нас никогда не было запретных или стыдных тем. Более того, они с Дэрэком стали Наставниками Мэль в этом вопросе. Пошутили – лучших ей не найти… согласна! Так что тебя тоже ждёт нечто. Весёлое – не весёлое, но не заскучаешь – точно!
– Эльги, я ведь ещё официальное предложение не сделал.
– Сделаешь. Надеюсь, Мэль повезёт больше, чем мне! Первое предложение Джэд сделал через Советника Орнга моему отцу, злясь на меня и на себя, а больше – на обстоятельства, которые его к тому принудили. Второе предложение я получила в замке Гэссы, мысленно, когда вместо короля со мной говорил бесконечно исстрадавшийся парень.
– А третье предложение, которое он сделал сегодня, не уступает первым двум!
– Дэрэк ещё счастливец! Синеглазый перед ним преклонил колено… если я умею считать, третий раз в жизни. Первый – когда проходили Обряд мы сами. Второй – когда вручал Мариэль ожерелье королей Саора. И сегодня… Он очень гордый, Стэн.
– Неудивительно. Он имеет полное право гордиться собой!
– Стэн, – покосилась на него королева, – теперь вслед за Дэрэком начинаю волноваться уже я.
– Его все так любят… Это заразно!
– Стэн!
– Эльги, да я смеюсь. А вы с принцем так мило дёргаетесь, что удержаться просто невозможно! Кстати, танец заканчивается.
– Жаль. Ты хороший партнёр. И друг. И очень скоро – сын. Да, а где Мэль?
– Пошла переодеваться. Сказала – хочет удивить.
– Когда один из них так говорит, я начинаю беспокоиться. И тебе рекомендую. Наша доченька действительно вся в отца – и красотой, и силой, и характером. Как у тебя мужества хватило!
– Тебе же хватило! О! Смотри, кто появился! Хорошо, что мы закончили танцевать! Между нами приличное расстояние, Эльги?
– Вполне… Слушай, что они вытворяли?! Улыбки просто идиотские… Пойду, охоложу слегка. Спасибо за танец, Стэн!
Он следил, как она идёт – величественная и хрупкая одновременно. Вот подошла, спросила, выслушала ответ, рассмеялась. Внешне – ровесница Мэль. Мудрая, чуткая, добрая, нежная… Ему бы такую мать! Стоп! Так она и назвала его сыном! Сердце забилось от восторга. А Синеглазый – он станет его отцом?! Будет тренировать, как Дани, учить магии, вытаскивать их с Мэль в иные миры?!
Здорово!
– Стэн…
Юноша аж подпрыгнул от неожиданности.
Дэйкен что, услышал, о чём они с Эльги говорили?! Когда успел?! И почему синие глаза так встревожены?
– Джэд, я извиниться должен… – поскорее начал оправдываться Стэн. – Мы с Дэрэком тебя разыграли… не думали, что получится так… жестоко.
– Дэрэк уже рассказал. И прощения попросил – так, что пришлось простить. Тут другое. Говорят, ты с моей женой танцевал…
Стэн не сдержался, согнулся пополам в приступе хохота:
– Ну, Эльги! Добилась-таки! Джэд! У тебя необыкновенная жена. Мне бы раньше сообразить… Что, даже если ты не увидишь, всё равно узнаешь… Вот это женщина! Понимаю, за что ты выбрал её! Да не хмурься ты так! Эльги хотела заставить тебя ревновать. Вы с Дэрэком уединились, она обиделась… Ты вообще свою жену не ценишь, даже предложения руки ей приличного не сделал! Через Советника её отцу, потом мысленно по связи… Правильно Илина заметила – совести у тебя нет, король Саора!
Синие глаза потрясённо уставились на него.
– Джэд, ну нельзя же быть таким прекрасным Правителем – и настолько теряться в элементарных человеческих отношениях! Разве ты не знаешь, насколько для девушки важно предложение руки и сердца?
– Нет… Это Эльги тебе сказала?!.
– А ты ждёшь, пока она скажет? Или когда она, как Дэрэк, у тебя его потребует?!
– Я даже не думал… моя Эльги… Стэн, каким образом ты вызываешь такую откровенность?! Или отец прав – ты…
– Защитник. – Тор подошёл неслышно, словно соткался из воздуха. – Я говорил тебе, сынок… Уникальный дар! Открывает сердца, улаживает ссоры, гасит конфликты. Более редкий, чем Видящие. Четвёртый случай за две тысячи лет.
– Пятый. Мой дед, Олькен, тоже обладал даром.
– Ну ты даёшь! – Дэйкен присвистнул. – И давно ты в курсе?
– Со вчерашней ночи. Тор у Ардэга назвал меня защитником. Я всё думал, почему это слово меня так зацепило. Потом всплыл вопрос Дэрэка – «Стэн, кто ты?» Припомнил смерть деда. И в голове всё сложилось.
– А я всё удивлялся! Вейра, такая замкнутая! Отец, который две тысячи лет всё в себе держал. Дейзи, что шестнадцать лет молчала. Дэрэк расплакался, вспоминая прошлое! А под конец – ещё и Эльги!
– И ты. До тебя достучаться труднее всего.
– Он очень скрытный, – ухмыльнулся Тор. – Мало кого к себе подпускает. Кстати, спасибо, что гриву его длиннющую укоротить поспособствовал! Стэн, ты намерен держать свой дар в секрете от Саора?
– А это возможно?
– Если ты так решишь – да. Дальше нас с сыном это не пойдёт. Ну, и от Мэль ты это не скроешь. Только рано или поздно правда откроется. Почему в твоём присутствии люди делятся самым важным? Самым наболевшим? Почему глубоко запрятанная обида прорывается наружу – и тает без следа? Почему затаённая ревность, в которой не признаёшься даже себе, выходит – и исчезает…
– Вы из-за этого приняли меня в семью?
– Нет, Стэн, – горячо возразил Дэйкен. – Что ты! Мы и есть твоя семья, кто бы ты ни был и каким бы даром ни обладал. Мы все тут со странностями. Отец – Создатель, я – Хранитель, Мэль – Великая, Ариэль – Стоик, Вейра – Видящая… Пап, ты что, не знал?!
– Один сплошной сумасшедший дом, – проворчал Тор.
– Весёлый! – добавили Стэн и Джэд в один голос и заулыбались.
– Я, между прочим, твоим сыном скоро стану. – Стэн повернулся к Дэйкену. – Представляешь своих внуков?!
– Да справимся как-нибудь… А правда, Эльги хотела, чтобы я ревновал?!
– А как ты думаешь? Вы с Дэрэком совсем совесть потеряли… с бала сорвались. Стоило оно хоть того?
– Ох, стоило…
– Потом поделишься?
– После вашего с Мэль Обряда! А то мало ли… возьмёте с нас с Дэрэком дурной пример, как сказала бабушка.
– Оболтусы! – пробурчал Тор. – Мало мне было двоих, третий явился!
– Папа, не ворчи! И где, собственно, наша внучка, дочка и будущая жена?!
– Здесь я.
Они обернулись. Джэд охнул, Стэн ахнул, Тор крякнул…
– Стэн, она тут мне выбивалку советовала… – подтолкнул его в бок Дэйкен. – Поделиться?
Юноша не мог оторвать от Мэль восхищённого взгляда.
«Она оставила себе отрез этой ткани, – подумал он, – и сшила платье в цвет своих невероятных глаз»
Как во сне, он опустился на одно колено, втайне надеясь, что это получилось так же величественно и грациозно, как у её отца.
– Мэриэль, дочь Джэда, наследная королева Саора… Будь моей женою!
Повинуясь уже не традиции, а той силе, что возникла, овладела, подчинила его, он продолжил:
– Мэль! Нас разделяли четыре века. Мы должны были разминуться во времени. К моменту твоего рождения от меня осталось бы имя, упоминание в истории и частичка света далёких звёзд… Но так случилось, что ты подарена мне судьбой! Один очень чуткий человек сказал, что весь свет мира
