Алекс. Когда за готовку брался Алекс, то это всегда было что-то из консервов. Он ставил миску перед девочкой и убеждался, что она откусила хотя бы кусочек, прежде чем возвращался к плите.
Для себя он всегда накрывал на стол в последнюю очередь.
Всё его внимание было сосредоточено на Арт. Всегда.
— Ты можешь его попросить, — прошептала Арт. — Мы ему нравимся. Он не станет нам отказывать.
Алекс что-то пробормотал в ответ, но Нейт не смог разобрать, что именно.
— Ладно, — вздохнула Арт. — Я сама это сделаю. Ты такой странный. Нейт. Эй, Нейт!
Он оторвал взгляд от своего ноутбука, на экране которого просматривал наброски статей, что уже никогда не будут опубликованы. Он не смог заставить себя их удалить, хотя и был к тому близок.
— Ага?
— Можем ли мы воспользоваться твоей стиралкой и сушилкой? У нас не так много одежды. Нам нужно её постирать.
Алекс на него не смотрел.
— Ага, — сказал Нейт. — Чёрт, простите. Я даже не подумал. Конечно вы можете ими воспользоваться. Прачечная находится в подвале…
— Я знаю, где она, — заявила Арт. — Когда мы впервые сюда приехали, я обошла каждую комнату в доме. Алекс сказал, что я любопытная, но я просто пыталась убедиться, что медведи не пробрались внутрь. Их нигде не было. Что хорошо. Я никогда раньше не видела медведя, но мне кажется, что они довольно большие.
Нейт только кивнул, что начало превращаться в его стандартную реакцию на то, когда Арт говорила что-то не совсем нормальное.
Девочка просияла, глядя на него.
— Спасибо! Алекс. Алекс. Он сказал, что нам можно. Ну давай же. Вставай. Ты такой тяжёлый, боже, поднимайся, ну поднимайся! Ты обещал, что покажешь мне, как стирать!
Алекс встал.
Арт помчалась по коридору к их спальне.
Алекс последовал за ней, хотя и гораздо медленнее.
Он остановился около стола.
Нейт поднял на него взгляд.
— Спасибо, — поблагодарил мужчина.
— Вау, — удивился Нейт. — Ты становишься в этом лучше. Горжусь тобой.
Алекс смерил его хмурым взглядом, прежде чем пошёл за Арт.
Шёл дождь.
Поверхность озера потемнела.
Арт таращилась в окно и вздыхала, позабыв о своей книге, лежащей на диване.
Алекс спросил:
— У тебя есть колода карт?
Это был первый раз, когда кто-то из них заговорил за последний час. Нейт оторвался от своей книги и посмотрел на Алекса, стоявшего возле обеденного стола.
— Что?
— Колода карт, — повторил тот. — У тебя найдётся?
— Эм. Ага. Должна быть одна в… подожди секунду.
— Ты не обязан…
Нейт проигнорировал его и столкнул себя с дивана. Он чувствовал, как Алекс наблюдал за ним, пока он шёл по коридору к шкафу напротив ванной. Он открыл дверцу и потянул за металлическую нить, включив в нём свет.
Внутри было четыре полки. На нижней лежали старые полотенца.
На следующей — запасные простыни для кроватей.
На третьей — лампочки, батарейки и пара фонариков.
На верхней полке стояли стопки настольных игр.
«Извини»[1]. «Монополия». «Тривиальная погоня»[2]. «Угадай, кто», которая была его любимой, хотя никому она больше не нравилась. Он ненавидел «Тривиальную погоню», так как та была выпущена ещё в семидесятых. Сколько бы они в неё ни играли, отец всегда побеждал.
Когда Нейту удавалось убедить Рика сыграть в «Угадай, кто», обычно проходило всего несколько минут, прежде чем Рику становилось скучно и он начинал жульничать.
Рядом с настольными играми затерялась пара колод игральных карт.
Он схватил одну и закрыл дверь шкафа.
Алекс всё ещё стоял на прежнем месте.
Арт смотрела в окно. Дождь хлестал по стеклу.
— Вот, — сказал Нейт.
Алекс взглянула на протянутую руку Нейта.
— Спасибо, — произнёс он. — Это… я знаю, это…
Нейт пожал плечами.
— Всё в порядке. Пожалуйста.
Алекс кивнул. Затем:
— Артемида.
Она бросила на него взгляд через плечо.
Он поднял колоду карт и слегка ею встряхнул.
Глаза девочки загорелись.
— Где ты их взял?
— Нейт дал.
— Мы должны поиграть!
Он мотнул головой в сторону обеденного стола.
Гром прогрохотал над домом, когда Арт выдвинула стул и забралась на него. Алекс сел напротив.
— Ты будешь играть? — спросила она, глядя на Нейта.
Тот отрицательно покачал головой, не понимая, что происходит.
Алекс вытащил карты из коробки.
Он не отложил Джокера в сторону.
Мужчина мастерски перетасовал колоду. Карты шуршали, словно дождь по крыше.
Он раздавал их на двоих до тех пор, пока не закончилась вся колода.
Алекс подождал, пока Арт поднимет свои карты. Она сосредоточенно нахмурилась, количество карт было слишком велико для размера её рук.
— Закрой глаза, — велела она Алексу.
И чудо из всех чудес, он подчинился. Поднял одну руку и прикрыл ею глаза.
Арт встала на коленки на своём сиденье, потянулась через стол и помахала ладонью перед его лицом.
Нейт мог поклясться, что уголки губ Алекса приподнялись.
Удовлетворившись тем, что Алекс ничего не видит, девочка разложила карты на столе. Она выбрала парные и отбросила их в сторону.
Нейт знал эту игру. Не мог вспомнить название, но он её знал.
У Арт был Джокер.
Она посмотрела на Нейта.
— Не подсказывай ему, — приказала она.
Нейт ничего не мог сделать, кроме как кивнуть.
Девочка взяла оставшиеся карты и разместила веером перед лицом, выглядывая поверх них.
— Хорошо, — сообщила она. — Теперь можешь смотреть.
Алекс опустил руку. Он взял свои карты и скинул пары на стол.
— Ты можешь выбрать первым, — разрешила Арт. — Потому что я была первой в прошлый раз.
— Как великодушно с твоей стороны, — сказал Алекс таким сухим голосом, словно наглотался пыли. Он протянул руку и забрал у неё карту, ту, что выделялась среди всех остальных, ту, которую Арт явно хотела, чтобы он взял.
Это был Джокер.
Она хихикнула.
«Старая дева»[3]. Эти два человека, с которыми Натаниэль Картрайт жил уже неделю, и которые находились в бегах от чего-то неведомого, сидели на его кухне в хижине посреди глуши и играли в «Старую деву».
Арт выиграла первую партию.
И вторую.
И третью.
К тому времени, когда они наигрались, дождь прекратился, и девочка заявила, что им нужно выйти на улицу, потому что после дождя в воздухе витает неповторимый запах.
Когда уже стояла у двери, держа Алекса за руку, она развернулась к Нейту.
— Ты идёшь?
Алекс тоже смотрел на него, ожидая ответа.
В конце концов, Нейт кивнул.
Они вышли наружу.
Арт была права. Ничто не могло сравниться с запахом, витавшим в воздухе после дождя.
Его кожа стала ледяной к тому времени, как они вернулись в дом. Нейт сказал им, что собирается принять душ, чтобы согреться.
Он
