Вождь ловко и крайне аккуратно изобразил кольцо и протянул рисунок пелину.
Гунтас, едва взглянув на змеехудожества, разразился истошным смехом и даже чуть не уронил листок на траву.
Серёжка, Колька и Валерка смотрели на него как на полоумного, не зная, как реагировать.
– Ах – ха -ха- аааа, вот умора, ааахаха! – заливался маленький пелин. – Ты сам-то понял, что нарисовал? – немного отдышавшись от очередной волны смеха, обратился он к совсем уж растерявшемуся Архосу.
– Теперь понятно, что в Академии магов ты прогулял добрую половину лекций и практических занятий. А в книги вообще, небось, не заглядывал!
– Ну, это, если честно, то да. Вы же знаете, господин пелин, что нас, катаргов, с детства воспитывают как безжалостных и непобедимых воинов. Только тольфы и могут тягаться со змеелюдьми в военном искусстве. И получается, что к моменту взросления практически все наши юноши, да и девушки тоже – это универсальные бойцы, готовые ринуться в бой на любого врага. Поэтому те, на кого падает выбор «Колеса Фортуны», не очень усердно штурмуют магическую науку, полагая, что и без неё умеют и знают в этой жизни достаточно. «Уж лучше умереть в бою, чем засохнуть за партой!» – так мы, катарги, любим говорить друг другу.
– Ну и зря. Смотри сюда, – и Гунтас достал из сумки маленькую книжицу в обложке тёмно-зелёного цвета из кожи какой-то рептилии.
Увидев её, многие змеелюди не смогли сдержать чувства отвращения и ненависти, буквально перекосившие их морды.
Вслед за книжкой пелин извлёк пузырек с чёрным порошком, достал из него маленькую щепотку и посыпал на обложку. Через несколько секунд книга стала большой и очень толстой. Гунтас даже был вынужден положить её на траву, поскольку не мог долго держать такую тяжесть. Проворно пролистал страницы, дойдя почти до середины книги, и указал маленьким пальчиком на рисунок:
– Вот, смотри сюда!
Архос равнодушно заглянул в книгу, после чего сразу же обмяк и упал в обморок. Его друзья еле успели подхватить вождя и бережно положить на землю.
– Хватит тут комедию ломать, ты не такой малахольный, каким хочешь казаться, – небрежно пнул его ножкой Гунтас.
– А что с ним, он что, умер? – выглядывали из-за плеча Сервоета Колька и Валерка, не решаясь приблизиться к лежащему катаргу.
Тем временем двое самых молодых на вид змеелюдей живо сбегали к озеру и принесли налитую в плащ одного из них воду. Без лишних церемоний окатили своего вождя с ног до головы.
Пелин терпеливо подождал, пока Архос очухается и выплюнет воду, попавшую в пасть. После чего продолжил объяснять присутствующим:
– Для тех, кто не успел заглянуть в альманах магических амулетов, спешу поведать, что изображённое кольцо является не чем иным, как печатью тафаргов, которой они скрепляют свои устные договоры. И если бы наш великовозрастный двоечник Архос уделял больше времени освоению магической культуры, то сразу бы понял, что перед ним был тафарг, скрытый под личиной пелина.
Вождь уже немного пришёл в себя и теперь сидел на земле, опустив голову, с видом раскаявшегося предателя, из-за которого катарги проиграли самую важную битву.
– Скажите, господин Пелин, – выскочил вперед змеечеловек небольшого роста с морщинистой кожей, выдававшей его уже немолодой возраст, – а что если мы сейчас быстренько убьём Архоса и выберем себе нового вождя? Может быть, тогда Совет сжалится и не будет лишать неограниченного доступа к энергии остальных магов?
– Во даёт! – удивился Колька. – Как у них всё просто: кто накосячил, того сразу сжирают. Хорошо, что у нас в школе не так. Валерку бы тогда ещё в первом классе на шашлык пустили.
– Фу, что-то утомили вы меня. Не змеи, а гипкоспины какие-то вперемешку с крядами, – устало опустился на траву рядом с Архосом пелин.
– Кто такие кряды? – не понял Валерка.
– Это обыкновенные идиоты, которые есть во всех известных измерениях. Без них жизнь, наверное, была бы гораздо легче, – пояснил Гунтас. – Значит, снова тафарги. И Фёдор Кириллович всё твердил про какого-то поганца, пообещавшего выправить ему за золото звание мага и уровни магической культуры. И с лысаком Джоном Нейтлом, построившим подземный завод в Пятиречье, тоже заключал договор неизвестный тафарг.
Да и в вашей школе тогда, под личиной директора тоже, похоже, был он. Никто другой не мог предупредить Кирилыча о готовящейся засаде.
– Ты ещё забыл, что Терэн должен был передать Пеленген представителю тёмных сил, – напомнил Сервоет.
– Ладно, здесь мы закончили, поднимайтесь, пора отправляться дальше, – приказал ребятам Гунтас, живо вскочил на ноги и полез в сумку за Эратом.
– А нам что делать? – обречённо спросил Архос.
– Ты собираешь всех своих и оправляешься на пункт сбора магов. Мне сейчас сообщили, что одновременно в нескольких измерениях злодеи рептусы устроили вооружённые восстания. Наверное, думают, что у Совета не хватит сил, чтобы усмирить мерзавцев. Так что будете кровью искупать свои ошибки и прогулянные занятия в Академии магов.
Лица катаргов засияли от счастья. Ведь, как бы они ни хорохорились насчёт того, что магия им в принципе не нужна, но путешественники уже знали, что даже захудалый маг зачастую оказывается гораздо полезнее самого ловкого воина.
Понимали это и змеелюди, кинувшиеся пожимать руки, обнимать, а потом и вовсе качать и подбрасывать в воздух сначала маленького пелина, проявившего к ним неслыханное великодушие, а потом и мальчишек.
– Вы! Э, а ну, немедленно поставьте меня на землю! – пытался вырваться Гунтас из пылких объятий.
Через какое-то время катарги успокоились, ещё раз тридцать поблагодарили Гунтаса Великолепного и, радостные, разошлись по своим подземным домам, чтобы подготовиться к очередной войне с рептусами.
Архос уходил последним. Он крепко пожал руку пелину, потом обвёл путешественников своим немигающим змеиным взглядом и произнёс:
– Не знаю, доведётся ли нам с вами ещё встретиться, но имейте в виду – если когда-нибудь вам понадобится сила, ловкость и даже моя жизнь, не стесняйтесь. Сообщите об этом в Совет – и я незамедлительно прибуду, куда велите.
– Свою жизнь пока можешь оставить себе. Сейчас гораздо важнее, чтобы катарги нашли и отдали нам одну вещицу, которую оставил у вас Сервоет Лучезарный, – ответил пелин.
Архос в задумчивости почесал затылок:
– Что-то я такого не припомню. Наоборот, это мы обычно одаривали Лучезарного всякими безделушками. Он ведь любил собирать разный экзотический хлам из исследуемых миров. Хотя погодите минутку…
Змеечеловек задрал голову вверх и громко зашипел. Звуки были такими разными по высоте и продолжительности, что мальчишкам даже показалось, что Архос не просто кричит, а поёт.
От быстро удаляющегося отряда катаргов отделились две фигуры и поспешили вернуться на холм. Вскоре к путешественникам прибежали два
