не заглядывает в эти места. Открывшийся пейзаж резко контрастировал с уютом и буйством красок, царившими в комнате. Хотя…
Протянув руку, я коснулась лепестка одной из роз, которыми был усыпан весь подоконник. Магия отозвалась искоркой — холодной, как зимний воздух.
— Не стоит, — раздался за спиной мягкий, даже ласковый голос, заставивший меня вздрогнуть.
Я обернулась. Мелерай прислонился к дверному косяку, будто зашел просто поболтать. И улыбался той улыбкой, от которой хочется проверить, на месте ли кошелек.
— Цветы здесь не живут. — В его голосе прорезалась странная нота: не то сожаление, не то научный интерес. — Пришлось наложить стазис. Без него завянут быстрее, чем ты успеешь вспомнить, как тебя зовут… Селеста.
Я сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.
— И как это понимать?! — Мой голос звучал чужим, низким и дребезжащим, будто натянутая струна. — Где я? Зачем ты меня похитил? И что это за оранжерея, вообще?
— Ты же сама сказала, что девушкам положено дарить цветы, — напомнил Мелерай и непонимающе нахмурился. — Или тебе не нравится?
— Нет! Если думаешь, что...
— Ого, что это? — внезапно спросил он, не дослушав, и указал пальцем на мою грудь.
Я схватилась на воротник платья и отпрянула к окну. Возмущение ударило в виски.
— Ты… как ты смеешь!..
— Какая красивая! — восхитился Мелерай, продолжая разглядывать мою грудь с живым любопытством. — Можно потрогать?
Горячая волна стыда накатила на лицо. Я бы и хотела отчитать его за столь бесцеремонную просьбу, но буквально подавилась воздухом. Но тут почувствовала легкую щекотку под пальцами, прикрывающими вырез, и опустила взгляд. Софи, моя милая Софи наконец-то очнулась, выбралась из укрытия и теперь заинтересованно изучала похитителя. Мелерай уставился на нее в ответ, излучая детский восторг.
— Не трогай ее!
Но он уже щелкнул пальцами, унизанными множеством колец, и пустил тонкую ниточку магии к моему коцу. Паучиха, приманенная сладкой магией, ловко перебралась на ладонь Мелерая и жадно ухватилась за подношение.
— Какая ненасытная! — Он засмеялся, наблюдая, как паучиха трапезничает его маной. — Оголодала, бедненькая. Ты ее совсем не кормила, да?
Кровь снова прилила к лицу. Но на этот раз не от смущения.
— Это не твое дело. Отдай ее.
— Ох, какая ты... — Он закатил глаза. — Думаешь, я тебя похитил? Что у меня тут логово злодея? Ковер из шкур врагов? Печь, где я пеку пирожки из нерадивых магов?
Я не ответила, чувствуя, как бешено стучит сердце.
— Расслабься. Если бы я хотел тебе навредить, разве стал бы тратить столько сил на цветы?
Его пальцы провели по лепестку ближайшей лилии, и тот мгновенно скукожился, почернел и превратился в труху. Мелерай тут же отдернул руку и спрятал ее в карман.
Софи, насытившись, разлеглась на его плече и лениво перебирала лапками, приводя себя в порядок после долгого сна. Предательница.
— Тогда что тебе нужно?
Тень пробежала по его лицу, смывая наигранную легкость. Он шагнул вперед. Один стремительный, точный шаг сократил расстояние между нами до опасного минимума. Я инстинктивно отпрянула, ощутив холод стены за спиной. Его ладони уперлись по обе стороны от моей головы, запирая в ловушке.
— Прошу...
Голос Мелерая стал низким, почти хриплым. Он наклонился еще ближе, и его дыхание обожгло кожу, когда он прошептал мне в лицо:
— Прошу, проведи со мной эту ночь.
Глава 33. Подарок
Мили
— Провести ночь?! — От моего крика Софи испуганно свернулась в комок и юркнула за мужской воротник. Прячься-прячься, с тобой я потом поговорю! — Ты в своем уме?!
Мелерай отпрянул, будто я плеснула ему в лицо кипятком. Его темные глаза округлились от искреннего недоумения.
— Но... ты говорила, что девушкам нравится, когда их целуют...
— Да не в этом дело! — Я сжала кулаки, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — Ты меня похитил! Опоил! Увез бог знает куда! И теперь предлагаешь... это?!
— А что не так? — Он наклонил голову, словно не мог уложить в ней мое возмущение. — Ты красивая. Я тоже. И мы оба друг другу нравимся. Разве это не идеальное стечение обстоятельств?
Я открыла рот, собираясь выложить все, что думаю о его логике, но замерла не в состоянии подобрать нужных слов. Что это вообще? Как можно не знать элементарных вещей и игнорировать общепринятые правила? Он что, вырос в клетке посреди леса? Мелерай стоял передо мной, улыбаясь своей бесстыжей улыбкой, но в глазах читалась... растерянность. Настоящая, детская. Будто он и правда не понимал, почему я злюсь.
— Ты... — Я прикусила губу. — Ты серьезно не видишь проблемы в том, чтобы похищать людей?
— Проблемы? — Он задумался. — Я же не причинил тебе вреда. Наоборот! Цветы, чай, разговоры... Разве это плохо?
— Плохо! Потому что так не делают!
— А как надо?
Я закрыла лицо руками. Древние духи, он и правда как ребенок! Ребенок с отголосками опасной магии и внешностью, способной вскружить голову любой девушке.
— Ладно, — глухо произнесла я в ладони. — Давай по порядку. Где мы?
— В моем доме.
Я растопырила пальцы и недовольно посмотрела сквозь них на Мелерая. Издевается? Нет, вроде.
— Где он находится?
— Эм... все время забываю название. Как-то на Ка… или Ке… Нет, на Ка… — Он замялся, затем махнул рукой. — Неважно. Главное, что тебе здесь нравится!
Я посмотрела на комнату, утопающую в застывших цветах. На лепестки, которые не могут шелохнутся, даже когда я дотрагиваюсь до них. На окно, за которым мертвая пустошь.
— Мы в Карвине?
— Точно, Карвин! — обрадовался Мелерай, щелкнув пальцами в воздухе. — А ты откуда знаешь?
— Мелерай... — Мой голос дрогнул. — Ты некромант, да?
Он замер. На секунду в его глазах мелькнуло что-то дикое, пугающее — будто зверь, учуявший опасность. Но тут же исчезло, сменившись все той же наивной улыбкой.
— Да. Но это не значит, что я сплю в гробу и ем на завтрак тухлых червей!
— Я не говорила, что ты спишь в гробу. А про червей тем более.
— Обычно люди так думают. — Он вдруг потянулся к кольцам, нервно поправляя их на своих пальцах.
И тогда я поняла. Кольца. Их было слишком много. И выглядели они... странно. Будто не просто украшения, а щит.
— Покажи руки, — резко сказала я.
— Зачем? Я ведь уже показывал.
— А мне еще раз надо.
— Не надо.
— Хватит уже упрямиться!
Он попытался отвести руки за спину, но я схватила его за запястье и стянула одно из колец. И обомлела.
На смуглой коже проступил узор. Тонкий, изящный, словно кружево из теней. Точно такой же, как на моей руке.
— Ты... Ты мой муж?
Мелерай не ответил. Лишь вздохнул
