Как же… как же мы его проглядели-то. Ох, ё! Прости, друже…
— Ага, от Лешего словечек нахватался, — подумал я, глядя на кубарем летящего с горки в мою сторону немалых размеров мутанта.
Докувыркавшись до подножья холма, мутант начал копошиться, пытаясь встать, при этом издавая странные звуки: то ли стонал, то ли кряхтел, не понять.
— Это же надо так, а! — захохотал я, медленно поднимаясь на непослушных ногах.
Мутант, хоть и здоровый, но совершенно обессиленный от голода, медленно перебирал лапами, подтаскивая своё исхудавшее до костей тело, очень похожее на мумию времён Фараона Рамзеса IV.
— Miel, — еле слышно проурчало создание, не сводя с меня голодных, мутных глаз.
— Не, дружок, мне нечем тебя покормить, честно, — я отошёл на пару шагов в сторону, наблюдая за действиями нового знакомого.
Говорил он на незнакомом мне языке, но то, что просил чего-то, было понятно и без переводчика.
— Я таких ещё не видел, — прозвучал удивлённый голос Рыжего. — Пустыши, это в порядке вещей, но чтобы кусач, да ещё и такой здоровый, да такого цвета… — Рыжий покачал головой.
Кусач остановился. Пару минут лежал, опершись на локти, потом и вовсе упал, таращась на меня, уже не только голодным, но и жалобным взглядом.
Три метра костей, обтянутых бурой, местами чёрной, грубой шкурой, с когтями не меньше десяти сантиметров на всех четырёх конечностях и с зубами разного размера и формы, в два неполных ряда, бессильно валялись на грунте, вызывая скорее жалость, нежели страх.
Я обошёл по дуге, рассматривая существо со всех сторон, но приближаться не спешил.
Кусачи уже не так глупы, как их более младшие собратья. Они вполне способны на хитрость, даже засады устраивают, так что, недооценивать его я не собирался.
— Ну, что же мне делать-то с тобой, болезный? Кормить тебя нечем, сам бы поел чего с удовольствием. Может тебя съесть?
— Miel…
— Да, дружок, согласен. И я голодный. Ладно, потом с тобой разберусь. Поползай пока ещё немного. — Кинуться с палкой, пусть и на слабого, но кусача, у меня и в мыслях не возникло.
Я направился вверх, на невысокий холм, откуда недавно скатился этот несчастный. Возможно, там я найду хоть что-то, что поможет мне справиться с этим представителем второй расы. Да и, вообще, надо глянуть, откуда он такой тощий выбрался.
— Там чисто, — сообщили призраки. — Мы весь остров, каждый кустик проверили.
— Этого-то как проглядели? — Я был удивлён, обычно такого никогда раньше не было.
— Энергетика у него вообще еле-еле светится, вот и прошляпили. Но сейчас мы совсем всё проверили, даже подвалы. Стопроцентно!
— Какие подвалы?
— А, не сказали разве? Да, там же кусок посёлка! — махнул на вершину холма Рыжий.
— Да не, то деревня, скорее всего, а не посёлок. Дома, уж больно, характерные, — появился Каштан.
Это известие здорово прибавило мне прыти, и я уже хромал, опираясь на свою палку, почти бегом, карабкаясь, то на двух, то на трёх конечностях, в горку.
— Вот, ещё немного и я наверху! Да! Я это сделал! — в душе всё ликовало от победы над самим собой. Вот они, дома! А там и сухие, тёплые вещи, и, возможно, еда, а внизу, у болота, ползают мои спораны.
Очень хотелось опуститься в сочную зелёную траву и посидеть немного, но, допив последний живчик, я двинулся вперёд, осматриваясь по сторонам.
Пока что, видел лишь одну пыльную улицу без какого-либо покрытия, окромя природного. Деревянные дома, срубы и такие же деревянные заборы, с выломанными дырами и снесёнными напрочь калитками, перерытые палисадники тянулись по обеим сторонам метров на двести вперёд. Всюду валялись разгрызенные остатки белых костей и ни одной целой косточки: подъел всё подчистую дикий турист. Домики все какие-то однотипные и уж очень ухоженные. С резьбой по срезам крыш, по карнизу, но разглядывать и вспоминать узоры у меня, пока, желания не было. На данный момент все мои потребности были более приземлёнными: еда, вода, и отдых в тепле на перине…
Прошёл вдоль по улице домов восемь, прежде чем свернуть в указанное Каштаном жилище.
Входная дверь валялась во дворе, окна разбиты. Разодранная белая занавеска в пятнах крови развивалась на сквозняке.
— Вы уверены, что там никого? — Я прекрасно понимал, что в таком состоянии даже простой пустыш для меня — серьёзная угроза.
— На всём острове — никого крупнее птички, Док, — улыбнулся Каштан. — Не зря же этот, — кивнул в сторону мутанта, оставленного у болота, — так истощал. Подъел тут всех, кого мог, и всё. Сидит теперь, лапу сосёт, а уйти не может. Воды они боятся. По пояс ещё зайдут, а дальше — не, назад выходят. Это, если только в азарте погони залететь могут, но плавают в воде, как топоры. — Каштан усмехнулся и прошёл сквозь стену.
Я поднялся на четыре ступеньки и переступил порог дома…
В доме полный кавардак. Всё разбито, валялось по полу повсюду, тут и там виднелись бурые пятна и глубокие борозды в плахах. Засохшая кровь… выскребали из дерева, видимо, пытались есть. Несложно догадаться, чьих это лап дело.
— Чем этот дом отличается от остальных? — Мне стало любопытно, зачем я прошёл столько домов мимо, если и тут всё разбито в хлам.
— Пойдём, — увлёк меня Каштан ко второй двери, ведущей во внутренний двор.
— Тут есть погреб, — улыбнулся он — Хороший погреб. Тебе понравится.
Во дворике скромно располагался мини бассейн с мутной водой, в которой плавал разный мусор. Перерытая лужайка, и в самом конце — неприметный маленький домик, с двухскатной крышей до земли, который оказался перекрытием над лазом в погреб.
— Еда-а-а!!! Ура-а-а!!! — я готов был расцеловать эти банки, бочки и того запасливого хозяина. Но потом, всё потом, а пока нужно подкрепиться.
Мой несчастный желудок запел не хуже мутанта на все лады. Сколько я не ел? Сутки? Меньше? Но я был голоден настолько, что и в самом деле готов был сожрать того мутанта. Вот без шуток. Наверно, это обратно мой организм, потребляя жизненную энергию, требует кучу калорий. Ага, знаем, плавали уже. Я вспомнил нападение орды на Парадиз и свой зверский голод с непрерывным употреблением пищи на протяжении нескольких дней. Всё из-за выхода волновой энергии для поддержания тогда оборонной функции призраков. А сейчас что? Призраков не кормлю вроде, сам еле
