в бедрах. – Но ты первоклассная мамочка, Джоуи-хёрлингист.
– Кто-то же должен быть, – пробормотал он, запуская пальцы в волосы.
– Ты хорошо поработал, – кивнул я. – Но зашел слишком далеко, когда выкинул все ради короткого кайфа, чел.
– Да ты-то что об этом знаешь? – ухмыльнулся Джоуи.
– Я знаю, что ты пытаешься сбежать, – огрызнулся я. – Тут все очевидно. Хочешь забыть ненадолго про все говно, и, видит бог, я тебя не виню, но это же временно. И все ненастоящее, Джоуи! Так ничего не исправить. Проблемы никуда не денутся, они будут тебя ждать, сколько бы таблеток ты ни забросил себе в глотку. Хоть обкурись травы, можешь даже забраться с головой в бутылку с виски, оглушить себя любой дрянью, какая только известна человечеству, но ты ни на грош ничего не изменишь, потому что жизнь все равно будет ждать своего часа, чтобы дать тебе под зад. И еще я знаю, что, если ты и дальше пойдешь в эту сторону, дойдешь до точки, откуда нет возврата.
– Легко тебе говорить, – горько отозвался Джоуи. – У тебя вообще не бывало в жизни тяжелых дней.
– Да, ты прав, – согласился я. – Я не знаю того, что достается тебе. Я не представляю, как бы чувствовал себя на твоем месте, и я реально этому рад. Но у меня тоже есть свои демоны, чел. Мне тоже приходится выбирать, хотя легче было бы проглотить несколько таблеток, чтобы избавиться от боли, когда мое тело просто рвется на куски, или сесть на стероиды, чтобы нарастить мышцы, а не надрываться в спортзале по шесть часов в день. Я понимаю, что это все ерунда, особенно в сравнении с тем, какое дерьмо происходит у тебя в семье, но я ни разу ничего подобного не сделал, Джоуи, ни единого раза. Потому что знаю: впустишь эту срань в свое тело – и дальше это вопрос выбора лишь до тех пор, пока никакого выбора уже нет, а есть одна необходимость.
– Черт, – выдохнул Джоуи, а потом нервно засмеялся. – Где ты был, когда мне было шестнадцать, Кавана? – Потянув носом, он вытер глаза и уныло вздохнул. – Может, я бы этого и не сделал, если бы тогда услышал такие мотивирующие речи.
– Школа не та, – предположил я, неуверенно пожав плечами.
– Или не та жизнь, – прошептал он.
– Да…
Мы долго молчали, прежде чем я снова заговорил.
– Я могу помочь? – спросил я, чувствуя себя полным болваном. – Я могу что-то сделать для тебя?
– Да. – Джоуи дрожащей рукой ухватился за край раковины и поднялся на ноги. – Можешь одолжить мне что-нибудь из одежды.
Мы оба понимали, что я имел в виду не одежду, но я не стал уточнять – только не в такой момент, когда он балансировал на краю.
Не говоря больше ни слова, я тоже встал и вернулся в свою комнату. Схватив несколько вещей, я бросил их в ванную и оставил Джоуи.
Бесконечно растерянный, я с трудом подошел к окну и уставился в темноту, ожидая, когда Джоуи выйдет, наблюдая, как дождевые капли ползут по стеклу.
«Так вот какова их жизнь, – думал я, – вот что она скрывала от тебя…»
Держась за подоконник, не обращая внимания на боль во всем теле, я сосредоточился на своих путаных мыслях, отчаянно пытаясь найти решение для чего-то такого, что, возможно, нельзя было решить. Одно я знал наверняка: я никогда не смогу отказаться от этой девушки. А что дальше, я и думать не хотел.
Но я понимал, что ничего хорошего тут нет. Боже, да слепой бы увидел, что нужно бежать со всех ног от этой ситуации, но я не мог. И как бы хреново все это ни выглядело, я был убежден, что должен остаться здесь, в ее личной катастрофе. Более того, я хотел ввязаться в драку и сделать что угодно, чтобы помочь ее брату. И дело уже было не только в Шаннон. Речь шла о Джоуи и трех малышах, которых я даже не видел. Я хотел помочь им всем. Совесть требовала именно этого.
Прошло несколько минут, прежде чем открылась дверь ванной комнаты и появился Джоуи. На нем были мои серые тренировочные штаны и белая футболка, и выглядел он абсолютным обсосом. «Чистым обсосом, – мысленно признал я, – никакой рвоты и вони».
– Спасибо за одежду, – пробормотал он; глаза у него были красные, лицо смертельно бледное. – У тебя есть телефон, которым я мог бы попользоваться?
У меня слегка дернулся подбородок. Я не был уверен… Что он задумал, сбежать?
– Зачем?
– Затем, что мне нужно позвонить моей девушке.
Я с опаской посмотрел на него:
– Твоей девушке?
– Да, моей девушке, – повторил он. – Дашь телефон или нет?
Я с сомнением достал из кармана телефон и протянул ему.
– Тебе не нужно никуда уходить, чел. Ты можешь остаться. На столько, на сколько тебе нужно.
Не обращая на меня внимания, Джоуи прислонился к комоду и стал дрожащим пальцем нажимать кнопки моего телефона, то и дело промахиваясь, и наконец вскинул голову и зарычал:
– Давай же!
– Какой у нее номер? – спросил я, отбирая у него телефон. – Скажи, я наберу.
– Я ее предупреждал насчет тебя, имей в виду, – сказал Джоуи, возвращая мне телефон. – Говорил ей, чтобы и не думала… чтобы не слишком надеялась на тебя.
Я пожал плечами, ничуть не удивленный: ведь я сейчас был в его семье личностью популярной.
– Какой номер?
Он пробормотал цепочку цифр, а потом добавил:
– Не обмани ее. Что бы ты ни задумал, Кавана, не подведи мою сестру, черт побери!
Я набрал номер и нажал кнопку вызова, прежде чем снова дать телефон Джоуи со словами:
– Не подведу.
Джоуи с недоверчивым взглядом прижал трубку к уху, продолжая дрожать.
– Ифа? – прошептал он через несколько секунд. – Это я.
Что бы ни сказала в ответ его подруга, это заставило Джоуи вздрогнуть.
Буквально содрогнуться всем телом.
– Я знаю, – прошептал он, плотно закрывая глаза, – знаю, понятно? Знаю, что обещал. Я дерьмо. – Повернувшись ко мне спиной, он подергал себя за волосы и выдавил: – Я чертовски виноват, малышка.
Чувствуя себя неловко, я решил спуститься вниз и найти остальных, предоставив Джоуи Линча телефону и унижениям. Я не был уверен, что мне хочется слышать разговор, не тогда, когда в голове бурлило столько всего, что я уже не справлялся.
Когда я вошел в гостиную, Гибси уже ворошил угли в пылавшем огне, а девушки свернулись на диване. Уточнение: свернулась Клэр, подобрав под себя ноги. А Шаннон сидела на краю дивана рядом с подругой прямая, как палка. Гибси
