Павел, проследив за взглядом брата.
— Я получил от него письмо. Ничего не имею против, — сказал Олег, глядя, как двое слуг протащили огромный чемодан в одну из карет. Машина у Павла Беркутова была, но в неё все вместе, да ещё с вещами, они никак не помещались, поэтому решили ехать в двух каретах. Одну они оставят Анастасии на всякий случай, чтобы та могла вернуться домой раньше, если вдруг случится что-то непредвиденное.
— Да я знаю, ты всегда говорил, что не будешь вмешиваться в мои планы насчёт дочерей, — Павел повернулся к брату, устав наблюдать, как слуги привязывают к карете очередной чемодан. — Олег, мы завтра уезжаем. Ты приехал, чтобы обсудить что-нибудь срочное?
— На самом деле, да, — граф с трудом оторвал взгляд от огромного чемодана. Слуги стояли рядом с ним и, видимо, никак не могли решить, куда конкретно его можно засунуть, чтобы он и карету не накренил своим весом и не свалился, порвав верёвки. — Пойдём в дом, не на крыльце же разговаривать.
— Конечно, пройдём, — и Павел первым зашёл в дом.
Они расположились в малой гостиной — любимой комнате Олега в этом доме. Граф сел на диван и задумчиво наблюдал за хорошенькой горничной, расставляющей в это время на столе чай и закуски. Когда девушка вышла, Олег повернулся к брату.
— Я думал, что вы поедете позже. Ты же говорил что-то об этом, — сказал граф, и практически сразу добавил: — Неважно на самом деле. Я хочу тебя кое о чём попросить, Паша.
— И о чём же? — Павел налил себе чай и откинулся на спинку кресла. Они с братом всегда были очень близки, и он мог позволить себе отбросить с Олегом всякие условности.
— Костя не оставил безумную идею заняться частным сыском, — Олег покачал головой. — Он начал говорить об этом два года назад, пока ещё учился в Московской Магической Академии. Я думал, что эта блажь пройдёт, когда он закончит и вернётся домой, но нет, Паша, мой сын хочет подавать документы на получение лицензии.
— Очень странный выбор, на самом деле, — Павел отставил чашку. — Ты не говорил, что у Кости произошло такое вот помутнение в мозгах.
— Я не думал, что дело может зайти так далеко! — Олег ударил по дивану, на котором сидел. — Он мог пойти служить куда угодно. Костя — очень способный мальчик и прекрасно закончил Академию…
— Я это знаю, неужели ты думаешь, что я забыл, как мы с тобой отмечали здесь прекрасное окончание учёбы моего племянника, — перебил брата Павел.
— Костя мог остаться в Москве, если бы его привлекла там какая-то служба. Да я отреагировал бы более спокойно, если бы он решил просто провести пару лет в столице, ведя жизнь богатого бездельника и повесы… Но Костя решил свести меня в могилу раньше времени своими странными желаниями, — Олег схватил чашку с уже остывшим чаем и сделал глоток. Отставив чашку, он посмотрел на брата. — Собственно, за этим я приехал.
— Олег, я не совсем понимаю, — Павел внимательно смотрел на брата. — Ты хочешь, чтобы я сделал что? Поговорил с Костей и попросил его оставить эту затею? Ты думаешь, он меня послушает?
— Нет, он никого не слушает. Вбил себе в голову эти бредни и даже заявил, что будет стараться зарабатывать себе на жизнь и смирится с тем, что я его выгоню из дома. Это, видите ли, мечта детства и почему он должен от неё отказываться? — Олег снова глотнул чай, подумал и допил всё, что было в чашке.
— Так что ты хочешь, чтобы я сделал? — нетерпеливо спросил Павел.
— Ольга прислала Вале вестника, сказала, что хочет пригласить на бал этого Громова, — Олег отвечал медленно, взвешивая каждое слово. — И я подумал, если Костя сначала посмотрит, что это за профессия — частный детектив, то, возможно, в итоге передумает даже начинать. Попроси за меня Громова принять Костю, ну не знаю, учеником, что ли. Пускай погоняет его как следует, всю неприглядную суть этого нелёгкого дела покажет…
— Я? — Павел моргнул. Он мог себе представить, как они пригласят Громова на бал, в конце концов, Блуждающий замок почти по соседству располагался, хоть и прямых границ земли Беркутовых с землями Громова не имели. Это была элементарная вежливость. Но просить заодно о племяннике? Похоже, Олег слишком сильно перенервничал.
— Ты его дядя и имеешь право, — граф Беркутов протёр вспотевший лоб платком. — Паша, хотя бы прощупай почву, а на балу я уже обговорю с ним детали.
— Что думает Валентина по этому поводу? — хмуро спросил Павел.
— Говорит, что понятия не имела о таком пагубном влиянии, какое оказали на нашего сына невинные с виду книги о сыщиках, которыми Костя зачитывался в детстве, — Олег вздохнул. — Ты поговоришь с Громовым?
— Если представится такая возможность, — неохотно пообещал Павел. — Я не поеду к нему с подобными вопросами специально.
— Да, хорошо, это будет нормально, — Олег выдохнул. — Да, Паша, бабушка Ксения сказала, что хочет посетить бал.
— Что?! — Павел уставился на брата. — Зачем?
— Говорит, что хочет посмотреть на молодёжь и на Громова, — Олег закатил глаза. — Ты же её знаешь, если она что-то вбила себе в голову, то это уже ничем не изменишь.
— Мне что, нужно будет сбегать из собственного дома? Олег, почему ты её не отговорил? Почему не сказал, что в её возрасте думать о балах очень вредно для здоровья? — Павел закрыл глаза рукой.
— Ты воспринимаешь эту новость слишком близко к сердцу, — граф немного успокоился, и теперь не мог не поддеть младшего брата. — Твои отношения с вдовствующей графиней с самого детства отличались, хм, напряжённостью.
— Олег, мы друг друга терпеть не можем. И бабушка ненавидит Ольгу и Наталью. Анастасия — единственная, кого эта старая грымза терпит. Бабуля никогда не посещала наш бал. Почему именно сейчас, когда будет объявлена помолвка Насти с Геной Макеевым? — Павел выдохнул, и практически сразу продолжил: — Она же и графа Макеева ненавидит, и не преминет его оскорбить. Да она всех нас с навозом смешает!
— Думаю, именно поэтому бабушка и собирается приехать, — вздохнул Олег. — На этом балу мы
