Читаем без скачивания Остров мертвых - Масако Бандо

Внезапно Сигэ пришла в голову мысль:

«Может, привлеченные его пламенем мертвецы не вернулись в загробный мир после окончания Бона и теперь скитаются неподалеку?»

— По-моему, неплохо. — Тэруко еще раз подергала шест и убедилась, что он крепко держится.

Лезвие серпа прорезало легкие порывы ветра. Выпятив нижнюю губу, Сигэ что-то бормотала себе под нос. Ей ни к чему слушать новости, она-то знает, что здесь скоро будет тайфун. Ей сообщил это ветер, наполненный скрытой мощью и влагой. Она хорошо знала этот зуд в ладонях, который бывает перед страшной бурей.

«Я вернусь. Вернусь к тебе», — голосом Такэо шептал ветер.

Сигэ захотелось спрятаться от этого свистящего шепота, и она ушла в дом.

Проехав еще немного по центру Китано, такси остановилось. Расплатившись, Хинако вылезла из машины на плавящийся от жары асфальт. Перед ней высилось обшарпанное здание самой крупной в округе клиники.

Хинако поднялась по ступеням и вошла внутрь. Переобувшись в бахилы, она пересекла громадный холл и направилась к регистратуре. В прохладном воздухе явственно ощущался запах хлорки. На диванах смотрели телевизор и курили ходячие больные.

Красный блейзер, джинсы, цветастая сумка через плечо, темные очки. Хинако спиной ощущала прикованные к ней взгляды. Она сняла очки и обратилась к дежурной:

— Не подскажете, в какой палате лежит Ясутака Хиура?

Медсестра с обвисшим, как у ящерицы, подбородком, смерив Хинако внимательным взглядом, ответила:

— Четвертый этаж, отделение мозговой хирургии.

Они что тут, всех больных наизусть знают? Хотя это вполне естественно. Ясутака Хиура находится здесь уже семнадцать лет. Поблагодарив, Хинако направилась к лифту.

Встретиться с Ясутакой Хиурой ее подвигла вчерашняя рукопись. Она понимала, что поговорить с ним в его нынешнем состоянии не удастся, но после того, как она прочитала его книгу, Ясутака вдруг стал ей невероятно близок. Ей стало так жаль отца бывшей подруги, которого никто не навещает…

Двери лифта разъехались, вместе с другими посетителями выплеснув Хинако в холл четвертого этажа. Здесь было заметно тише, чем на первом. Сквозь стеклянные перегородки виднелись длинные ряды кроватей.

Возле одной из дверей в числе прочих значилось имя Ясутака Хиура. Все шесть пациентов палаты были в коме. Хинако медленно шла между кроватями. Женщина с дыхательным аппаратом. Старик. У одной из кроватей рыдают женщина с детьми — пришли проведать пребывающего в забытьи мужа и отца.

Ясутака Хиура лежал у окна. Хинако робко взглянула на него. На первый взгляд он почти не изменился. На щеках румянец, крепкое тело совершенно не выглядит изможденным. Короткий ежик волос делал его похожим на школьника. И все же расслабленные мышцы шеи, безвольно приоткрытый рот, стеклянный взгляд, направленный в потолок, говорили о том, что в этом теле почти нет жизни. Из него словно выкачали силу.

Лицо, лишенное всякого выражения, делало его похожим на покойника, который вот-вот начнет разлагаться.

Хинако тихонько погладила лежащую поверх простыни руку. Она оказалась теплой и мягкой — словно подтверждала, что ее хозяин жив и просто уснул.

Женщина с детьми, навещавшая мужа, понурившись вышла в коридор, оставив Хинако наедине с неподвижными пациентами. В тишине слышалось только их легкое посапывание.

Ясутака, находящийся между жизнью и смертью. Тэруко, потерявшая разум. Кодзи, пропавший без вести. Саёри, захлебнувшаяся в реке… Почему цепь несчастий преследует семью Хиура? Удивительная штука человеческая судьба. Каждый ее следующий шаг теряется в потемках и таит неизвестность. А может, все это было предопределено заранее и смерть Саёри стала лишь детонатором для цепочки взрывов?

Ясутака шевельнулся и еле заметно сжал руку Хинако. Она изумленно смотрела на него, не веря собственным глазам. Губы его дрожали.

— Ясутака! — Хинако наклонилась к самому его уху. Неужели он приходит в себя? Она легонько потрясла его за плечо. Зрачки мужчины напряглись, и взгляд медленно сфокусировался на Хинако.

— Са… ё… ри… Она…

Голос Ясутаки был хриплым, ведь он молчал целых семнадцать лет. Словно ученик на уроке вокала, он мучительно выдыхал слова.

— Ка… камень… может собрать… мертвых духов… со дна… Ущелья… Богов… достала…

Хинако хотела кого-то позвать, но Ясутака крепко держал ее руку.

— Она… Ущелье… Богов… непоправимое… — Глаза его широко распахнулись. — Останови… Саёри… Я… не могу… Я… наполовину… в стране мертвецов…

Хинако в полной растерянности смотрела в лицо Ясутаки. На его лбу залегла глубокая складка. Похоже, каждое слово отзывалось в нем неимоверной болью. Бесстрастная маска исчезла. Сейчас он напоминал выброшенную из воды рыбу.

— Са… ёри… — Было слышно, как его язык постепенно костенеет. Превозмогая боль, он из последних сил старался что-то сказать: — Ос… та… нови… — Рука, сжимавшая пальцы Хинако, безвольно повисла.

— Ясутака!

Хинако склонилась над ним. Его взгляд медленно затуманился, и наконец он прикрыл глаза. Голова снова утонула в подушке.

Хинако в панике выскочила из палаты:

— Сестра! Сестра!

Она буквально вцепилась в идущую по коридору невысокую медсестру, уверяя ее, что Ясутака Хиура пришел в себя.

Медсестра направилась в палату. На лице ее читалось недоверие. Внимательно осмотрев Ясутаку, она вздохнула:

— Он спит.

— Но он только что говорил…

На лице медсестры Томоко Ясуда — имя было вышито на халате — читалось вполне естественное замешательство. Трудно поверить в то, что человек, семнадцать лет пролежавший в коме, на мгновение очнулся и снова заснул беспробудным сном. Хинако окликнула Ясутаку. Глаза его были закрыты, тело неподвижно.

— Вы ему кто? — В голосе медсестры послышалась подозрительность. Узнав, что Хинако подруга его дочери, она заметно смягчилась: — Специально приехали проведать? Думаю, ему очень приятно.

Медсестре было лет пятьдесят, ее круглое лицо с морщинками возле глаз напоминало сухую хурму, только в глубине небольших глаз сиял необычайно яркий свет. Казалось, она взглядом оглаживает Ясутаку сквозь простыню.

— Я бы хотела вас чем-то обнадежить, но, вы же знаете, столько лет прошло… Не стоит тешить себя иллюзиями.

— Да, я понимаю…

Хинако снова взяла Ясутаку за руку, но она оказалась вялой и безжизненной. Значит, он проснулся лишь на несколько секунд. И все же ладонь Хинако хранила тепло его руки.

Попрощавшись с медсестрой, девушка вышла из палаты. Загадочные слова Ясутаки не шли у нее из головы. Что он пытался ей сказать? И можно ли всерьез воспринимать слова человека, долгие годы пролежавшего в коме?