вмешиваться и время от времени, когда к нему обращаются за помощью (особенно Шауль) отгавкиваться:
— А-а-а! Не слушались меня! Царя захотели! Вот вам царь! А от меня теперь помощи не ждите!
Справедливости ради заметим, что Шауль царя не просил, что на царскую должность его выбрал пророк Шмоэль, по личному указу Всевышнего. То есть Всевышний, всевидящий, вездесущий и всезнающий выбрал Шауля лишь за тем, чтобы тот облажался. Это называется подстава. Ну да ладно, не впервой.
Так вот, наш отличный парень Давид пока что продолжал заниматься немножко охранным бизнесом. И жители городка Зиф снова прибежали к Шаулю и попросили избавить их от пылкой заботы Давида.
Начинается еще одна серия Том и Джерри.
Давид оказался в районе Хихля, что чуть северо-восточнее его новых владений в Кармель и чуть восточнее Зиф, совсем недалеко от южной части Мертвого моря. Жарковато там.
Снова армия Шауля безрезультатно ловит Давида, а когда все ложаться спать, то Давид со своим другом по имени Авишай (думаю, имена второстепенных персонажей добавлены для пущей достоверности) и каким-то хеттским воином-интернационалистом по имени Ахимелех, подбираются прямо к спящему Шаулю. Интересно, что на этот раз они не стали подкарауливать Шауля пока тот какает, а решили сменить тактику, хитрецы! Тут как в песне, все гусары спят беспробудным сном, а Давид и Авишай яростно спорят над телом Шауля: убить его или нарисовать ему усы зубной пастой?
При этом Давид довольно прозорливо замечает, что поднимать руку на помазанника божьего — большой грех, и друзья удаляются, прихватив с собой копье и флягу Шауля.
Сказочник, кстати, сообщает, что маршал Шауля, Авнер, спал рядом с Шаулем. Только сейчас я сообразил, что Авнер упоминается несколько раз, а на самом деле, имени его никто не знает. Потому что Авнер это в переводе означает сын человека по имени Нер. Ну да ладно. Даже если бы мы совершенно точно знали бы его имя, отчество, адрес и почтовый индекс, то это ничего не изменило бы.
Похитив копье и флягу Шауля, Давид отбежал подальше, забрался на гору и заорал с горы:
— Авнер, выходи, подлый трус!
Далее происходит короткий диалог, Авнер пристыжен и скомпрометирован, так как плохо охранял покой своего господина. Шауль пристыжен и скомпрометирован так как опять Давид утер ему нос.
Тут Шауль прямо-таки рассыпается в комплиментах Давиду, и называет его своим сыном, и пророчит ему всяческие успехи, но почему-то не спешит вернуть своего сына во дворец. И снова Давид и Шауль расходятся, причем Давид, обращаясь, так сказать, к читателю, выражает уверенность, что когда ни будь Шауль его все-таки достанет.
И решает наш герой еврейского народа податься на службу к филистимлянам.
Герой филистимского народа
Нам рассказывают, что Давид, а с ним обе его жены и шесть сотен басмачей, направились прямохонько к уже известному нам царю Ахишу, в город Гат. Есть информация, что в 10 веке до н. э. самым сильным филистимским городом был Экрон, ну да ладно. Гат располагался, скорее всего, где-то посередине между современными городами Реховот и Кирият-Гат.
— Если нравлюсь я тебе — начал Давид, сверкнув на Ахиша красивыми глазами — то дай мне какой-нибудь маленький город, и буду я там жить спокойно да примуса починять мемуары сочинятьгербарии собирать.
Очарованный Ахиш выделил Давиду город Циклаг. Вот так просто. Попросил город — на, получай! Три тысячи лет прошло, а система ничуть не изменилась. Если захотите какой-нибудь маленький город — просто попросите. Надо только знать у кого просить.
Циклаг скорее всего располагался на середине линии между городами Ашкелон и Бээр Шева.
Упоминая как Ахиш подарил Давиду Циклаг, автор пишет и поэтому до сих пор Циклаг собственность царей Иудеи. Вот вам прекрасное доказательство, что Писание сочинялось уже после падения Израиля, и как минимум, после смены нескольких Иудейских царей. Кроме того, можно предположить, что кто-то предъявлял территориальные претензии на Циклаг, поэтому автор и закрепляет права иудеев на город.
Далее, Давид описывается как вассал Ахиша, и ведет двойную игру. Ахиш уверен, что Давид совершает рейды на евреев, а Давид тем временем громит племя Амалек на пространстве между Иудей и Египтом. Ахиша рисуют нам как доверчивого и добродушного малого, к тому же слабо разбирающегося в географии. Давид доставлял Ахишу трофеи после своих набегов, но Ахиш не замечает, что барахлишко-то ему доставляют не еврейское. Хотя, вполне возможно, что в то время никакой разницы в одежде и утвари между разными племенами Ханаана не было. Чего не сказать о филистимлянах, поскольку их культурно материальные отличия от ханаанцев хорошо известны. Тут автор как бы сам удивляется наивности Ахиша и добавляет, что во время своих рейдов Давид не оставлял в живых ни мужчин, ни женщин, чтобы никто не мог проболтаться. Святой человек, наш любимый царь Давид, что тут скажешь. До этого, кстати, нам рассказывали, что Шауль перебил все племя Амалек, оставив только самых упитанных овец и коз. Вот от этих-то коз, видимо, и расплодились нынешние басмачи, которых громит Давид.
Далее, нам рассказывают, как Шауль идет на битву с филистимлянами, но Милосердный Всевышний уже отринул Шауля, поэтому филистимляне служат как бы орудием казни в руках Господа.
Давида освобождают от битвы по причине плоскостопия, и он остается в Циклаге.
Армия филистимлян собирается в городе Афек, чуть восточнее современного города Петах Тиква. Интересно, что Афек хорошо изучили и археологические находки в целом подтверждают библейское изложение событий — действительно, Афек был самым северным филистимским городом, действительно, есть следы разрушений, которые можно отнести к битвам 11–10 веков. Чего не знали авторы Библии, так это того, что в период до катастрофы бронзового века, Афек уже был древним ханаанским городом с более чем 2000-летней историей на тот момент, а в период бронзы это был настоящий египетский административный центр. Вернемся, однако, в 10 век. Филистимляне выходят из Афек и двигаются на север, где на горе Гильбоа их поджидает Шауль. Гора Гильбоа находится, грубо говоря, на середине расстояния между южным берегом Кинерет и Шхемом. То есть это уже вполне северный Ханаан. И возникает вопрос: за каким чертом понесло филистимлян в такую даль?
— Почему вы деретесь, Портос? — Я дерусь просто потому, что я дерусь!.
Очень подозрительно. На протяжении всей истории с тех пор, как филистимляне получили от Фараона свои вотчины в Ханаане, нет никаких свидетельств, что они совершали военные походы на такие расстояния.
Ну да ладно. Вернемся на гору Гильбоа, где кипит кровавая битва.
Шауль
