Несколько мгновений доктор Броуди стоял молча, словно никак не мог перестать удивляться – затем прошел к шкафам с ингредиентами и вынул большую банку с мазью.
– Это для вас, – произнес он. – Смажьте перчатки, как следует.
Я кивнула и открутила крышку – мазь была зеленоватого цвета и пахла болотом. Доктор Броуди снял с полки большой флакон темно-коричневого стекла и сказал:
– По четыре капли на каждый ожог. Флер, вы меня поражаете.
– Ничего такого я не делаю, – ответила я, густо размазывая мазь по перчаткам. – Просто хочу помочь вам. Вы ведь помогли мне.
Доктор Броуди потянул за шнурок, и мантия сползла, открывая голову и бугристое тело. На грубой броне я увидела пятно – казалось, кто-то ткнул доктора Броуди факелом. Броня сделалась светлее, пошла какими-то мелкими серыми чешуйками; я аккуратно капнула на пятно, отсчитав четыре капли, и чешуйки начали темнеть.
Не могу сказать наверняка, но мне казалось, что доктор Броуди напряжен, и ему точно было больно. Я перешла к второму пятну, и Божье чудовище вдруг содрогнулся и издал тонкий, едва уловимый свист.
– Больно? – испугалась я. – Господи, доктор Броуди, простите..!
– Больно, но вы тут не при чем, – ответил Божье чудовище очень напряженным тоном. – Со мной такое не в первый раз, Флер, не волнуйтесь.
Вот еще, как тут не волноваться? Меньше всего я хотела причинить боль человеку, который относился ко мне с таким теплом – лучше бы эти капли упали на меня!
Я нашла третье пятно, почти незаметное, и, стиснув челюсти, отсчитала на него капли – доктор Броуди снова издал тот звук, и одна из его пугающих конечностей принялась натягивать мантию. Я отошла в сторонку и принялась снимать перчатки.
– Спасибо, Флер, – прошелестело из-под мантии. – Вы очень помогли.
– Не за что, – улыбнулась я. – Ведь я ваша ассистентка, это моя работа.
Доктор Броуди привел мантию в порядок и сделал несколько шагов в сторону выхода из лаборатории.
– Соберите пока все книги вон там, их нужно отнести в библиотеку и расставить по местам, – распорядился он. – А потом расскажете, что вам удалось вспомнить.
Я кивнула, вдруг осознав, что ему было не просто больно из-за ожога и капель – доктор Броуди смутился! Из-за того, что я помогала ему, и снова видела без мантии, и видела слабым, а не сильным, и могла испугаться…
Ох, доктор Броуди. Ничего-то вы не понимаете.
Я прошла к столу и начала собирать книги. На каждой обложке был приклеен маленький ярлычок с указанием полки и места на полке – удобно, всегда знаешь, куда надо вернуть очередной старинный том. А книги, которые я собирала, были старинными – особенно одна, с полустертой золотой надписью “Великие зелья и великие зельевары”.
Я машинально открыла ее там, где была проложена картонная закладка, и прочла: “Сонная Лоза. История создания и особенности приготовления”.
Так. Так-так.
Я придвинула стул, села и начала читать.
***
Книга была не старинной, а просто затертой – прошла она через множество рук, прежде чем попала к доктору Броуди. Я уже успела узнать, что свои книги до такого страшного состояния он не доводил.
“Сонная Лоза – одно из самых тонких и редких зелий для подавления воли, – прочла я. – Есть все основания предполагать, что однажды оно будет признано незаконным и отменено во всех странах, но пока этотпсихотропный эликсир активно используется во многих странах. Сонная Лоза вызывает эйфорическую покорность, подавляет волю и стирает память”.
Стирает память, повторила я. Может, я многое забыла не потому, что хотела забыть, а из-за Сонной Лозы? И такой покорной была из-за нее же?
Но ведь я ничего не ела и не пила. Как быть с этим?
“В состав Сонной Лозы входит мандрагора, экстракт лунного цветка для управления сознанием, и яд высушенных и перетертых жал королевской гадюки как фиксатор для лунного цветка. Катализатором служит сок плакучей ивы Габриса, который придает зелью стабильность”.
Так, это мы уже знаем. Рецептик будет?
Я перевернула страницу и увидела гравюру – южная плантация, хлопок и черные рабы, которые с радостными лицами его собирали. Надсмотрщик стоял в стороне с довольным видом – ему не надо было работать плетью, несчастные невольники не ленились и трудились с радостью.
“В тех частях королевства, где еще процветает рабовладение, Сонную Лозу используют для сбора хлопка. Под ее воздействием рабы и не помышляют о побеге, они работают на плантациях с искренней радостью и поют счастливые песни. Нескольких капель Сонной Лозы на воротник платья или рубашки достаточно для покорности в течение целого дня”.
Перчатка! Вот где была Сонная Лоза! Мужчина в домино зажимал мне рот, и я невольно вдыхала зелье!
А почему он сам не попал под влияние эликсира? Наверно, есть какое-то средство, способное защитить от Сонной Лозы.
“Благотворительные фабрики лорда Эбенезера Эшфорда также используют Сонную Лозу для своих работниц, – прочла я и не сдержала изумленного возгласа. – Лорд Эбенезер с гордостью рассказывает о том, что зелье помогает несчастным девушкам забыть о всех бедах и горестях, которые им пришлось пережить”.
Я не выдержала и поднялась со стула – заходила по лаборатории туда-сюда. Лорд Эбенезер это какой-нибудь прадедушка нынешнего филантропа и благотворителя, который по-прежнему помогает несчастным женщинам устроиться в жизни.
Как сказал про них Грей, они готовы пойти под мост или кинуться с него. А тут благородный род много поколений помогает несчастным – дает угол в общежитии, работу и еду. И добавляет зелье, чтобы работницы не возмущались, не бунтовали и ничего не требовали!
Интересно, использует ли нынешний лорд Эшфорд Сонную Лозу? Или ему благодарны и без этого? А ведь какая хорошая картинка нарисована – много поколений благотворителей, которые просто помогают несчастным! А несчастные делают ткани и шьют одежду из хлопка, собранного другими несчастными, и Сонную Лозу капают им на воротники…
Мне сделалось жутко. Свет весеннего дня будто утратил радость и краски. Какая тут может быть радость, когда людей превращают в вещи и используют, как хотят?
Кто варит Сонную Лозу, какой великий зельевар? Я не верила, что девушка из аптеки могла создать такой эликсир – она всего
