даёт еду! А какая-то переросшая саранча смеет угрожать ей⁈ Ладно, двуногий, с тебя мешок мяса!
Да пошёл ты… Если я выживу, ты так легко не отделаешься.
Старик вышел сам.
Приземистая массивная росомаха материализовалась между богомолом и мной.
— ШРААААААА! — Старик со всей дури ударил лапами по земле. Она тут же просела, треснула и пошла глубокими трещинами на три метра во все стороны. В маленьких глазах зверя горела древняя стихийная ярость.
От него повеяло истинной силой тайги и земляной стихии D ранга.
Богомол замер на полушаге.
Тварь была умной и чувствовала, что перед ней появилось что-то совсем другое, не похожее на всех предыдущих противников. Костяные лезвия дрогнули и опустились на долю секунды.
Но потом богомол атаковал.
Оба лезвия ударили на полной скорости — смертоносный удар, который рассёк бы меня пополам от макушки до паха.
Старик даже не шевельнулся.
БАХ!
Гравитационный пресс обрушился на богомола сверху, и невидимая ладонь размером с дом вдавила тварь в землю. Лезвия остановились в метре от цели, словно упёршись в невидимую стену.
БАХ!
БАХ! БАХ! БАХ!
Хитин трещал под нечеловеческим давлением от каждого удара. Лапы подломились, и богомол рухнул на брюхо.
Тварь пыталась подняться, мышцы под панцирем напряглись до предела, хитин затрещал от чудовищного усилия. Гравитация всё давила и давила.
Старик медленно сжал лапу.
Земля вокруг богомола взорвалась фонтаном, и острые каменные осколки впились со всех сторон.
Хитиновый панцирь лопнул, как яичная скорлупа под ударом кувалды!
Зелёная вонючая жижа брызнула на камни во все стороны, костяные лезвия дёрнулись в последний раз и безвольно обмякли. Куски богомола разлетелись по всей улице.
Поглотить?
Да / Нет
Да!
Старая росомаха постояла над тем, что осталось от богомола, понюхала воздух и презрительно фыркнула.
Потом она повернула ко мне свою тяжёлую голову.
Сварливый и раздражённый мыслеобраз пришёл через нашу связь.
Без меня ты вообще ничего не можешь, человек. Ты что, подыхаешь?
Раннер застонал и приподнялся на локте, держась за разбитое лицо.
— Что это был за демон, ядозуб? — хрипло выдавил он и сплюнул кровью. — Кто ты нахрен такой, что сумел убить того, кто наделён магией Раскола с рождения? Да ещё и саму Пустоту?
Глава 13
Яд работал быстро.
Холод медленно и неумолимо расползался по плечу — ледяная река, затапливающая тело изнутри. Левая рука превратилась в мёртвый кусок мяса, бесполезно висящий вдоль тела. Онемение съело кончики пальцев, добралось до костяшек и поглотило всю ладонь.
Небо над головой кружилось в безумном хороводе. Тусклые звёзды сливались с полыхающим вокруг пламенем в одно мутное месиво. Едкий дым забивал ноздри, но я почти не чувствовал запаха — только горечь на распухшем языке.
Без меня ты вообще ничего не можешь, человек. Ты что, подыхаешь?
Ворчливый мыслеобраз Старика доносился откуда-то издалека, будто росомаха стояла не рядом, а на другом конце города. Я попытался ответить — слова рассыпались в голове, не успев сформироваться.
— Максим! Максим, ты слышишь⁈
Голос Мики прорвался сквозь вату в ушах. Я хотел повернуть голову — шея не слушалась. Челюсть свело судорогой.
Чьи-то руки схватили меня за плечи.
Мир взорвался белой ослепительной болью. Крик застрял в горле и вырвался сдавленным хрипом. Меня торопливо и неаккуратно подняли. Новая волна агонии выжгла остатки связных мыслей.
— Осторожнее! — Мика сорвался на крик. — У него плечо насквозь пробито!
— Куда нести?
Грубый незнакомый голос. Стража? Когда они появились?
— В дом! Быстрее!
Меня куда-то тащили. Мелькали размытые пятна — лица, факелы, горящие окна. Чужие сапоги стучали по брусчатке, или это моё сердце билось так странно, с пропусками и провалами?
Тело вдруг выгнуло судорогой.
Мышцы скрутило так, что затрещали кости. Спина выломалась, голова запрокинулась, из горла вырвался звериный хрип. Руки, державшие меня, дрогнули.
— Держите! Крепче держите, он бьётся!
— Что с ним⁈
— Яд! Давайте быстрее!
Судорога отпустила так же внезапно, как накатила. Я обмяк в чужих руках, тяжело хватая ртом воздух, и мир снова поплыл и закружился.
Сквозь туман в глазах я увидел Раннера.
Он сидел, привалившись к обломку стены, и жевал что-то тёмное. Засохшая кровь покрывала половину его лица, сломанный нос торчал под неправильным углом, но живые внимательные глаза следили за тем, как меня несут мимо.
Рядом с ним стояла сгорбленная старуха.
Тёмный плащ, седые космы из-под капюшона. Она протягивала Раннеру пучок каких-то корней, и тот брал их окровавленными пальцами, благодарно кивая.
Старуха повернула голову.
Сердце остановилось.
Это лицо. Я знал его лучше собственного отражения.
ИРМА?
Нет. Невозможно. Она в Драконьем Камне, на ферме. Это точно! Её здесь не может быть.
Это яд пожирает мой мозг и показывает то, что хочется видеть!
Старуха отвернулась и растворилась в толпе, в дыму, в хаосе — или её никогда не существовало. Просто тень и бред умирающего сознания.
— Ирма… — прохрипел я.
— Что? — Мика склонился надо мной. — Максим, держись! Почти дома!
Меня внесли внутрь. Знакомый потолок качнулся над головой.
Положили на что-то твёрдое. Кухонный стол, за которым мы ужинали. Тысячу лет назад.
— ЛАНУ! Кто-нибудь помогите Лане!
Голос Ники резанул по ушам. Я дёрнулся, попытался встать — тело отказалось подчиняться. Да, Лана стала такой огромной, как оборотень. Почему-то виделось, как что-то хищное и первобытное просыпается в пантере. Как же мне плохо, раз вижу всякую чертовщину.
— Она в порядке! — крикнул Барут. — Тварь её не проткнула даже, уже приходит в себя! Синяк будет здоровенный, но кости целы!
— Стёпа⁈ Стёпа, ты как⁈
— Ж-живой… — слабый хриплый голос друга донёсся откуда-то сбоку. — Бок… горит, у-у-ух тварь какая… ещё бы зелья глотнуть не помешало. Максу помогайте, потерплю…
Живые. Все живые.
Очередная судорога скрутила тело. Я забился на столе, захрипел, кто-то навалился сверху, прижимая к жёстким доскам.
— Держите его!
— Он умирает⁈
— Не дам! Барут, воду! Ника, тряпки!
Суета вокруг слилась в сплошной гул. Чьи-то пальцы рвали на мне остатки рубахи. Холодный воздух обжёг изуродованное плечо, и кто-то потрясённо охнул, увидев рану.
— Пропустите!
Тяжёлые шаги, звон металла. Стражники ввалились в комнату. Они здесь. Нашли меня. Сейчас схватят, потащат в подвал, будут бить…
Нет. Это бред. Мне же не шесть лет. Стража пришла помочь. Откуда такое вообще в голове?
Но тело не слушало разум. Я рванулся, пытаясь встать — сильные руки вдавили меня обратно.
— Держите крепче! Он бредит!
— Не покажу тьму… — прохрипел я. — Не покажу вам Зверомора… И тайник не покажу…
— Максим, это я! — лицо Мики появилось надо мной. — Тихо ты! Несёшь всё подряд. Ты в
