class="p1">— Это твоё воспоминание, — сказал Павел. — Ты приезжал сюда на пару часов вместе со своим отцом. И чтобы ты не мешался под ногами, тебя спихивали на меня. Я-то тут практически жил, пока мой отец впахивал круглыми сутками.
— Это тебя не оправдывает, — огрызнулся Игорь. — Где Эстер?
— Этого я вам не скажу. Ищите сами. Впрочем… Не в моих интересах, чтобы вы уходили отсюда живыми. Начну, пожалуй, с тебя.
Когда Павел произнося последние слова, его глаза неестественно блеснули. Было так странно видеть в лице другого человека свои собственные черты, перемешанные со звериными. В этом не было ничего нормального.
Павел недолго смотрел на Виктора человеческими глазами. В миг он обернулся зверем, и Виктор смог его разглядеть. Он стоял на четырёх мощных лапах, покрытых чёрной шерстью. Тело его было крупным, а грудная клетка широкой. Голова действительно напоминала кошачью, но вместо пасти у него был широкий изогнутый клюв. Виктор присмотрелся: передние лапы заканчивались не обычными когтями, они скорее напоминали птичьи.
Сказки не врали. Звери, может, и вымерли много столетий назад, но продолжили существовать в людях. Однако Павел явно был не обычным зверем, но Виктор понимал, что спросить об этом он уже не успеет. Павел прыгнул прямо на него, раскрыв клюв и издав пронзительный нечеловеческий крик.
Дальнейшее происходило словно в замедленной записи. Виктор еле успел отскочить, когда хищный зверь кинулся на него. Острые когти цокнули о бетон совсем рядом. Не задержавшись ни на секунду, Павел вновь бросился на Виктора, но и тут промахнулся.
Виктор стал ощущать своё тело совсем иначе. Внутри него бушевал пожар ярости, затмевая все остальные мысли и ощущения. Страх сгорел в неистовом пламени. Вдруг всё стало таким ясным и логичным. Виктор удивился тому, как долго он отрицал в себе свою истинную природу.
Сердце заколотилось с бешеной скоростью. Всё внимание сосредоточилось на одном единственном объекте. Виктор увидел, как чёрный волк с рыком напал на Павла и попытался укусить того в шею. Псевдо кот с криком отшвырнул его прочь.
Виктор почувствовал запах крови. Едкий, воняющий чем-то кислотным, он раздражал слизистые. Но именно этот запах помог Виктору преодолеть последний барьер. Неясная жажда и азарт одолели его.
Доля секунды, и мир изменился. Биение сердца противника теперь звучало как набат главной церкви. Именно там, в груди, был его жизненный исток, и он так заманчиво разливался по венам.
Павел вновь прыгнул, но Виктор успел извернуться. Он вцепился острыми клыками ему в тощую лапу, покрытую чешуёй. Ещё мгновение, и удалось бы её переломить, но Виктора ударили клювом по голове. Он пошатнулся.
В шаге от них послышался рык Игоря. Друг клацнул клыками. Павел попятился.
Виктор не ощущал в нём страха. Только едкий гнев.
Не сговариваясь, Виктор с Игорем окружили противника. Они в голос зарычали. Так сладко было позволить себе издать этот звук.
Павел сделал ещё шаг назад, а затем резко напал. Уже в воздухе он стремительно изменил направление и ударил по Игорю. Друг не успел увернуться, и когти впились в его чёрный мех, но в тот же момент Виктор вцепился клыками в толстую шею зверя. Павел закричал, извернулся и откинул Виктора прочь. Противник явно был сильнее их, но не обладал такой уж непробиваемой шкурой.
Виктор почувствовал привкус едкой крови. Она и по вкусу напоминала кислоту, и стала заметно щипать пасть. Виктор бы сплюнул, но, кажется, таким навыком больше не обладал. Нужно было ещё освоить все особенности длинной пасти.
Несмотря на рану, Павел не сбавил темпа. Он вновь напал. С криком, с яростью, с нетерпением. В этом была его ошибка, поскольку Виктор не только не потерял ясность ума, но и сумел сосредоточиться. Он увернулся, а Игорь в тот же момент прыгнул на Павла, толкнув того в сторону лестничной клетки.
Виктор вновь напал, целясь в морду, но зубы клацнули пустоту. Павел успел отойти, однако Виктор на то и рассчитывал. Задние лапы Павла тут же соскользнули вниз, и он передними птичьими лапами зацепился за край площадки. Виктор не дал ему возможности подняться. Он стремительно кинулся на Павла и вцепился клыками в широкую морду, прямо туда, где были глаза.
Павел попытался сбросить с себя противника передней лапой, но его массивное тело тут же соскользнуло ниже. Его могучие задние лапы не могли найти опору, повиснув над пропастью, а длинный тяжёлый хвост метался из стороны в сторону, только усугубляя положение Павла.
Виктор вцепился в череп зверя мёртвой хваткой, стремясь его расколоть. Даже когда Павел умудрился чуть задеть его острым когтем, он не отпустил свою добычу. Виктор почувствовал боль в левой задней лапе, но не сразу понял, от чего. Павел сделал ещё несколько попыток сбросить с себя Виктора, но с каждым движением сползал с края и наконец сорвался вниз.
В то же мгновение Виктор ослабил свою хватку, позволив противнику упасть в пропасть. Он оступился и сам повис над краем, но что-то острое всё ещё держало его за заднюю ногу. Виктор обернулся — это Игорь вцепился в него и изо всех сил удерживал друга от падения вслед за Павлом.
Спустя всего мгновение послышался грохот, а затем ещё один, когда часть площадки, за которую держался Павел, обвалилась вслед за ним. Благо Виктор успел отойти подальше, когда почувствовал, что земля под ногами стала уходить.
Виктор поднялся на ноги, обернувшись обратно человеком. Такой выброс адреналина пугал его. Чувствовать, как текла кровь в чужой артерии, как билось чужое сердце — всё это казалось ненормальным, но было таким желанным. Виктор посмотрел на своего близкого и единственного друга. Судя по всему, Игорь испытывал то же замешательство. Он обернулся человеком и медленно подошёл к краю площадки.
Внизу не было слышно ни звука. Гробовая тишина покинутого здания вернулась. Однако Виктор всё ещё слышал, как быстро билось его собственное сердце. Если бы не отчаянное желание найти Астру, он бы и вовсе предпочёл впасть в забытье.
Перевоплощение в зверя дало свои преимущества. Цветочный аромат теперь ощущался отчётливо. Тонкой струйкой уходя вниз — туда, где должен был лежать бездыханный Павел. Виктор с Игорем переглянулись, без слов понимая друг друга. Они направились вниз.
Спускаться пришлось на шесть пролётов. Лестничная клетка уходила вниз куда ниже уровня земли. И чем ниже друзья спускались, тем меньше света становилось. Даже со звериным зрением разглядеть дальше дорогу оказалось сложно. Пришлось сбавить темп и идти осторожно.
Добравшись до дна шахты, друзья нашли Павла. Его сердце больше не билось. Виктору
