class="p1">– То есть? С какой стати я бы к вам обращался, будь мне нужна просто железка? Естественно, самое ценное – это информация на жестком диске.
– Вы не дослушали меня. Чтобы вернуть ноутбук с информацией, вы должны будете рассказать, что хранится на жестком диске. Хотя бы в общих чертах, но лучше во всех подробностях.
– Все ясно. – Иннокентий Горбунов поднялся. – Этого не случится никогда.
Он развернулся, чтобы уйти. В этот момент как раз появился официант с кофе. Возникла неловкая пауза. Дэн показал, куда поставить чашки, и когда официант удалился, сказал, начиная раздражаться:
– Послушайте. Этим и отличаются мошенники от настоящих ученых. Мы осознаем пределы наших возможностей и не предлагаем золотые горы. Я являюсь проводником в мир снов, я частично управляю материей сновидений, и если не буду точно знать, что мы ищем, нет никакой возможности достать нужную вам вещь.
Бухгалтер стоял, сжимая в руках свой кожаный портфель. Он не уходил, но и на место не вернулся.
– Я не собираюсь вас уговаривать, – осторожно продолжил Дэн. – Но, если вы отчаялись настолько, что пришли к шайке шарлатанов, значит – испробовали все другие методы. Только мы не шарлатаны. Мы добудем ваш ноутбук. Добудем информацию. Только доверьтесь.
– Вы не понимаете, молодой человек. – Горбунов дернул себя за ворот рубашки, как будто тот его душил. – Если я расскажу вам что знаю, ваша жизнь перестанет быть прежней. Вам, как и мне, будет грозить смертельная опасность.
Дэн заколебался. Но это длилось секунды три.
Он улыбнулся.
– Знаете. Со смертельной опасностью я как-нибудь справлюсь. Не впервой.
«В конце концов, – подумал Дэн. – Что может быть хуже тени собственного отца, который хочет тебя убить?»
Бухгалтер серьезно посмотрел на него. Затем подошел к столику и залпом выпил кофе. Взял салфетку и написал на ней сумму, которую готов выложить за работу. Когда Дэн взглянул на длинный ряд цифр, у него перехватило дыхание, с большим трудом ему удалось изобразить на лице полное безразличие.
– Я сам с вами свяжусь, – сказал клиент, развернулся и пошел к выходу.
Дэн не выдержал и спросил:
– Это значит да или нет?
Серый господин коротко обернулся, бросил через плечо:
– Это значит: мне нужно подумать.
– Если решитесь, сообщите мне заранее, – сказал Дэн, привстав со стула. – Нужно кое-что согласовать с главным.
– Я думал, что говорю с директором «Бюро сновидений», – подозрительно сощурился Иннокентий Горбунов.
– С ним самым, – бодро улыбнулся Дэн. – Но у нас еще есть главный по лаборатории. Эти гении такие капризные! И потом нужно кое-что настроить, проверить. Вы же понимаете…
Клиент не сказал больше ни слова и вышел. Дэн, сгорая от стыда, закрыл лицо ладонями. Он был уверен, что видит странного бухгалтера в последний раз. Но, сказать по правде, не знал – огорчаться от этого или радоваться.
Глава вторая
Гости, и еще раз гости
Дэн как раз выходил из кофейни, когда заметил, что на углу, у самого дома профессора, остановилась блестящая машина. Да это ведь новенький желтый Porsche!
Парень ожидал, что из автомобиля выйдет какой-нибудь хорошо одетый холостяк. И хорошо одетый холостяк вышел. Только он был совсем не холостяк. Водитель открыл переднюю дверь для его супруги в белом френче и глянцевых сапожках. Пока Дэн созерцал, как она магическим движением поправляет прическу и надевает солнечные очки, водитель открыл заднюю дверь, и наружу посыпались детишки.
Сыпались они громко, цепляясь друг за друга, за отца и за мать, крича и брыкаясь. Дэн даже удивился, что их всего трое.
Старшему было около двенадцати. Он жевал жвачку с такой интенсивностью и скоростью, что это было видно с другого конца улицы. Руки его и взгляд были полностью поглощены смартфоном.
Десятилетка, вылезший следом, оказался весьма упитан. Он сдвинул старшего брата с поребрика могучим толчком головы. Старший заорал на него, началась легкая потасовка. Что не мешало одному играть в смартфон, а другому лопать чипсы.
Следом за мальчишками вылезла хорошенькая, как куколка, девочка, в платьице и пальтишке с большими пуговицами. Она явно не разделяла веселости братьев и тоскливо прижимала к груди плюшевого зайку. Все трое были рыжие, как тыквы.
Отцу семейства и матери удалось, не без труда, выстроить детей на тротуаре. Затем они двинулись прямо к крыльцу профессора.
Дэн про себя выругался. Этого он допустить не мог.
Коря себя за то, что слишком долго рассматривал гостей, он перебежал улицу и успел как раз в тот момент, когда водитель Porsche вдавил пальцем кнопку звонка.
Дэн грубейшим образом протолкался сквозь многодетное семейство и схватился за дверную ручку.
– Рад приветствовать! Дайте угадаю – вы пришли в «Бюро сновидений»?!
Старшенький поднял голову и уставился на Дэна, средненький перестал лопать чипсы, а младшая девочка посмотрела на парня таким щенячьим взглядом, что у того все сжалось внутри. Отец удивленно моргнул, мать опустила солнечные очки.
– Мы и правда сюда, – нашлась наконец женщина. – Только… ожидали увидеть вас по другую сторону двери.
– Я как раз возвращался в Бюро, – широко улыбнулся Дэн. Где-то в глубине холла послышались знакомые шаги профессора. – Минуточку…
Он шмыгнул за дверь, закрыв ее прямо перед носом растерянных клиентов. Целая семья! Надо же! И чего они здесь забыли?
Профессор Нестор стоял посреди коридора в фартуке, и глядел на Дэна почти с тем же выражением лица, что и гости.
– Кто это там?
– Это я. Только я.
– Только ты? А почему звонил? Знаешь ведь, что работаю…
– Простите, профессор. – Дэн начал переминаться с ноги на ногу. Как будто хотел в уборную. – Простите, привычка. Вечно забываю, что теперь живу здесь.
Нестор вынул из орбиты глаза лупу, протер платочком.
– Знаешь. Все-таки ты что-то скрываешь, Дэн. И почему ты ушел куда-то после первого звонка и не предупредил?
– Профессор! – вскрикнул парень. – Вы что, оставили в лаборатории Люсю одну? Там же провода! И Жезл Транспозиции, то есть Палка Перемещений, то есть Посох…
Нестор ойкнул и побежал спасать собственное изобретение. У Люси дома было целое бревно, чтобы точить зубы. Но она предпочитала что-нибудь нужное и полезное.
– Мы еще поговорим, Дэн. Слышишь?! – угрожающе крикнул профессор, исчезая за дверью.
Дэн выдохнул и вышел на крыльцо, оказавшись нос к носу с отцом семейства. Он был
