злобных глазок Пурбы. Спиной натолкнулась на кого-то. Крепкие руки схватили меня за плечи, отволокли в сторону, а над ухом прозвучал знакомый голос куратора:
– Тебе лучше не стоять на виду, когда он будет кидать кинжал.
– Что? Зачем его кидать? – я покосилась на Фуриона из-за плеча.
Куратор плотно сжимал губы и выглядел очень сосредоточенным. Поскольку он не счел нужным ответить, я снова спросила:
– Но Денис не умеет кидать ножи. Как он будет его бросать? И куда?
– Ему придется, – Фурион пожевал губами и чуть расслабился, словно, наконец, услышал то, что пытался расслышать. – И не куда, а кому.
– А кому? – я эхом повторила вопрос.
– Своему наставнику. А тот должен будет его поймать. Смотри, сейчас сама все увидишь. Пусть для начала возьмет ее. Силенок у твоего муженька не особенно много, хотя…
Верховная открыла дверцу клетки, и Пурба тут же высунула свою уродливую голову наружу. Денис отшатнулся и едва не упал, но его поддержал за плечи кто-то из стоявших позади магов.
– Давай-давай, пока она тут по стенам бегать не начала, – Катарина хотела подбодрить Дениса, но сделала только хуже.
Денис попятился, и колдовской живой нож полностью выполз наружу. Тот из магов, кто удержал моего супруга в горизонтальном положении, подтолкнул его обратно, и Дэн, споткнувшись в полупрыжке, оказался лицом к лицу с хищным оружием. Пурба тут же клацнула бритвенно острыми зубами.
– Ой, оно ему сейчас нос откусит! – я прикрыла лицо ладонями, с ужасом следя за происходящим.
– Не откусит, – Фурион усмехнулся. – Самое бОльшее, что может отгрызть Пурба, это его связь с прежней жизнью. Пурба – символ очищения и избавления от привязанностей.
– Не уверена, что буду этому рада, – я нахмурилась еще сильнее, хотя еще с самого начала было понятно, что ничем хорошим эта инициация не кончится.
– Ну, же! – Верховная начала терять терпение.
– Будь смелее, – откуда-то сбоку прожурчал мелодичный голосок.
Я повернула голову и с удивлением обнаружила Милану Вамп, которая, не отрываясь, следила за действиями Дениса. И сейчас ее голос не имел ничего общего с тем нудным блеклым гундежем, которым она читала нам лекцию по истории.
И мой супруг вдруг подобрался, выпрямился, как будто даже став стройнее и выше ростом, и решительно протянул руку за кинжалом. Я зажмурилась, ожидая, что сейчас острые зубки вцепятся в его руку, но мгновения шли, а криков боли слышно не было.
Я открыла глаза. Денис с удивлением держал Пурбу в руке, а уродливое навершие в виде человеческой головы ласкалось к его ладони и разве что не мурчало от удовольствия.
– Вот, даже так… – Фурион поцокал языком. – Кто бы мог подумать. Теперь если еще и его наставником станет…
– Прекрасно! – Катарина хлопнула в ладоши, и я вздрогнула. – Завяжите ему глаза.
– Зачем это? – Денис тут же напрягся.
– Затем, что сейчас ты будешь вслепую бросать Пурбу, а поймать ее должен будет твой наставник.
– Но я не умею бросать ножей, – Дэн выглядел растерянным, а ритуальный кинжал продолжал ластиться к его ладони.
– Не волнуйся, Пурба сама выберет нужную цель, – Верховная улыбнулась идеально белой улыбкой и перевела взгляд на меня.
И в этом взгляде было злое торжество.
А до меня чудовищно медленно и словно нехотя начал доходить смысл того, на что подписался Тарлан, участвуя в этой церемонии.
Денису завязали глаза, все отступили от него еще дальше, и он остался совсем один на пустом пятачке пространства с ритуальным кинжалом в руке. Мне даже стало жаль супруга, таким он в тот момент казался потерянным и одиноким. Но потом взгляд мой встретился с взглядом Миланы Вамп, она улыбнулась, и жалость мою, как ветром сдуло.
Воздух вокруг Дэна заискрился, и мой супруг вдруг начал вращаться вокруг своей оси так, словно у него под ногами оказалась крохотная карусель. Он кружился все быстрее, расставив руки в стороны для равновесия, а какая-то сила не давала ему упасть.
И вот, внезапно вращение остановилось. Дэн замер в неловкой позе, компенсируя остановку движения…
– Бросай! – хлыстом ударил резкий окрик Катарины.
Неловко замахнувшись, Дэн швырнул Пурбу куда-то в пространство перед собой – совершенно неумело и несильно. Ритуальный кинжал, несколько раз перекувырнувшись, в воздухе, словно в замедленной съемке, сыто чавкнул и оказался в руках Миланы Вамп, хоть она и стояла в стороне, а не на траектории броска.
– Браво, – Верховная ответила коротко и одобрительно кивнула Милане.
– Ну, вот, так я и думал, – снова Фурион зашептал мне на ухо. – Все одно к одному сложилось.
– Что сложилось? Ничего не понимаю, – я смотрела на то, как Дэн сорвал с глаз повязку и чуть ли не вприпрыжку бросился к своей вновь обретенной наставнице.
– Пурба почуяла в нем силу… хм… определенного рода, – куратор замялся. Мне даже показалось, что он покраснел. – И выбрала ему в наставницы суккубу. Все это говорит о том, что твой муженек инкуб. Мдя… таких у нас в Академии еще не было.
– Кто-кто мой муж? – слово было знакомое, в юности я увлекалась разными народными сказками и мифологиями, но с возрастом все это подзабыла за ненадобностью.
– Дух плотского влечения. Мужская его ипостась. А Милана – женская. Неудивительно, что они друг дружку отыскали, – Фурион говорил, откровенно смущаясь и отводя глаза, а я только рот открыла, еще не до конца осознавая, чем для меня чревата эта новость.
Оформить эту мысль до конца и ужаснуться ей мне не дала Катарина:
– Эй, бродяжка! Теперь твоя очередь!
Верховная поманила меня к себе, словно паук, завлекающий жертву блеском веселых капелек росы в паутине. И я безропотно пошла ей навстречу.
– Удачи, девочка, – Фурион шепнул мне вслед, но я даже головой не кивнула в знак благодарности. Просто не могла сделать ни одного лишнего движения. Я снова смотрела только на Пурбу, которую магесса вернула в ее клетку.
– Хватит духу? Сунуть руку в клетку с Пурбой? – Катарина смотрела на меня свысока, хоть мы и были с ней одного роста.
Не без труда я перевела взгляд на лицо Верховной. Да, Хелла была очень похожа на мать. Мимикой, выражением лица, его чертами – резкими и угловатыми. У взрослой женщины не должно быть таких углов в лице, их
