о троих новообращённых. Одного удалось поймать, и сейчас он в дворцовой лаборатории. Наши маги и врачи изучают его, но пока мало чего добились. Процесс превращения в Искушённого напоминает обычную трансформацию, но затрагивает более глубокие уровни организма, а главное, изменяет личность. Как это происходит, нам не известно. Как и то, каким образом мурскул заключает договор с Драем. Некоторые маги предполагают, что это происходит непроизвольно, помимо воли. Но это мне кажется сомнительным. А что думаешь ты?
— Я? — П’арай-Маргот был удивлён, что его мнение спросили.
— Да, ты.
— Мне кажется, в «Бруттхе» на этот счёт сказано вполне определённо: мурскул заключает договор с демоном, и тот овладевает его сердцем и меняет тело. На Искушённом появляется печать владыки тьмы, и он становится слугой Хаоса.
— А что заключивший договор получает взамен?
— Власть над другими мурскулами.
К’шар-Исфей задумчиво покачал головой.
— Есть одно обстоятельство…
— Какое?
— Искушёнными становятся только Усмирённые. Во всяком случае, пока.
— И что это значит? — осторожно спросил П’арай-Маргот, видя, что Озарённый замолчал.
— Не знаю. Все эти трансформации — сплошные загадки. Нам известно только, что, если Искушённые доберутся туда, куда стремятся, на земле воцарится хаос! Не жалкий временный беспорядок, а самый настоящий… ужас! Законы мирозданья опрокинутся, и всё полетит в тартарары.
— Моя вина безмерна! — проговорил П’арай-Маргот, покаянно склонив голову. — Я провалил задание…
— Теперь это неважно! — раздражённо перебил К’шар-Исфей. — Ф’адук-Азамал говорил со мной о тебе.
Ищущий поднял изумлённый взгляд.
— Да-да, — подтвердил Озарённый. — Ты не ослышался. Великий Раджа выбрал тебя для выполнения новой миссии. Теперь ты сам отправишься на поиски Искушённого. Начни с Монтегеры. Знаешь, где это?
— Да, знаю, — рассеянно кивнул П’арай-Маргот.
Он не мог поверить, что Ф’адук-Азамал говорил о нём с Озарённым и поручил ему… Да уже одно то, что он знает о его существовании, казалось каким-то чудом! Возможно, К’шар-Исфей говорил о нём Великому Радже, но то, что духовный лидер мурскулов выбрал его… Это было неописуемое чувство удивления и восторга.
— Ф’адук-Азамал сказал, что, возможно, в Монтегере тебе удастся взять след Искушённого, — продолжил К’шар-Исфей. — Да очнись! У нас есть дела!
— Прошу прощения! — вздрогнул П’арай-Маргот. — Я… просто не ожидал. Что я должен сделать с Искушённым, если… когда найду?
— Уничтожить! — резко сказал К’шар-Исфей. — Я поставил совет в известность относительно распоряжений Великого Раджи, так что на этот раз всё законно. Искушённый должен умереть, и как можно быстрее.
— Я выезжаю немедленно!
— Я был уверен, что ты так скажешь, — К’шар-Исфей положил руку на плечо П’арай-Маргота. — Помни: ты избран Ф’адук-Азамалом. Не подведи!
П’арай-Маргот молча поклонился — так низко, как мог.
— Ступай. Возьми с собой столько лучших воинов, сколько нужно. Если хочешь, найми ассасинов и Ищеек.
— Слушаюсь! — ещё раз поклонился Ищущий.
— Ну, всё, иди! — Озарённый жестом отпустил его.
Выйдя из покоев К’шар-Исфея, П’арай-Маргот почти бегом направился к себе. Предстояло вызвать три десятка лучших воинов, послать приглашение Тайным (четырёх хменов должно было хватить), отдать приказ приготовить провизию, подготовить животных и повозки. В Монтегеру не вела ни одна дорога — туда придётся добираться через джунгли. Повозки придётся оставить на траке, и потребуются люди, чтобы их охранять, поэтому никто лишним не окажется.
П’арай-Маргот чувствовал крайнее возбуждение — словно Ф’адук-Азамал сам разговаривал с ним. Даже то, что Великий Раджа действительно существует, произвело на него не такое сильное впечатление, как миссия, которая была ему поручена духовным лидером.
Глава 40
Прежде чем заняться своими делами, Эл свернул в узкий переулок, заваленный мусорными мешками. Пахло здесь отвратительно, но некромаг искал среди вони гниющих фруктов и овощей иной «аромат». И вскоре он отыскал его. Отодвинув мятый бак, заполненный картофельными очистками, демоноборец увидел начавший разлагаться кошачий труп. Он вполне подходил целям Эла. Некромаг опустился на корточки и сотворил символ Уджата. Изо рта демоноборца появилась тонкая струйка зеленого светящегося дыма. Он медленно окутал тело животного, и спустя несколько секунд оно дёрнулось, словно по нему пропустили ток. Затем глаза слабо засветились, и кошка приподнялась — неуверенно, словно новорождённая. Некромаг распрямился. Он отдал мысленный приказ соглядатаю, и тот, прихрамывая, направился в сторону дома подозрительной девушки. Эл предпочитал делать шпионов из существ, способных карабкаться по деревьям и видеть в темноте. В этом плане кошки подходили очень хорошо. Демоноборец настроился на зрение и слух соглядатая. Теперь он мог следить за Нариэдой.
* * *
Утром дождь почти прекратился — наступило временное затишье, и некромаг пешком отправился закупаться перед предстоящим заданием. Его интересовали ингредиенты зелий, которые он делал, чтобы укрепить мёртвую плоть, и патроны — самый редкий товар на любом рынке.
Эл нарочно петлял по городу, неожиданно сворачивая на узкие улочки, останавливался за углами, поджидая возможных преследователей. Но, судя по всему, никто за ним не шёл. Это немного удивило демоноборца. Впрочем, возможно, шпионы были опытнее, чем он думал. Такой вариант исключать тоже не стоило.
Около полудня Эл, приобретя кое-что из необходимого и несколько вещей про запас, вернулся в гостиницу. Там он оставил купленное и отправился на пристань, чтобы нанять лодку. Гора демоноборец оставил под присмотром слуги из гостиницы, заплатив мальчишке несколько монет. Тот дрожал от страха при мысли, что придётся отвечать за жуткого мутанта, но отказаться не посмел.
Набережная была выложена булыжником и каменными плитами, по которым туда-сюда, словно муравьи, сновали обнажённые по пояс грузчики в закатанных до колен штанах. Они таскали товары с разгружавшихся кораблей. Бочки, тюки и ящики различных форм и размеров складывали перед дверьми доков, где их пересчитывали служащие портовой таможни в длинных синих кафтанах. Ветер развевал и трепал бороды, норовя выдернуть их из-за поясов, куда то и дело затыкали их чиновники. Животных сводили по трапам грумы в ярких одеждах, по цветам которых можно было догадаться, кто их хозяин. Лошадей, рогатый скот, свиней отправляли в специальные загоны, оборудованные стойлами. Клетки с птицами расставляли вдоль стен, где их также переписывали чиновники. Учёт вёлся тщательно, ибо с каждого товара полагалось взимать налог.
Эл обвёл взглядом обилие парусников с разноцветными фагами и спущенными парусами. Эти большие грузовые и военные корабли его не интересовали. Ему требовалась маленькая неприметная лодка. Некромаг шагал по набережной, высматривая что-нибудь подходящее, но повсюду покачивались на волнах лишь титаны морей. Кажется, самой маленькой посудиной была роскошная яхта под названием «Золотая каракатица». По её палубе неторопливо прогуливались двое вооружённых саблями матросов. Они курили и перебрасывались короткими фразами, то и дело щурясь на солнце.
Здесь искать дальше было бессмысленно, и демоноборец двинулся прочь от доков,
