ни. Игра завтра. Терплю, как могу.
Я решил спуститься вниз и поужинать в ресторане, уповая на то, что в мире хватает добропорядочных женщин, готовых дать отрезвляющий отпор голодному инкубу. В пустом номере я скорее завалю
