Читаем без скачивания Остров мертвых - Масако Бандо

— Итак, следующий звонок от госпожи Ямамото. Что скажете?

Дозвонившаяся женщина рассказала, что у нее в огороде созрела гигантская тыква.

— Она такая огромная, не обхватишь. Соседи говорят, ее надо оставить на Хэллоуин, из нее получится отличное привидение. Некоторые даже просят сфотографировать ее на память!

— Да, я бы и сам с удовольствием взглянул на такое чудо. Но как же вы собираетесь есть эту тыкву-привидение?

— А мы не станем ее есть, а то еще съедим, и привидение правда появится. — Женщина засмеялась собственной остроумной шутке.

Фумия обгонял одну машину за другой. Хинако не нравилось, что он так спешит.

Дорожный указатель сообщил, что они въезжают в префектуру Эхимэ. Немного проехав вдоль излучины реки, Фумия резко повернул направо, под указатель с надписью «Исидзути».

Хинако вздрогнула:

— Ты едешь на Исидзути?

Фумия молча глядел перед собой.

Та самая Исидзути, о которой Ясутака писал, что гора зовет его. Значит, Фумия тоже туда направляется?

Машины навстречу теперь почти не попадались. Справа высились скалы, слева пролегла глубокая долина. Далеко под обрывом виднелось речное русло. Многочисленные надписи предупреждали о возможном камнепаде. У обочины лежал огромный валун, сорвавшийся с горы. Только этого им не хватало! Склоны горы были не укреплены асфальтом, а лишь затянуты специальной сеткой.

На лобовое стекло упали первые капли дождя.

— Ну вот, — проворчала Хинако.

Даже дождь не нарушил его молчания. На глазах у Хинако выступили слезы.

Далекая вершина терялась в белом тумане. Фумия включил дворники, и они с тихим шуршанием стали разгонять капли. Хинако хотелось сказать, что стоит поскорее вернуться домой, но она удержалась. Все было без толку. Что она могла поделать с этим упрямцем?

Дождь постепенно набирал силу. Туман, спускавшийся с вершины горы, с каждой минутой становился все плотнее. Крупные капли громко стучали по земле.

По радио начался прогноз погоды:

«Сегодня во второй половине дня тайфун номер двести четырнадцать неожиданно сменил свое направление и теперь, постепенно усиливаясь, направляется в сторону Сикоку. Предположительно, сегодня вечером на его пути окажется мыс Асидзути. В горах погода уже сейчас начинает портиться, а в ночь обещает разыграться настоящая буря. По всему острову объявлено штормовое предупреждение».

Хинако взглянула на Фумия. Он крепко сжимал руль. Судя по его отрешенному взгляду, он не замечал ни дождя, ни метеорологической сводки.

Хинако снова вспомнила лицо Тэруко, кружившей вчера вокруг камня в Ущелье Богов, ее направленный в одну точку взгляд. Сердце Тэруко было занято лишь одним, и она не могла думать ни о чем другом. Этим одним была Саёри.

— Фумия! — Не в силах больше сдерживаться, Хинако с криком тряхнула его за плечо.

Фумия даже не шелохнулся, но его лежавшая на руле рука дрогнула, и машина резко вильнула в сторону. Послышался визг тормозов, и их бросило вперед.

Фумия едва не пробил стекло головой. Машина замерла поперек дороги в миллиметре от огромной гладкой скалы. Хинако чувствовала, как сердце, остановившись на секунду, снова толчками погнало кровь по сосудам.

— Что это было? — тихо пробормотал Фумия, и это были его первые слова за время их долгого пути.

Огромное облегчение в душе Хинако сменилось паникой. Только сейчас она осознала, как близко они оказались от смерти.

— Прости. Мне показалось, ты не замечаешь тайфуна, и я…

— Какого тайфуна?

— Ты не слышал прогноз погоды. Там сказали, что на Сикоку надвигается тайфун.

Кажется, только сейчас Фумия наконец заметил хлещущий потоком дождь. Он осторожно вернул машину на шоссе, заглушил мотор и растерянно промолвил:

— Льет как из ведра. А зачем мы сюда приехали?

— Я бы и сама хотела это узнать. Что с тобой? Всю дорогу ты молча гнал машину…

Фумия снова с простодушным изумлением спросил:

— Почему мы здесь?

Хинако, чувствуя себя так, словно ее поджаривают на медленном огне, терпеливо объяснила:

— Я села в Китано. Ты это помнишь?

Похоже, он не помнил. Он хотел сказать что-то, но промолчал. Некоторое время Фумия задумчиво сидел, опершись на руль, и наконец промолвил:

— Сегодня я проспал, и первой моей мыслью было то, что я должен отправиться на Исидзути.

— Почему на Исидзути?

Он растерянно покачал головой:

— А кстати, как ты оказалась в моей машине? — В его голосе послышались колючие нотки.

Хинако уставилась на свои сложенные на коленях руки:

— Мне хотелось поговорить с тобой о том, что случилось позавчера.

— Я не хочу ничего слышать.

Не обращая внимания, Хинако на одном дыхании выложила:

— Он в тот же день уехал в Токио. Мы расстались.

Фумия долго смотрел на нее и наконец промолвил:

— Поехали домой.

Он завел двигатель и собирался развернуть машину на сто восемьдесят градусов, но вдруг громко выругался.

— Что случилось?!

Нахмурившись, Фумия сказал, что не может сдвинуть руль с места. Он снова и снова наваливался на него, пока машина, словно упрямая лошадь, не начала нехотя менять направление. Струи дождя плясали на стеклах. Ветер с остервенением раскачивал макушки деревьев. Машина медленно вернулась на исходную позицию.

— Странно. Что с ней слу…

Закончить фразу ему помешал сильный грохот. Казалось, небо над ними разломилось надвое. Хинако в немом ужасе смотрела на дорогу. Прямо перед машиной с грохотом обрушились несколько камней размером с быка. Фумия резко нажал на тормоз. Земля еще гудела, и этот гул сливался с визгом тормозов.

Камни подняли облако песка, усыпавшего все вокруг. По машине, словно канонада фейерверка, с грохотом ударяли мелкие обломки. Фумия и Хинако затаились в машине. Наконец пыль осела, и Фумия, выглянув на улицу, хрипло промолвил:

— Кажется, вернуться мы не сможем…

Вся дорога перед ними была завалена огромными валунами.

Кажется, где-то обрушилась скала. Это все тайфун. Сигэ сидела перед алтарем, вслушиваясь в шум дождя и завывание ветра. Тидзуко звала ее ужинать, но Сигэ лишь отмахнулась, в который раз повторяя единственную известную ей сутру.

За крепко прикрытыми ставнями громко стонал ветер. Последний раз на ее памяти такой тайфун случался полвека назад.

В тот день они тайно встретились с Такэо в своем обычном месте, заброшенном домике угольщика. Ничего не замечая вокруг, они отдавались страсти в жалкой каморке. Наконец Такэо оторвался от ее тела и откинулся на постель. Только сейчас они услышали, что на улице дождь. Ливень с такой силой барабанил по крыше, что казалось, еще чуть-чуть, и он смоет их конуру.