аура для мест, где могут храниться артефакты, останки людей и животных, памятные для наделённых даром вещи и прочие более или менее интересные штуковины.
В музее прохладно, пусто и тихо. Мы покупаем билеты на выставку художников у чинной благообразной дамы со старомодной высокой причёской.
В зале Лисс и Дина, игнорируя развешанные по стенам пейзажи, дружно атакуют экскурсовода, пожилого мужчину с пышными усами и объёмным брюшком: мол, были ли в истории Поляновска эпизоды, связанные с рыцарями? А в окрестностях?
— Молодые люди, — снисходительно и устало вздыхает экскурсовод, — ну какие тут могут быть рыцари? Я могу вам рассказать о роли казачества в истории Поляновска. Об особенностях торговых отношений с соседями в период с семнадцатого по девятнадцатый век. О Поляновске в эпоху революций. О советском периоде. Но никаких рыцарей тут не было ни-ког-да.
Лисс достаёт телефон и показывает мужчине фото:
— А вот такой рыцарь где мог водиться? В какой части России?
Экскурсовод бросает мимолётный взгляд на рисунок Вероники и снова вздыхает.
В его голосе слышится разочарование с лёгкой ноткой презрения:
— Эх, молодой человек, ну разве это к историку вопрос? Вы посмотрите на форму шлема, на сочленения доспеха, на общий силуэт… Это фэнтези, а не история, молодые люди! — экскурсовод оглядывает нас с таким неодобрением, что всем становится слегка неловко. — Поищите этих, толкиенистов, они наверняка вам больше скажут об этом рисунке, чем я.
Скорбно покачивая головой, он удаляется в противоположную от нас сторону зала.
Мы покидаем его вотчину и выходим на залитую солнцем улицу.
Встаём в тени музея для совещания.
— Неплохая мысль, — говорит Лисс. — Насчёт ролевиков. Давайте правда поищем их сообщества и спросим и про рисунок, и про несчастные случаи. Вдруг у них кто-то погиб в похожем доспехе где-нибудь рядом с Вовкиным домом?
Вероятность такого совпадения невелика, но других вариантов у нас всё равно нет. Так что мы перебираемся на ближайшую скамейку у клумбы, полной бело-розовых цветов, и начинаем искать.
Городских ролевых сообществ тут целых три, но одно неактивно уже полгода, второе объединяет исключительно фанатов Гарри Поттера, а уж там таких доспехов точно нет. Вот третье кажется более перспективным. Лисс списывается с одним из активистов сообщества и просит помочь с опознанием рыцаря на рисунке.
«Скидывай арт. Я в чат закину нашим. Если кто знает, напишу».
«Ок»
Фотография рисунка улетает к пользователю с ником СауронСауроныч.
— Я на всякий случай проверила, — говорит Дина. — Никаких слухов о таинственных смертях представителей героических профессий — пожарных, полицейских, спасателей — в городе нет и не было уже лет десять.
С одной стороны, не проверить было бы глупо. С дугой — покойный мог быть героем, так сказать, по призванию, а не по профессии. Уверен, сестра и так это знает.
Кит хочет что-то спросить, но его перебивает Лисс, глядящий в свой телефон:
— Саурон мне уже ответил. Это картинка из детской книжки. Сэр Рыцарь из Волшебного Леса. Саурон рисунок узнал: у него такая же книжка была в детстве. Она старая, её ещё маме Сауроновой в школе подарили. Там вроде бы про рыцаря, который никого не боялся и спасал тех, кого хотят обидеть. Щас поищу текст… вот, нашёл фрагмент… так, ага, ясно…
Несколько секунд приятель молчит, а потом добавляет вполголоса:
— Книга совсем детская. Он там утёнка спасает, щенка и белочку.
Вовка переглядывается с Китом, а я с Диной.
Первой повисшую в воздухе напряжённую тишину нарушает сестра:
— Думаешь, призрак — ребёнок? — её голос чуть слышно дрожит на последнем слове.
— Уточню кое-что у нашего информатора, — отзывается Лисс.
— Алло, Анна Львовна, это снова я, — он включает громкую связь.
— Да я поняла, дружочек. Эх, жаль, что Костя не звонит, — усмехается старушка. — Но я и тебе рада.
— У меня опять странный и на этот раз жутковатый вопрос. Скажите, три-четыре года назад в доме не умирал ребёнок? Не младенец, но маленький?
Анна Львовна вздыхает и говорит:
— Было дело. Денис Нелюбин с пьяных глаз жену и сына зашиб, Ванечку. Всего десять лет мальчишке было. Да и Оленька совсем молодая была. Они в последнем подъезде жили. Соседи потом говорили, что Денис жену поколачивал. А все молчали! — возмущается Анна Львовна. — Так-то по нему и не скажешь: и здоровался всегда, и выглядел, как приличный человек. А на деле-то оказалось, что он нет-нет, а и уходил в запой. Из дому в это время не высовывался и домашних своих колотил. Эх, если б я знала…
Анна Львовна шумно и натужно кашляет, чтобы скрыть слёзы в голосе.
Потом говорит уже поспокойнее:
— А чего это ты про ребёнка вспомнил? Призрак-то здоровенный!
— Мы как раз выясняем детали, — обтекаемо отвечает Лисс. — Огромное спасибо! Если вдруг что, мы снова позвоним.
— Я эту историю помню, — вдруг говорит Вовка. — Только этот дядька, вроде, наркоман был, а не алкоголик. Типа он глюк поймал — и убил и жену, и сына, как будто они монстры.
Кит ёжится и молча кивает.
— Но почему он как здоровенный рыцарь выглядит? — спрашивает Вовка.
— Узнаем, — сумрачно отзывается Дина. — Можно мы у тебя дома ритуал проведём? Далеко от последнего подъезда, но если знать имя, то должно получиться.
— Конечно, — кивает Вовка. — Мамка ещё не скоро вернётся.
…Через полчаса мы выстраиваем свечи в круг в центре самой большой комнаты Вовкиной квартиры, сдвинув в сторону стол и кресло. Для ритуала призыва хватило бы и зеркала в ванной, но если есть неупокоенная душа, то, возможно, понадобится и Дверь.
Вовка и Кит следят за нами из коридора. Оба поклялись не мешать и ничего не делать без нашего разрешения.
Дина выкладывает верёвочный круг внутри круга свечей. Встаёт в самый центр. Бледная и сосредоточенная, она медленно вдыхает и выдыхает.
Потом говорит:
— Ваня Нелюбин, вызываем тебя.
На миг комнату заполняет ледяной холод. Чувствую, как промерзают кончики пальцев и холодеет спина. Со следующим ударом сердца холод становится прохладой, а перед Диной проявляется прозрачный невысокий силуэт.
— Ваня, это ты? — спрашивает сестра.
Призрак кивает и становится более зримым. Круглолицый курносый мальчишка в футболке и шортах.
— Зачем вы меня позвали? — голос звучит настороженно, но беззлобно.
— Ваня, ты знаешь, что с тобой случилось? — осторожно задаёт вопрос Дина.
