— Милорд, вы поступили очень грубо, — мягко сказала Сабрина, снимая со спинки кресла свой шелковый с золотой вышивкой шарф и набрасывая его на плечи.
— Извините, но я, видимо, ошибся, и вам доставляло удовольствие ухаживание этих пропахших навозом хамов?
Сабрина неожиданно для себя самой улыбнулась:
— Мне показалось, что никто этого не заметил, кроме вас.
— Вынужден вас разочаровать, мисс Линдсей. Мы все оказались тому свидетелями.
Джек опустился в кресло и многозначительно посмотрел на девушку снизу вверх:
— Забавно было наблюдать, как те двое издевались над очаровательным беспомощным существом.
На лице Сабрины появилось выражение крайнего удивления.
— Уж не пытаетесь ли вы сделать из меня несчастную жертву?!
— Нет. Я просто размышляю над причинами, по которым эта легкомысленная молодая женщина терпит подобное обращение.
Слова Дарлингтона глубоко уязвили Сабрину, хотя и не слишком удивили. Кто еще мог бы позволить себе сидя разговаривать со стоящей перед ним женщиной?
— Тогда мне непонятно, что заставило вас снизойти до разговора со мной, — усмехнулась она.
— Непонятно? — переспросил Джек, удивленно выгнув левую бровь, и стал с искусством профессионального картежника тасовать колоду. — В любой ситуации я стараюсь взять решающую взятку. И это всем хорошо известно. Поэтому одного моего присутствия рядом с вами достаточно для появления разного рода домыслов и сплетен. Женщины же, которые провели со мной чуть больше времени, рискуют или навсегда испортить свою репутацию, или прослыть сумасшедшими. Что предпочли бы вы?
Абсолютно не смутившись, Сабрина ответила ему чарующей и самоуверенной улыбкой:
— Вы меня боитесь? Я полагала, что только гордость не позволяет вам осознать исходящую от меня опасность. И очень рада, что не ошиблась.
Если Джек надеялся смутить Сабрину, то он жестоко ошибся.
— Вы ждете, что я стану с вами играть? — спросила она, как только виконт начал тасовать карты.
Джек поднял голову и посмотрел на Сабрину.
— Вы всему требуете дополнительных подтверждений, мисс Линдсей? — усмехнулся он. — Честное слово, очень утомительно иметь дело с женщиной, которая думает, что не способна привлечь внимание мужчины.
Джек бросил на девушку быстрый взгляд, в котором на этот раз не было обычной холодности. Заметив это, Сабрина была несколько удивлена. Она уже успела привыкнуть, что Дарлингтон никогда не улыбается. Его губы постоянно кривились в насмешливой усмешке, а глаза выражали откровенное презрение к собеседнику. Но сейчас лицо Джека выглядело почти добродушным.
Он был поразительно красив, и Сабрина поймала себя на мысли, что не понимает, почему не заметила этого раньше. Возможно, потому, что никак не могла отделаться от воспоминаний об их первой встрече в галерее минеральных вод. Английские лорды традиционно слыли утонченными аристократами, Джек Дарлингтон был явным исключением из общего правила. До этого момента Сабрина не обращала внимания на его манеру одеваться во все черное. Только рукава камзола, выгодно подчеркивающего достоинства его фигуры, были украшены кружевными манжетами.
Странный трепет охватил Сабрину, когда она разглядывала Дарлингтона с таким пристальным вниманием, какого раньше не удостаивался ни один мужчина.
Внезапный крик, пронзительный и резкий, как звон разбитого стекла, прервал размышления Сабрины. Она вскочила со стула и посмотрела туда, откуда он донесся.
На полу возле карточного стола лежала Шарлотта Лавлейс…
Наверное, родиться мужчиной — значит получить какое-то преимущество, размышляла Сабрина, поддерживая на плече голову уснувшей Шарлотты. Она уснула сразу же, как только карета отъехала от парадного входа дома мистера Эйвери. Их счастливое избавление от вопрошающих взглядов и удивленного шепота гостей стало возможным благодаря неожиданному спасителю. В роли такового выступил виконт Дарлингтон, хотя, возможно, это и не входило в его планы.
Увидев Шарлотту, лежащую без сознания на полу, Сабрина бросилась к ней с единственной целью помочь подруге, которой сделалось плохо.
Бедная графиня распростерлась на ковре, как надоевшая и брошенная ребенком тряпичная кукла. Голова ее была откинута назад и находилась в самом неестественном и неудобном положении. Ворот свободного шелкового платья распахнулся, обнажив почти до сосков упругие полушария грудей.
Сдернув с плеч шарф, Сабрина набросила его на грудь подруги. Виконт Дарлингтон приказал срочно принести спирт и камфару и смочил ими лицо, губы и ноздри Шарлотты.
Она открыла свои большие глаза, казавшиеся в тот момент просто огромными, посмотрела в лицо Джеку и только тогда поняла, кто над ней склонился. От смущения щеки Лотты сразу сделались пунцовыми.
— Милорд, что это? — прошептала она.
— Совсем не то, графиня, что вы могли подумать, а я пожелать.
Виконт улыбнулся Шарлотте. Это была такая добрая и нежная улыбка, что у Сабрины от неожиданности перехватило дыхание. С какой теплотой Шарлотта смотрела на Джека! А он, легко подняв ее с пола, продолжал высоко держать на руках и нежно прижимать к груди. Потом столь же бережно посадил в кресло. Не надо обладать богатым воображением, чтобы расшифровать пронесшийся по толпе шепот при виде столь трогательной сцены.
Убедившись, что Шарлотта может встать на ноги, он помог ей подняться с кресла и, фамильярно обняв за талию, повел к выходу. Гости, толпой повалившие вслед за ними, уже не сомневались, что Дарлингтон поедет вместе с графиней к ней домой.
Сабрина хотела казаться холодной и спокойной, но, понимая, что это ей не удается, еще крепче обняла измученную подругу и прижала к себе. Нет, сегодня ночью виконт Дарлингтон не станет желанным гостем в доме Лотты! Пусть только попробует воспользоваться ее нездоровьем! Пусть попробует!
— Вы должны лучше заботиться о леди Шарлотте, — неожиданно раздался голос виконта, нарушив царящее в карете молчание.
Назидательный, почти обвинительный тон Дарлингтона вызвал у Сабрины приступ раздражения, хотя сама она только что думала примерно о том же.
— Я не прислуга леди Шарлотты, милорд! Мы с ней подруги.
Сабрина заметила, что Дарлингтон упорно смотрит в окно, будто видит там нечто очень интересное.
— Графиня привозит вас, простолюдинку, в свой дом и обращается как с равной, — медленно проговорил Джек, чеканя каждое слово. Он оторвался от окна и холодно посмотрел на Сабрину. — В глазах столичной аристократии это выглядит откровенным вызовом обществу.
Слова виконта падали на девушку, подобно ударам бича.
— Уверяю вас… — попыталась защититься Сабрина, но Дарлингтон тут же оборвал ее:
