по реке в небольшой деревянной лодке, которая и без проводника плыла вперед, хотя течения не было. Я осторожно села, осмотревшись вокруг, но кроме водной глади и густого тумана здесь ничего не было. Кристально чистая поверхность реки подсвечивалась со дна чем-то необъяснимо пугающим, хотя я не могла разглядеть источник блеклого зеленоватого цвета. На секунду мне показалось, что я увидела человеческое лицо, но, моргнув, убедилась в обратном. Светлый огонек продолговатой формы проплыл мимо, оставшись для меня инкогнито. Покорно расступившись, туман обнажил взору странную арку, стоящую посреди бескрайней реки. И моя лодка плыла прямо туда…
Постепенно проходя границы арки, лодка уплывала в ее глубь. То были внушительных габаритов прямоугольные ворота цвета слоновой кости со скульптурной композицией средневековой тематики. Однако вместо умиротворенных ликов святых ко мне были обращены лица озлобленных демонов, огромных каменных чудовищ с мощным телосложением, острыми когтями, разинутой слюнявой пастью с сотней жаждущих крови клыков и крупными витиеватыми рогами, на которых в конвульсиях застыли крохотные детские тельца. Своими чудовищными лапами демоны держали за головы облаченных в балахоны монахов, исказивших лица в гримасе боли и страданий, протягивая в пустоту сжатые в кулаке кресты. Полуобнаженные монахини обвивали непорочными телами могучие торсы звероподобных стражников и протягивали к ним пошло высунутые языки подобно развратным девицам.
Преодолев скульптурный ансамбль порочного искусства, я настороженно глянула вперед. Вместо огромной реки меня уже несло по небольшому каналу меж каменистых берегов. На скалах, закрепленные в железные держатели, горели факелы. От края канала возвышалась каменная широкоступенчатая лестница, ведущая к огромным, словом исполинским вратам. Они были красивы и ужасны одновременно. Высокие двери были искусно выделаны из черного дерева с ветвящимися красными «прожилками», которые переливались в загадочном свете факелов. На дверях застыли громадные скелеты, будто готовые в любую минуту отворить врата каждому захожему. Вокруг ярко выделяющихся двух фигур выстраивался скульптурный ряд изогнутых тел. В целом данное произведение искусства чем-то напоминало знаменитое творение Огюста Родена, разве что отличалось размерами, материалом и явно выделяющимися скелетами. Засмотревшись на ворота, я не заметила, как лодка подплыла к берегу, ударившись об него носом. Я осторожно выпрыгнула на лестницу, которая, оказывается, уходила далеко под воду, и лодка плавно поплыла обратно, будто ее кто-то потянул за веревочку.
Подойдя к дверям, я сглотнула, не решаясь войти внутрь. Кто знает, что скрывается за ними? Дрожащими пальцами я потянулась к ручке, как вдруг с другой стороны с тяжелым звуком открылись засовы. Издавая раскатистый скрип, двери медленно отворились, приглашая на неизвестные земли. Лицо тут же обдало жаром. Послышался звук полыхающих с треском огней в жуткой смеси завываний, криков и молитв, упрашивающих о спасении. В нос ударил едкий запах пыли и гари, соединившись в единый хаотичный ольфакторный выплеск.
Набрав побольше воздуха в легкие (хотя воздух здесь был спертым, сдавленным до максимума), я шагнула за ворота, которые, пропустив меня, сразу закрылись. Я стояла на длинном мосту, ведущему к огромному готическому замку, величественно возвышающемуся над своими владениями. Мельком глянув под мост, я едва глаза не потеряла. Подо мной текла река крови… Так вот почему мне так резко ударил этот запах. Отшатнувшись в испуге на пару шагов, я уперлась спиной в перила мостика, которые оказались на редкость колючими. Я провела по ним рукой, панически уставившись на размеренно протекающий поток эритроцитов. На ощупь мне показалось, что колючие шершавые перила бежевого цвета была оформлены мелкими ракушками, но стоило мне внимательней приглядеться к стоящим напротив перилам, как я поняла, что мост был составлен из невероятного количества раздробленных костей.
Уверенно твердя себе, что ничего плохого не случится, как ни парадоксально это сейчас звучало, я зашагала дальше. Замок приковал к себе мой взгляд, внушая мысль посетить его владения. Арки с заостренным верхом, узкие и высокие башни и колонны были прекрасны в своей красоте. Богато украшенный фасад с резными деталями отсылал коннотативные связи скорее к архитектуре готического собора нежели замка, обычно не отличающегося помпезностью и пышностью. Над входом с мозаичным изображением тематики жестокости и насилия были оформлены тимпан с окружающими его архивольтами. Вимперги, увенчанные крестоцветами, скрашивали оконные проемы, из которых на меня устремили взгляды множества человек. Какие-то смотрели с неподдельным интересом, некоторые равнодушно, а кто-то с неприязнью.
Около замка росли согнутые в три погибели кривые деревья, лишенные жизни. Сухая земля шла трещинами, ветвящимися на большие расстояния. В скалах, нависающих громадной тенью на окружающую местность, неистовой стеной горел огонь. Напротив камней, охваченных пламенем, далеко за замком, шумели взрывы раскаленной лавы. Из пещер, скрытых за огнем, доносились звуки шахтных работ, хлестких щелчков плетей и удивительный разлет тональности голосов – от самого высокого до самого низкого. Неподалеку неустанно бегали маленькие странные существа. Черное мохнатое тельце, длинный хвост, копытца и рожки… да это же черти!
– Здравствуйте, – вернул меня на землю… под землю приятный мужской голос. Обернувшись, я увидела высокую фигуру незнакомца, облаченного в длинный черный плащ. К сожалению, его лицо я не могла разглядеть, ибо оно было скрыто за белой карнавальной маской, разрисованной яркими каплями красок. Он вежливо поклонился. – Рад видеть Вас, госпожа Смерть. Добро пожаловать в Ад.
Так я и думала. Ну что ж, если со мной вежливо поздоровались, то надеюсь, и дальше неплохо будут обращаться.
– Хозяин ждет Вас, – швейцар жестом пригласил меня внутрь, отойдя в сторону. Я шагнула за дверь в дьявольски красивые и величественные апартаменты. Сопровождающий шел чуть впереди, показывая дорогу, и наши шаги отдавались гулким эхом в вытянутом помещении. Неф ограничивался рядом колонн, возвышающихся к высокому аркообразному потолку.
Преодолев зальный коридор, мы оказались в огромном холле, где занятые своим делом расхаживали люди. Что-то мне подсказывает, что это далеко не обычные люди… Местная мода пестрила старомодными кафтанами и пышными дамскими платьями, миниатюрными туфельками на каблуках и всевозможными аксессуарами, популярными пару веков назад – веерами, моноклями, часами на цепочках и прочими подобными вещицами. Некоторые из прохожих пройдя мимо, учтиво здоровались, склонив головы.
– Нам сюда, Госпожа, – указал швейцар на высокие резные двери. Они медленно открылись без помощи рук и представили взору великолепную картину: колоссальных размеров зал, освещенный тысячами факелов и свечей. Здесь присутствовало все величественное многообразие живописи и скульптуры, превращающее интерьер в улучшенную копию залов Эрмитажа. Творения, в которые автор вложил свое вдохновение, были прекрасны, хоть и выражали страдания людей, насмешки зла над ними… Картины изображали жестокие битвы титанических фигур. Казалось, я могла слышать звон мечей, крики и выстрелы.
По обе стороны двери смирно стояли два маленьких ростом
