него.
– Мамочки! – Я прижала ладони к губам.
Корнелл пропал из вида – вокруг него заклубилась тёмная неразборчивая масса. Я пыталась сообразить, что могу с этим сделать, но на ум не шло ни одной дельной мысли. Я же не боевой маг, а всего лишь альеза и даже пнуть этот сгусток тьмы не могу. Откуда вообще взялась эта сущность?!
Бездумно я потёрла плечо, которое пекло так, словно его присыпали жгучей приправой.
Это что же получается – метка чудит? Пожалуй, такая защита посерьёзнее, чем у платья с эмблемой военного гарнизона.
Наконец угольный туман опал, а вместе с ним на пол рухнул и Корнелл. В первый миг я испугалась, что произошло самое страшное, однако дракон дышал вполне себе спокойно и размеренно, словно на него навели сон.
И как только всё успокоилось, жжение метки прошло.
– Что тут у тебя происходит?! – раздался голос Беатрис.
Она стояла, схватившись за ручку двери одной рукой, а второй – за косяк, будто готова была упасть.
– Он как-то пробрался сюда… – начала было я.
– И ты его треснула? – ахнула девушка. – Нет, он заслужил, конечно… Но ты уверена, что он очнётся?
Я не стала объяснять ей нюансы того, что случилось с Корнеллом. Надо просто отнести его в другую комнату – не оставлять же тут! – а затем уже обследовать, чтобы понять, в каком он сейчас состоянии.
– Я позову сестёр.
– Я посторожу его, а ты иди! – Беатрис махнула на меня рукой. – Нет, ну надо же, какой мерзавец, а с виду просто душка!
Все они душки, пока не начинают распускать руки. Впрочем, некоторым хватает просто открыть рот, чтобы разрушить свой благородный облик. Но я не стала пускаться в рассуждения на эту тему. Надо сообщить сёстрам о том, что случилось. Неужели они оказались настолько невнимательными, что пропустили сюда мужчину? Или ему удалось как-то с ними договориться?
Я опрометью бросилась по коридору, а затем вниз по лестнице. Хорошо, что она достаточно узкая, чтобы можно было хвататься руками за стены, потому что иначе я уже давно полетела бы с неё кубарем.
Только спустившись на первый ярус, я вдруг поняла, что не знаю, куда идти дальше, поэтому вышла в холл, чтобы сориентироваться. Даже спросить не у кого: все уже спят… Но вдруг снаружи сквозь шум дождя донеслись чужие голоса, входная дверь распахнулась, и внутрь вошли закутанные в плащи женщины.
– Говорят, дождь в дороге – хорошая примета, – смеясь, проговорила одна. – Но мы изрядно озябли.
Она стряхнула капли с плеч.
– Ничего, сестра, – ответила ей другая, пониже, – я уже растопила камин в вашем кабинете. Заварим чай, и…
Они резко смолкли, когда заметили меня.
– Что случилось, милая? – Вперёд вышла пожилая служительница, которая держала в руке фонарь.
– Простите, сёстры, за беспокойство, но в мою келью пробрался мужчина, – пояснила я. – Из тех, что сегодня прибыли с нами. Я пыталась его прогнать, и он сейчас без сознания…
– Как же упорно ты его прогоняла, – женщина, лицо которой до сих пор скрывалось в тени капюшона, тихо усмехнулась и оттеснила старшую товарку в сторону.
Она чуть приподняла подбородок, и теперь я могла видеть её глаза, а ещё черты, по которым, даже ничего о ней не зная, сразу поняла, что между ними с Рикардом шан Дегрейном есть близкое родство. Та же слегка смуглая кожа, тот же пронзительный взгляд, даже породистый нос и тот похож.
Видимо, это и есть настоятельница. Она показалась мне очень красивой и печальной.
– Да, вышло очень неприятно, – подтвердила я. – Для осмотра его нужно перенести в другую келью.
– Как хорошо, что сегодня у нас в гостях так много лекарок. – Настоятельница наконец сняла капюшон. – Мы точно его выходим. Показывайте, где это случилось.
Она подошла и ободряюще поддержала меня под локоть. На пару мгновений мы замерли, посмотрев друг на друга, её взгляд плавно очертил моё лицо, а на губах расцвела слегка напряжённая улыбка. Будто женщина поняла то, о чём я говорить не хотела.
Скоро мы поднялись наверх, где Беатрис нервно расхаживала вокруг неподвижно раскинувшегося на полу Корнелла.
– Это пострадавший, я так полагаю, – констатировала настоятельница. – Что ж, давайте отнесём его в любую пустую келью. В лучшие времена здесь было больше сестёр, а сейчас служение Трёхликому далеко не так популярно, как раньше.
Тут же подоспели другие сёстры: одни подтащили носилки, другие бросились открывать дверь. Мы не без труда донесли Корнелла до комнаты, а там переложили на кровать.
– Чем же ты его так ударила, что он всё никак не очнётся? – нахмурилась настоятельница. – Если что-то нужно, говорите. А я пойду разбужу матру Дайру. Она должна знать, что случилось.
Гуськом все сёстры покинули келью, и вокруг стало почти тихо, слышалось только глубокое дыхание Корнелла.
– Похоже, тебе снова влетит, – вздохнула Беатрис.
– Это почему? Не я проникла в его комнату, вообще-то! – Я упёрла кулаки в бока.
– За то, что едва не прибила по неосторожности, – пожала плечами девушка. – В таких случаях общество чаще всего встаёт на сторону мужчины. Особенно если это дракон…
Умолчав о том, что «прибила» его, строго говоря, магия метки истинной, я осторожно приподняла голову Корнелла, а Беатрис ощупала её, внимательно осматривая со всех сторон.
– Странно, ничего… Ни шишки, ни припухлости. – Она озадаченно потёрла подбородок. – Он что, от страха в обморок упал? Ты напугала его какой-то из своих иллюзий, да? – её голос стих до заговорщицкого шёпота.
– Можно и так сказать, – призналась я. – Ещё немного защитной магии. Надеюсь, ты не станешь рассказывать об этом Дайре?
– Да он сам расскажет, когда очнётся, – фыркнула лекарка, махнув на дракона рукой. – Ладно, давай сделаем ему охлаждающий компресс, пока сюда не пришли остальные. Может, они не станут всё перепроверять. Договариваться с ним потом будешь сама.
Беатрис сбегала в свою келью за лечебными травами от ушибов – всё-таки, упав на пол, он мог немного удариться, а я принесла таз с водой и полотенце. Поэтому к тому времени, когда в келью вошли Дайра и те лекарки, которых разбудил шум, Корнелл выглядел так, будто и правда схлопотал чем-то тяжёлым. Мы освободили его от лишней одежды и сапог, обернули голову компрессом и подложили подушки удобнее, чтобы не напрягалась шея.
Дайра окинула его гневным взглядом, но не стала вмешиваться в процесс «лечения» – видимо, её всё устроило.
– А я говорила, что строить глазки мужчинам в дороге – плохая затея! – высказалась она. – Но тем не менее пробираться в монастырь и в комнату незамужней девушки – это совсем ни в какие
