дальше, а всё остальное я возьму на себя.
И Кайрос, и Ромео оказались правы. Чем ближе мы приближались к эпицентру, тем сильнее становилась концентрация скверны в воздухе. Теперь я тоже прекрасно чувствовал это. Ее было недостаточно, чтобы напитать истощенных порождений, но сам я по крупицам поглощал ее с каждой секундой. Вязкая темная субстанция понемногу начинала наполнять мои энергетические каналы, усиливая меня и частично возвращая контроль над своим аспектом.
Лошадь скачущего передо мной бойца внезапно споткнулась. Вампир уже готовился вонзить во всадника когти, когда я взял скверну в каналах твари под контроль и разорвал их изнутри. Гвардейца оросило кровью и внутренностями, и только когда он с благодарной улыбкой обернулся ко мне, я признал в нем Ланского.
Еще бы секунда…
Да Бездна его раздери!
Данил снова ускорился, разорвав дистанцию со мной. Но теперь, вернув себе полноценный контроль над аспектом, я наконец-то мог поспособствовать скорой зачистке этих тварей. Тем я и занялся, принявшись методично разрывать на части одного вампира за другим. Любую тварь, которая оказывалась в поле зрения, постигала одна и та же участь.
Чем сильнее было истощено существо, тем легче было его прикончить. Их состояние позволяло мне существенно экономить силы, при этом с каждой минутой перевешивая чашу весов в нашу пользу.
И когда ведущие всадники во главе с Игорем Владимировичем достигли аванпоста возле Бездны, жизни всех тварей до единой к тому моменту уже были оборваны.
Избавляться от такой кучи трупов нам предстояло еще очень долго, а касательно потенциальной добычи с них у меня пока даже мыслей не возникало. Тем более когда я увидел растерзанные тела ночных патрульных.
Из десяти человек столкновение с этими тварями не пережил никто.
Даже Ковалеву с большим трудом удавалось сохранять самообладание. Он просто молча стоял, пожевывая нижнюю губу и вглядываясь в обескровленные лица своих боевых товарищей.
Похоже, именно с сегодняшней ночи мои кошмары постепенно начнут воплощаться в реальность. С одной стороны Император, жаждущий моей смерти, с другой — лорды Совета Инферно, желающие того же в отношении всех жителей поверхности. Мой род испокон веков находился где-то на перепутье, однако извечно оставался крайним — людьми среди демонов и демонами среди людей.
Как же, сука, бесит…
— Их нужно отвезти домой и похоронить с честью, — тихо произнес я, пройдя мимо командира в сторону подъемника.
— А вы куда? — бесцветным голосом спросил тот.
— Проверю, не осталось ли недобитков на верхних этажах. Вернусь к утру.
На этот раз препятствовать моему спуску в Бездну он не стал.
* * *
Поместье рода Громовых.
В то же время…
Ирина зависла в воздухе над крышей поместья, периодически подмахивая крыльями, сотканными из золотистых молний, и тем самым удерживаясь на нужной высоте. Исходящая от девушки аура света не позволяла порождениям приблизиться. Всё, что им оставалось — описывать в небе круги до того как рухнуть наземь от истощения.
Виктор же, а ныне новоиспеченный граф Громов, сидел на черепичном скосе, издалека лениво наблюдая за стаей вампиров и их тщетными попытками прорваться за границы невидимого глазу барьера.
С безучастным видом парень проводил взглядом очередную рухнувшую с высоты тушу. Хмыкнул, задумавшись, насколько массированным мог оказаться этот прорыв. Только ли им «повезло» этой ночью со скверными гостями? Или Владу тоже пришлось отбиваться от непрошенных визитеров?
Графиню волновали те же мысли. Сердце ее было не на месте, а взгляд обращен в сторону земель Морозовых, ныне лишенных благословения богини.
— Я полечу к Владу сразу, как только все эти твари передохнут, — решительно заявила девушка.
— Нельзя, — нахмурившись, мотнул головой Виктор. — Лишнее внимание нам сейчас ни к чему, а если увидит кто — проблем потом не оберемся. Лучше навестим его утром, вдвоем, — добавил он чуть мягче, пойдя на компромисс. — Заодно и на проводы… отца пригласим. Уверен, что ему самому не терпится пожелать ему, чтобы дорожка скатертью стелилась…
Хотя сперва бы с насущными проблемами разобраться.
Аванпост уже пал под натиском ненасытных тварей, раз уж они смогли добраться сюда живыми, причем в таком невообразимом количестве. Сомнений в этом у парня не было, однако жертв внезапного прорыва ему было совершенно не жаль. В отличие от своих собратьев по оружию, бок о бок с которыми он успел пройти огонь и воду, верные отцу люди были для него никем. Теми, кем можно было пожертвовать без зазрения совести как сейчас, так и во время Мора.
Разумеется, Виктор исполнит просьбу Влада и присоединится к обороняющимся, когда пробьет час, вот только своих Псов на растерзание тварям он отдавать не собирался. Снова. Остальные же с готовностью должны будут следовать приказам нового господина, а выживут они или нет… пусть судьба рассудит сама.
Глава 20
— Мне сказали, что ты всё еще здесь. Если что, экипаж уже готов к отбытию, и все ожидают только тебя одного.
С такими словами я зашел в комнату нашего командира, которую выделили для молодого графа на время пребывания у нас в казармах гвардии Ланских. Парень сидел на кровати, низко опустив голову, покручивая артефактный браслет на запястье и будто бы вовсе не замечая моего прихода. Вещи его были уже собраны в пухлые чемоданы, стоящие у двери, но даже ответив согласием на возвращение домой, радости в связи с этим Данил не выказывал никакой.
— Знаешь, — наконец произнес он, подняв на меня глаза, — кроме последствий моего происхождения ничего особенного со мной в жизни раньше не происходило. Учеба с приезжими преподавателями, помощь матери в саду. Обязательное обучение в академии, как единственного наследника рода… Можно сказать, что всё это время я просто плыл по течению и делал лишь то, что от меня требовали, независимо от моего желания. Делал лишь то, что должен, не обладая какими-то особыми навыками и талантами с рождения, — с грустной улыбкой продолжал он крутить браслет, пока я молча стоял, облокотившись на дверной косяк, и слушал. — Но когда я впервые спустился в Бездну, где секунда промедления в бою равносильна смерти, и прошелся по острию ножа… Это чувство оказалось ни с чем не сравнимо. Вот, что я понял. Ты знал, что сначала отец категорически отказывался отпускать меня на обучение сюда?
— Нет, — мотнул я головой.
— Тогда я попытался убедить отца, что справлюсь ровно так же хорошо, как остальные. Он ведь уверял, что боец из меня ни на что не годный. Даже преподаватели в академии предпочли просто закрыть глаза на мои неудачи и нарисовать мне удовлетворительные оценки,
