и Тезей, будь они безоружны, не могли бы добиться длительного соблюдения данных ими законов. Как оно и случилось в наши дни с фра Джироламо Савонаролой: введенные им порядки рухнули, как только толпа перестала в них верить, у него же не было средств утвердить в вере тех, кто еще верил ему, и принудить тех, кто уже не верил.
В переводе Марка Юсима: «… Помимо всего прочего, народ обладает изменчивой природой, его легко в чем-либо убедить, но трудно удержать в этом убеждении. Поэтому нужно быть готовым силой заставить верить тех, кто потерял веру. Моисей, Кир, Тезей и Ромул недолго могли бы поддерживать соблюдение своих законов, если бы были безоружными, как показывает происшедшее в наше время с братом Джироламо Савонаролой, который претерпел крах со своими новыми порядками, как только масса перестала ему верить, а он не мог удержать тех, кто поверил ему раньше, и заставить поверить сомневающихся».
Слова «нрав людей непостоянен» – один из краеугольных камней политической концепции Макиавелли. В них можно видеть, как это уже делалось, начало «политического пессимизма», линии, включившей в себя, в частности, Гоббса и отделявшей политику от морали[299], однако на самом деле здесь речь идет скорее о куда более реалистичном понимании политического поведения масс, чем это было до работ флорентийца.
Макиавелли утверждает в этом маленьком отрывке следующее:
– необходимо учитывать возможность изменения общественного мнения и политической ситуации;
– общественное мнение изменчиво по своей природе;
– новые идеи могут быть восприняты обществом относительно легко;
– хотя новые идеи могут быть восприняты обществом относительно легко, изменчивость настроения масс приводит к тому, что впоследствии народ отворачивается от реформаторской идеологии;
– успех реформ зависит от умения правителя предвидеть изменение политической ситуации;
– изменение политической ситуации может потребовать применение силы для завершения реформ;
– государь должен быть готовым к использованию принуждения в отношении своего народа;
– общественное мнение является ключевым в политическом процессе вообще и политическом процессе во время реформ в частности;
– общественное мнение можно и должно регулировать;
– насилие является необходимым элементом управления общественным мнением;
– Савонарола являлся пророком-реформатором (если учесть крайне негативное в то время отношение к данному монаху католической церкви, то эта мысль могла дорого обойтись Макиавелли);
– причина поражения Савонаролы состоит в невозможности использовать принуждение для регулирования общественного мнения. Поскольку сам Савонарола и его последователи насилия не чурались, можно предположить, что Макиавелли имел в виду, что для использования принуждения при регулировании общественного мнения нужен особый аппарат. Хотя, скорее всего, это была слишком смелая мысль для того времени.
На пути людей, подобных тем, что я здесь перечислил, встает множество трудностей и множество опасностей, для преодоления которых требуется великая доблесть. Но если цель достигнута, если государь заслужил признание подданных и устранил завистников, то он на долгое время обретает могущество, покой, почести и счастье.
В переводе Марка Юсима это место выглядит следующим образом: «Итак, подобные деятели сталкиваются со множеством трудностей, и все опасности, встречающиеся им на пути, они должны преодолевать своей доблестью. Но пройдя через опасности и завоевав уважение, расправившись с теми, кто должен испытывать к ним зависть, они пребывают в могуществе, почете, безопасности и довольстве».
Один из ключевых моментов книги. Для основания собственного государства и проведения там необходимых законодательных преобразований правителю требуется «великая доблесть». Без virtù государю в такой ситуации делать нечего.
Еще один постоянно встречающийся у Макиавелли момент (вообще ключевые тезисы у него постоянно повторяются, что было видно из предыдущего анализа и последует далее). Суть его сводится к тому, что в интересах государя обеспечить себе положение быстро и жестко (устранив «завистников»), а потом править в обстановке стабильности. Этот тезис в целом противоречит еще одной максиме автора, согласно которой необходимо учитывать постоянную смену ситуации. Впрочем, автора в данном случае надо понимать скорее ситуативно.
Вообще высказывания и понятия Макиавелли можно понять только в контексте того, о чем он рассуждает в конкретный момент[300]. Здесь он подчеркивает, что успешное правление должно опираться на поддержку общественного мнения и устранение оппозиции. А дальше обещает читателю, что выполнение его советов приведет государя к полному успеху. Самореклама в собственной книге – прием обычный и эффективный. Ниже выяснится, что для того, чтобы удержаться у власти, правителю потребуется еще много знаний и много различных качеств. Перечислять которые будет, разумеется, сам Макиавелли. Но это будет уже потом.
К столь высоким примерам я хотел бы присовокупить пример более скромный, однако же сопоставимый, и думаю, что его здесь достаточно. Я говорю о Гиероне Сиракузском*: из частного лица он стал царем Сиракуз, хотя судьба не подарила его ничем, кроме благоприятного случая: угнетаемые жители Сиракуз избрали его своим военачальником, он же, благодаря своим заслугам, сделался их государем. Еще до возвышения он отличался такой доблестью, что, по словам древнего автора, nihil illi deerat ad regnandum praeter regnum[301]. Он упразднил старое ополчение и набрал новое, расторг старые союзы и заключил новые. А на таком фундаменте, как собственное войско и собственные союзники, он мог воздвигнуть любое здание. Так что ему великих трудов стоило завоевать власть и малых – ее удержать.
Чтобы мысль Макиавелли была яснее, уточню, что под «судьбой» здесь в тексте стоит fortuna, а под «благоприятным случаем» (у Юсима «подходящий случай») – occasione. Под союзниками здесь Макиавелли наверняка имел в виду внешние альянсы Гиерона, которые играли ему на руку в защите и государства, и собственной власти. Однако тут следует иметь в виду важность и внутреннего союзника сиракузского правителя – населения, поддержка которого была не менее важна, чем внешние союзы. Другое дело, что Макиавелли, скорее всего, не мог не знать адресованных Гиерону панегириков со стороны античных авторов и мнения Полибия о том, что к власти тот пришел только благодаря своим достоинствам, а не «подарку судьбы»[302].
Принципиально важно, что в этом сравнительно коротком примере дана иллюстрация сделанных выше теоретических размышлений. В частности, следует подчеркнуть, что особое значение для Макиавелли имело вынесенное в заголовок, но не упоминаемое в главе понятие собственное оружие (armis propriis). В данном случае речь идет о собственном войске и собственных, то есть личных, союзниках. В дальнейшем автор «Государя» еще неоднократно коснется необходимости полностью контролировать вооруженные силы для того, чтобы гарантировать свою личную власть. В настоящее время это положение кажется само собой разумеющимся. Однако в Италии периода Макиавелли по ряду причин, к которым еще предстоит обратиться, столь же естественным казалось ограничиваться привлечением наемников на ограниченный
