постель, если я находилась в вертикальном положении дольше, чем требовалось для того, чтобы сходить в туалет.
Пока я спала, мои эмоции понемногу выравнивались, так что я даже не пыталась бодрствовать.
Однажды утром я наконец-то пришла в себя.
Тихонько выскользнув из своей комнаты, я обнаружила, что Илай храпит на диване. Ранда и Ви спали в своих комнатах.
Сонный взгляд на часы показал, что было всего четыре утра.
Я смахнула несколько сальных прядей с глаз и вышла на лестничную клетку.
В нескольких шагах от меня был балкон, где я могла постоять и посмотреть на небо.
Я сделала несколько глубоких вдохов.
Пахло неправильно.
Не как в лесу… не как в том доме.
Не так, как в том месте, которое я начала считать своим.
Я подняла к носу футболку Августа и глубоко вдохнула.
Мой желудок сжался.
Его запах исчез с ткани.
Я скучала по нему.
Вся эта еда и сон восстановили мой организм, и я наконец снова могла мыслить рационально.
Илай был прав. Август вполне мог уехать не попрощавшись, потому что собирался вернуться. И он оставил мне дом и деньги, чтобы защитить.
И уж точно он не стал бы кусать меня, если бы не собирался вернуться.
Но он укусил.
Я была важна для него.
Значит, он вернется за мной, как только сможет.
Входная дверь снова отворилась – на этот раз чуть громче, – и наружу, пошатываясь, вышел Илай. Увидев меня на балконе, он с облегчением вздохнул.
– Думал, ты снова сбежала, – пробормотал он. – Август убил бы меня.
Не убил, но определенно разозлился бы.
– Все в порядке, – сказала я, снова поднимая голову к небу.
Август уличил бы меня во лжи.
Сказал бы, что мы должны быть командой.
Но его не было.
У меня перехватило горло, но слезы не подступили.
Илай встал рядом со мной, тоже облокотившись на перила.
– Он должен провести в тюрьме полгода?
– Такова была сделка.
– Сделка? Разве у него был выбор?
Какое-то время Илай не отвечал.
Пауза затянулась.
– Ему пришлось выбирать между шестью месяцами заключения и изгнанием с горы Мэйт навсегда.
Ох.
У меня еще сильнее перехватило горло.
– Это действительно жестоко.
– Согласен. – Илай провел рукой по волосам. – Если бы они позволили отсидеть мне или Джасу, мы бы согласились не раздумывая. Август заключил эту сделку с Виллинами только потому, что нас не было там, где мы должны были быть.
– А где вы были?
– Мы не хотели покидать дом. – В голосе белокурого дракона слышалось сожаление. – Мы и представить не могли, что Бринн угрожает реальная опасность, к тому же беспокоились о том, что можем столкнуться со множеством человеческих женщин. Мы всегда этого боялись. А Август и так из раза в раз рисковал, сопровождая ее на танцы, в школу и все остальное.
– Как иронично, что он столкнулся со мной после стольких лет, – тихо сказала я.
– Это была судьба, Эл. Не ирония.
– Значит, судьба действительно испортила ему жизнь.
– Нет. Это сделали Джас и я.
Повисло молчание.
Долгая, томительная пауза.
– Я хочу его увидеть, – наконец сказала я. – В тюрьме. Мне нужно знать, действительно ли он вернется ко мне. Я не могу провести следующие шесть месяцев надеясь, если это не так.
– Это невозможно, – решительно отрезал Илай. – Гром никогда не согласится тебя впустить, к тому же это слишком опасно. И даже будь это не так, Август содрал бы с меня кожу живьем, отведи я тебя туда.
– Мне нужно поговорить с ним, Илай.
– Я попробуй уговорить Гром на телефонный звонок.
По голосу я поняла, что брат Августа не верит в успех.
Я мало что знала о драконах, но тоже не думала, что у него получится.
– Я не знаю, что мне делать, – сказала я, все еще глядя в небо. – Полгода – это немного для вас, ребята, но для меня они покажутся вечностью. Я должна радоваться выпускному и новой работе. Я должна налаживать свою жизнь.
– Он хочет всего этого для тебя.
– Но я не хочу этого без него. – В моем голосе звучало разочарование, но слова были искренними. – Больше нет. Мы же стали командой.
– Это и помогло вам пережить зной?
– Это Август помог нам его пережить, – ответила я, закрывая глаза и тихо вздыхая. – Я бы сдалась на полпути. Боль была невыносимой. Он – единственная причина, по которой мы не скрепили нашу связь.
– Он знал, что ты погибнешь в тюрьме, – сказал Илай.
– Возможно.
– Это был не вопрос, Эл. Он знал, что ты там не выживешь, даже с его защитой. Он и сам станет мишенью просто потому, что дракон, но пара дракона в тюрьме для сверхъестественных? Это была бы бойня. Твоего убийцу назвали бы героем. Тебя пришлось бы поместить в одиночную камеру, а никто не выходит из одиночек с ясным рассудком.
– Думаешь, в другой ситуации он скрепил бы связь?
– Он единственный, кто может ответить на этот вопрос, но я бы сказал, что вероятность чертовски велика.
Мы оба замолчали, уставившись в небо.
– Ты скучаешь по полетам? – спросил он спустя несколько минут.
– Больше, чем могла представить. – Мой шепот был тихим, но уверенным.
– Мне жаль, – сказал Илай.
– Мне тоже.
Мы простояли на балконе, пока солнце не поднялось над горизонтом, а затем вернулись в квартиру, которая больше не казалась мне домом.
В тот вечер состоялся выпускной.
Ранда забрала мою мантию и шапочку, так что, когда она вытащила меня из-под одеяла, я поехала с ней на праздник.
Никто не сказал ни слова о высоком белокуром парне, который следовал за мной по пятам, и я предположила, что университет в курсе моей ситуации с драконами.
Я стояла вместе со всеми, когда говорили; шла, когда было нужно, и вполуха слушала нелепые речи о том, как мы стремимся к звездам и достигаем того, о чем никогда не смели мечтать.
Я получила свой диплом, пожала руки людям, которые пахли неправильно, и обняла сокурсников, которых смутно узнавала. Моя семья не приехала, потому что я не сообщила им о разрыве связи.
Это будет непростой разговор. Но он состоится позже.
Когда церемония наконец закончилась, я была измотана и мечтала вернуться домой.
Но вместо этого я позволила Ви и Ранде затащить меня в ночной клуб.
Пока Виола вела машину – а Илай следовал за нами на автомобиле Августа, – близняшки смеялись над нелепостью церемонии.
Это был первый по-настоящему нормальный момент с начала зноя, но я не чувствовала себя нормальной.
Я
