не говорим, ее будто бы и нет. И можно притворяться и дальше. Что мы с Теодором никто друг другу».
***
Темный дремучий лес шелестел листвой, поблескивал зеленой ряской болот и пугал случайных путников. Никто не заходил в эту часть леса случайно. Все жители деревни, да и столицы знали, что в самом сердце дремучей чащи, неподалеку от болот, живет ведьма старая. Колдуньей она стала давным-давно, а Малена недавно к ней погостить приехала. Ей только семнадцать миновало, проснулись в ней ведьминские чары, и бабушка учила ее всякому… колдовским премудростям.
Малена красивая была, хоть и незнатная. Но надеялась благодаря чарам колдовским замуж достойно выйти. Околдовать князя столичного и в его дворце хозяйкой стать. Да по балам, по пирам разгуливать. А может, и правда князь красивый будет, да влюбится она в него? Не знала сама. Она об этом не думала, бабушкину науку ведьмовскую впитывала прилежно.
Вот и попросила ее бабушка ягоды лесные отравить магией смертельной. Золотой пыльцой их окутать, магам только сильным видной, и то не сразу. Для заказчицы богатой да знатной, которая заплатила хорошо и наперед. Малена согласилась. Но бабушка на целый день ушла в лес, искать травы особенные, которые на полнолуние растут только. И оставила ее на хозяйстве. Да приказала, чтобы заказ отдала девушке молодой. Сегодня зайти обещалась. И вот, солнце уже до краешка веток добралось, как в покосившуюся дверь постучали.
– Входи, красавица, – промурлыкала Малена, перетекая из кухни в комнату большую да светлую, где на столе, на видном месте лукошко с ягодами зачарованными стояло. – Давно жду я тебя, давно.
***
Анисья удивленно вскинула брови, переступая через порог. Платье на ней сегодня было менее приметное, богатое, но не шитое золотом-жемчугами, чтобы не заметил никто, что королева сама к болотам к колдунье ходит. Только колдуньи на месте-то не оказалась!
– Кто ты такая? Кем хозяйке будешь и где она? – Анисья посмотрела на девчонку слегка свысока, юная же совсем.
Сказать, что прибежала приворот просить для парня какого-то деревенского? Только было что-то в ее лице… похожее на ведьму старую, с которой она знакомство водила. «Уж не дурит ли колдунья голову, молодушкой прикидываясь?» – подумала Анисья.
Малена встряхнула волосами темными, в локоны любовно бабушкой завитыми. И носик капризно наморщила.
– Хозяйка по делам ушла с утра. Меня на хозяйстве оставила. И наказала отдать тебе заказ. Проходи? Чаем тебя угощу. Меня Малена зовут, а тебя как? Могу всю судьбу тебе твою рассказать по ладони твоей, если захочешь! Особой магией я владею…
Манила она и соблазняла гостью пройти в дом. Потому что скучно ей было! Со старухой дни свои коротать. В столицу Малена не выбиралась почти, денег у нас столько не было, чтобы там веселиться. А поговорить с кем-то хотелось!
– Бабушка заказ сделала, все, как ты просила, – сверкнула Малена умильно глазами темными, как виноградины спелые. – Думала я, что зелье приворотное тебе нужно, а не яд смертельный… но хозяин – барин, как говорится! Проходи, садись, не бойся, я не кусаюсь. Внучкой я прихожусь старой колдунье. Дар магический у меня раскрылся недавно, вот, погостить приехала к старухе.
Глава 21
– Анисья я, – не стала Анисья ни врать, ни отпираться, проходя за Маленой в дом. – Да ты и сама увидишь, кто я, раз талант у тебя к такому имеется. А приворот… что мне толку с любви обманной? В глаза его смотреть и знать, что подделка все это? Кому, как ни тебе, понимать.
Анисья брезгливо поморщилась, представив, как Теодор ходил бы за ней дурень-дурнем и сочинял бы песни любовные о красе ее неземной. Нет, иначе она его хотела! Вот таким, гордым, жестким, уверенным, но склонившимся перед ней… В своих тайных мечтах не убивала она его, а прятала в самой дальней темнице подземелий, приходила да навещала. Чтобы рассказать, как дела наверху, чтобы доказать, что правит она ничем не хуже, что не девка дурная, как все вокруг думают, стоит косы да платье увидеть! Но то мечты, и мечты опасные. Пленник вырваться и власть вернуть способен. А мертвец уже нет.
Малена кивнула понимающе и чашку поставила перед Анисьей. Платье у нее дорогое было. Не из простых, значит.
– Да. Но я бы не отказалась приворожить какого-то князя, что при дворе важной персоной считается, уважением самого короля пользуется! – мечтательно протянула Малена и сама отпила чаю из второй чашки. – Женила бы на себе, а там пускай хоть песни поет, хоть пляшет для меня. Мечтаю в королевском дворце на балу побывать. Королеву нашу увидеть. Она сильная и смелая, наверное, раз такого сокола гордого, как наш король Теодор, в себя без памяти влюбила! Шептали мне подруги, что Теодор вокруг королевы своей вертится да щенком влюбленным смотрит. Мне бы… Его лучшего друга, правую руку короля, на себе женить, и водила бы дружбу с самой королевой! Может, понравилась бы ей, тоже смелая и гордая девица, и язык у меня острый, да умею по колдовству всякое… вместе магичили бы! Ой, ладно, прости, разболталась я. О ерунде мечтаю, ни к чему даме придворной бредни слушать. Давай погадаю, коли хочешь? И заказ твой отдам. Спешишь ты, наверное?
Анисья улыбнулась невесело. Вон оно как со стороны-то смотрелось. Она отпила чаю и перевернула руку, позволяя увидеть свою ладонь.
– А ты посмотри… Поймешь, кто я? – Анисья с любопытством склонила голову набок. – И правду ли люди говорят или так, языками чешут про влюбленного короля…
Анисья повела плечами немного зябко. Никогда не любил ее Теодор, она это знала. Ее это устраивало. Не требовал от нее любви, сам душу не открывал, заперев себя на семь замков после того, как его первая любовь за другого замуж выскочила. Но все равно моментами тоскливо на душе становилось, что так любви настоящей она и не узнала.
Малена приняла вызов. Испытать ее гостья захотела? Думала, может, что обманывает, что ведьма она молодая? Удивит Малена тогда!
– Посмотрю! – кивнула азартно Малена, да прядки волос тонкие вокруг лица рассыпались.
Она взяла узкую ладонь в свои руки. Всмотрелась внимательно, своей ладошкой провела, оставляя от магии легкий беловатый след. Но потом задрожала и едва не выронила руку гостьи. Глаза Малены широко распахнулись, а с губ слетело:
– Королева?! Моя королева? Так это ты… собственной персоной
