рылась в тысячах книг, обитающих на полках шкафов в домашней библиотеке, и бороздила всевозможные сайты в поисках важной информации, которая могла бы помочь найти Книгу. Рэн продолжал выполнять заказы начальства, зарабатывая на жизнь себе и остальным; все его предложения помощи уходили в пустоту от банального незнания, чем можно помочь в данной ситуации. Один Мэтт не отходил от кровати Ады уже несколько дней подряд, не теряя надежды на ее пробуждение. В свой день рождения в нем не проблескивал даже малейший луч улыбки.
Черный тонированный автомобиль мчался по столичным дорогам на запредельной скорости, сопровождаясь недовольными гудками в свой адрес. Некоторые люди из серой однородной массы москвичей странно косились на лихача. Авто проскочило на красный свет прямо перед носом у внедорожника, который резко дал по тормозам.
– Ты всегда так беспределишь? – с азартом в голосе воскликнула Эйджино, обернувшись на пострадавших водителей.
– Частенько, – ухмыльнулся Рэн. – Терпеть не могу нудную езду по всем ПДД.
– Ты мне нравишься! – светилась напарница, чувствуя, как в крови закипает адреналин.
– Ты мне это уже говорила.
– Ну так… грех не запасть на такого красавца как ты! И это чистая правда, ты же знаешь, я не умею врать.
Рэн свернул за поворот и чуть не столкнулся с иномаркой, но вовремя крутанул руль, избежав столкновения. Эйджи не ожидая этого, врезалась в дверцу, стукнувшись головой об стекло.
– Люди обычно интенсивно учатся врать в твоем возрасте в кругу друзей, – перекрикнул Рэн ругань девушки.
– Не было у меня друзей, – глухо сказала Эйджино, отвернувшись в окно и бегая глазами за мелькающими неоновыми вывесками.
– Что? У меня что-то со слухом или ты сказала, что у тебя не было друзей?
– Ты мой первый друг, если конечно позволишь так тебя называть. За все свои 22 года я так ни с кем и не сдружилась, пока не встретила тебя. В школе и в университете я была слишком погружена в учебу, чтобы думать о развлечениях.
– По тебе не скажешь, что ты похожа на прилежную ученицу.
– Я росла без матери и была единственным ребенком в семье. Отец гонял меня как сидорову козу: заставлял хорошо учиться, делать всю работу по дому, после окончания школы я поступила на химический факультет только потому, что он того хотел, но, окончив вуз, я сбежала от него. Мне надоели вечные нравоучения «кем быть» и «что делать».
– И потом ты пришла в организацию?
– Скорее меня привели туда. Карисса увидела бедную девчонку, слоняющуюся по улицам без крыши над головой. Мне надо было как-то зарабатывать себе на жизнь. Знаешь, иногда так бывает… найдешь хорошего друга, а впоследствии он оказывается настоящей скотиной. И все равно, несмотря на это… Рэн! Машина! – успела выкрикнуть Эйджи, подскочив на месте, и Гриффит тут же спас их от столкновения, вывернув на обочину. – Ты угробить нас захотел?! Не спи!
– Прости.
– А? Это ветер дунул или ты попросил прощения?
– Даже такие скряги как я, знают подобные слова, – усмехнулся Рэн.
– Ты не скряга.
– А кто меня так называл на прошлой неделе?
– Я! – улыбнулась девушка, гордо выпятив грудь. – Газуй уже, а то опоздаем к началу собрания.
Рэн вывел авто на трассу и полетел в едином потоке машин, не обращая внимания на возмущенные возгласы из соседних окон.
◦◦◦
– Братишки! – громким эхом разнесся по коридору голос Хель, прозвучавший за спинами Фенрира и Ёрмунганда, шедших в зал собраний.
Двое мифических созданий обернулись на сестру и скривили лица. Она бежала к ним навстречу, размахивая несчастным черепом, держа его за челюсть.
– Бедный Йорик, – подшутил Фенрир.
Добежав до родственников, Хель швырнула череп в стену, и тот раскололся на несколько частей от столкновения.
В зале их уже ждали главный виновник торжества, Локи и еще один участник мирового действа – высокий крупный мужчина крепкого телосложения. Выражение его лица свидетельствовало о мнимом превосходстве и высокомерии, легко читающимся в его взгляде. В карих глазах с едва уловимым багровым оттенком застыла легкая раздраженность, смешанная с недовольством. Насыщенного красного цвета волосы были зачесаны назад, а часть густой челки спадала на глаза. На губах, едва видимых из–за густой длинной бороды играла насмешливая улыбка, не предвещающая хорошие намерения этого господина.
– Я думаю, вы все знакомы с владыкой Муспельхейма, огненного царства великанов, – произнес вор, окинув взглядом прибывших.
Хель выскочила из-за спины Фенрира и тут же прильнула к гостю, взяв его под мускулистую руку.
– Как же мы давно не виделись, Сурт, – расплылась в слащавой улыбке Хель.
– И я тебе рад, – отозвался зычным баритоном великан и повернулся к ее братьям. Те сухо кивнули в знак приветствия.
Вор обошел стул и сел на него верхом, скользнув взглядом по присутствующим. Все видели по блеску в его глазах, что Апокалипсис не за горами. Все было готово к снятию печатей. Преодолев разрушение, они увидят новый мир, создадут совершенно иную империю, свободную от человеческих слабостей.
– Пора показать миру его конец, – самодовольно ухмыльнулся воришка. – Снятие всех печатей не займет много времени, учитывая то, что у нас есть Рагнарек.
– Что произойдет с Всадником, если душа отделится от тела? – поинтересовался у него Фенрир, сверкнув янтарными глазами.
– А, ты про Смерть. Она умрет. Сила уничтожит ее душу, но все вполне справедливо, ведь все имеет свою цену, и подчас за амбиции приходится платить слишком дорогой ценой.
Волк прищурился, нахмурив брови, но ничего не сказал.
– Ничто не может пробудить человека от моего забвения, – рассмеялась Хель.
– Может, – возразил вор, и веселье девушки тут же угасло, как потухшая свеча. – Спасти ее может последователь Бога. Например, апостол.
– Разве апостолы до сих пор существуют? – осведомился Сурт, небрежно скинув объятия Хель.
– И все двенадцать. В Москве живут двое из них, последователи апостолов Матфея и Филиппа.
– И как их узнать? – спросил Фенрир, скрипя зубами от нетерпения.
– Прочитай, – вор кинул ему какую-то книгу со стола. Небольшой томик был изрядно потрепан временем, но также надежно сохранял святую информацию.
Пока все обсуждали грандиозные планы на будущее, волк отошел к стене, раскрыв книгу. У него в голове стучала одна назойливая мысль, отдававшаяся беспокойным трепетом сердца. Сдвинув брови в серьезной манере, он нашел поэтичную информацию об апостоле Матфее.
Прочитав эти строки, Фенрир невольно распахнул глаза в удивлении. Его догадки подтвердились. Убедившись, что все забыли о его присутствии, волк незаметно вышел из зала.
Фенрир стоял перед дверью огромного особняка, расположившегося в центре элитного поселения. Он на секунду прикрыл глаза, надеясь, что при встрече ему не съездят чем-нибудь увесистым по голове или того хуже
