зовут, - уточнил Алексей.
- Так и есть, барин. Дуня я.
- Садись, поговорить с тобой хочу, - отодвинулся он, уступая ей место.
Заметив, что девушка испуганно оглядывается по сторонам, Воронцов чертыхнулся.
- Не обижу я тебя, только спросить кое о чем хочу! – Алексей достал несколько ассигнаций из кармана сюртука, показав их девушке.
- Ну, хорошо, барин, только быстро, - ответила она, поднимаясь на подножку и закрывая за собой дверцу.
- Скажи-ка мне, Дуня, ты помнишь тот вечер, когда я последний раз к Елене Дмитриевне приезжал?
- Как же не помнить? Помню, конечно. Вы тогда так упились, - смущенно улыбнулась она, - что мы с барыней насилу Вас до ее спальни дотащили.
- А Елена Дмитриевна, она тогда со мной осталась?
- Не, барыня велела ей в комнате для гостей постелить.
- Держи, - Воронцов вложил деньги в подставленную ладонь, - Иди хозяйку свою разбуди, скажи, что я к ней с визитом.
Лена с улыбкой спустилась по лестнице к ожидавшему ее Алексею.
- Алексей Васильевич, какой, однако, приятный сюрприз! - протянула она.
- Не думаю, Елена Дмитриевна, что для Вас он приятный, - ответил Воронцов, стараясь не повышать голос.
- Чем я могла прогневить Вас? - кокетливо улыбнулась Арсеньева.
- Видите ли, случилось так, что мне вспомнилась наша с Вами последняя встреча…
Улыбка мгновенно пропала с лица Арсеньевой.
- И много ли Вам удалось вспомнить?
- Все!
Лена бросилась ему на грудь, пытаясь обнять широкие плечи.
- Прости меня! Прости! Я солгала про ребенка! Я не знала, как мне еще тебя удержать! Прости меня, пожалуйста…, - быстро говорила она, пытаясь заглянуть ему в глаза.
Крупные слезы покатились по красивому лицу. Перехватив тонкие запястья и оторвав ее руки от лацканов своего сюртука, Алексей оттолкнул ее, брезгливо поправив одежду.
- Какая же ты дрянь! А я еще имел глупость раскаиваться…
Развернувшись на каблуках, Воронцов вышел, оставив Арсеньеву рыдать в одиночестве.
Выйдя на крыльцо особняка, Алексей вздохнул с облегчением. Боже, какую чудовищную ложь успела нагородить эта женщина! И как он мог находить ее привлекательной? За прекрасным фасадом укрылись коварство, хитрость, жадность и зависть. У Воронцова было чувство, что у него камень с души свалился. Домой! Домой, к Аннушке. Покаяться, повиниться, в ноги упасть. Рассказать все. Господи, каким же идиотом, он оказался!
Легко сбежав по ступенькам, Алексей поднялся на подножку ожидавшего его экипажа.
- Домой! – крикнул он Никитке, закрывая за собой дверцу.
Глава 34
Жену Алексей нашел в детской. Едва он вошел, его взгляду открылась чудесная картина. Аня играла с Сашей. Сын сосредоточенно укладывал один деревянный кубик поверх другого, но, увидев отца, мальчик спрятался за материнские юбки.
- Саша, - позвал Воронцов, протянув руки к сыну.
- Подойди, папенька зовет, - Анна слегка подтолкнула его к отцу.
Взяв ребенка на руки, Алексей выпрямился. Большая ладонь погладила темные кудри. Саша, робко обняв отца за шею, запечатлел на его щеке мокрый поцелуй. Сердце перевернулось в груди. Вот оно, счастье! Вот то, ради чего стоит жить.
- Аня, - Алексей сглотнул ком в горле, - мне многое нужно тебе рассказать.
Глядя на мужа, Анна поняла, что что-то изменилось. Забрав ребенка из его рук, она передала Сашу на попечение няньки. Выйдя из детской, Аня направилась в свои покои. Она слышала шаги Алексея за своей спиной. Что еще могло случиться? – гадала она.
Опустившись на софу, она подняла глаза на супруга. Алексей присел подле нее. Взяв ее руки в свои ладони, он вздохнул.
- Помнишь тот вечер, когда ты рассказала мне о Саше? – спросил он.
Аня кивнула.
- Я тогда действительно был у Арсеньевой.
Анна сделала попытку подняться, но Воронцов удержал ее.
- Подожди! Выслушай меня.
- Хорошо. Я выслушаю Вас, Алексей Васильевич, и мы больше никогда не будем возвращаться к этому разговору, - холодно ответила она.
- Я слишком много выпил в тот вечер, - продолжил Алексей, - Мне стыдно это признавать, но я не помню ничего из того, что произошло той ночью между мной и Арсеньевой. Но сегодня мне стало известно, что она воспользовалась моим состоянием и солгала, что ждет от меня ребенка.
- Ты хочешь сказать, - не веря своим ушам, произнесла Аня, - что между Вами ничего не было?
- Именно это я и хотел тебе сказать, - тихо ответил Алексей.
- К тебе память вернулась? – спросила Анна.
- Нет, - грустно улыбнулся Воронцов, - ее горничная не слишком предана своей хозяйке, а когда я сказал Арсеньевой, что все вспомнил, она призналась.
- Письмо, которое я получила сегодня, - это ее рук дело?
Алексей кивнул.
- Сможешь ли ты меня простить когда-нибудь?
Вместо ответа Аня спрятала лицо у него на груди. Как же хорошо и тепло в его объятьях! Как она скучала по таким вот простым минутам счастья, когда можно просто сидеть, обнявшись, рядом и прислушиваться к сердцебиению друг друга.
Воронцов прикоснулся губами к ее виску там, где под кожей билась тоненькая жилка. Обхватил хрупкие плечи, прижимая ее еще ближе к себе. Обняв ее за талию, он опрокинул жену на софу, легчайшим поцелуем коснулся нежных губ.
- Анечка, сердце мое, я соскучился по тебе, - прошептал он, покрывая поцелуями тонкую шейку.
- Не здесь, Алеша, - задыхаясь от нахлынувших ощущений, ответила она.
Подхватив жену на руки, Воронцов шагнул к двери, ведущей в его покои. Оказавшись в своей спальне, он осторожно поставил ее на пол и, вернувшись к двери, запер ее на ключ. Алексей раздевал жену, покрывая поцелуями обнаженные плечи. Платье с тихим шорохом упало к ее ногам. Аня, отступив от него на шаг, спустила с плеч тончайшую сорочку, позволяя ей упасть на пол вслед за платьем. Алексей разделся, не отводя от нее жадного взгляда и, обняв, увлек к широкой постели.
Его теплые ладони нетерпеливо заскользили по бархатистой коже, лаская прекрасное тело.
- Моя, только моя, - хриплый шепот сорвался с губ, обжигая, заставляя терять голову.
Алексей приподнялся на вытянутых руках, заглянул в затуманенные страстью зеленые глаза, качнулся вперед, погружаясь в распростертое под ним тело. Его пальцы переплелись с тонкими пальцами жены. Ни с одной женщиной он не испытывал ничего подобного. Желание обладать ею сводило с ума. Он все глубже погружался в омут страсти,
