вопли уже начали собираться любопытные.
Бабка вяло сопротивлялась, но всё же дала себя увести. Сев на лавку, она стукнула по земле клюкой.
— Ох и договорится Сенька когда-нибудь. Как Коленька мой из леса вернётся, я ему всё расскажу, как мать его обзывали по-всякому. — Я тактично промолчал и не стал ей говорить, что, в общем-то, она сама виновата. Напугала мужика, тот и сорвался. С другой стороны, наверняка же мы помогли ему нужду очень быстро справить.
— Так вы скажете мне, когда Варвара домой придёт? — спросил я, воспользовавшись паузой, возникшей, когда Марфа прервалась крыть Карасёва, чтобы набрать в грудь побольше воздуха.
— Колька придёт, я его к тебе отправлю, — сказала она, глядя на меня сурово. — Лесник он у меня, как и Фрол был. Думаешь, откуда я так стрелять умею? В лесу без этих знаний никак. Кольку порасспрашиваешь. Лучше него лес никто не знает. Ежели что-то подозрительное видел, то расскажет. А с Варькой сейчас можешь поговорить. Никуда она сегодня не уходила. Дождь скоро начнётся, а под дождём по лесу бродить — один хрен ничего не увидишь.
Я молча встал, глядя на усмехающуюся бабку. Вот же… грымза старая. Но повеселилась она за наш с Карасёвым счёт сегодня знатно.
— Спасибо, — довольно сухо поблагодарил я её и направился к дому целительницы, стараясь не обращать внимания на смешок, раздавшийся позади меня.
Глава 17
Начальник охраны Блуждающего замка Олег Дерешев сидел в комнате, выделенной им самим под кабинет, и составлял список необходимого вооружения, покупку которого он планировал обсудить с Громовым, когда тот вернётся.
— Командир, — в кабинет заглянул один из его ребят, прошедший весьма серьёзный отбор на службу в замке, — тут маг просит подойти. Говорит, что-то будет в защите менять, и ему нужно это с тобой обговорить.
— Сейчас буду, — ответил Дерешев, оторвавшись от бумаг. Поставив точку, он поднялся из-за стола и вышел из казармы на улицу, чтобы посмотреть, что же там Аполлонов придумал такого, что требовало его присутствия. Вроде бы такие вещи с Громовым должны были обсуждаться.
Всеволод Николаевич стоял рядом с забором, внимательно разглядывая ворота. Подняв руку, он призвал дар и направил его прямо на защитный контур, ставший при соприкосновении с ним на мгновение видимым для всех. Контур чем-то напоминал огромный купол, накрывающий не только замок, но и прилегающую к нему территорию, ограниченную забором.
— Какие искры видит здесь Андрей? — пробормотал негромко Аполлонов, но тонкий слух оборотня позволил Дерешеву расслышать его бормотание.
Олег задумчиво посмотрел на мага. Что он хочет этим сказать? Что Громов всё-таки владеет даром? Да нет, быть того не может, чтобы человек был одарённым и не пользовался этим диким преимуществом, особенно если он детектив. Мотнув головой, прогоняя ненужные мысли, Олег сделал ещё один шаг в сторону Аполлонова и негромко произнёс, привлекая к себе внимание:
— Всеволод Николаевич, вы просили меня подойти.
— О, Олег Яковлевич, — Аполлонов подпрыгнул от неожиданности и резко развернулся, и у него между пальцами прошла огненная дуга весьма неприятного боевого заклинания, — вы так неслышно подошли… — он отозвал дар и деактивировал огненную дугу, способную сжечь незащищённого человека за несколько минут.
— Я не хотел вас напугать, — Олег улыбнулся краешками губ. — Так зачем вы хотели меня видеть?
— Я сумел разобраться в ключевых точках, отвечающих за настройку доступа в поместье определённой группе лиц. Мы с Андреем Михайловичем обговаривали этот вопрос, и он попросил убрать все допуски и попробовать настроить новую систему на себе, — Аполлонов задумчиво провёл пальцем по губам. — Всего допуск был настроен на восемнадцать человек. Это самый странный список допущенных лиц, какой я только видел. Но не суть. Я аннулировал допуск для семнадцати человек, а вот одного господина никак не получается убрать, чтобы обновить настройки.
— И чем я могу вам помочь? — спросил Олег, недоумённо глядя на Аполлонова.
— За допуск отвечает специальная группа чар, — терпеливо пояснил Всеволод Николаевич. — Они выделены в отдельный блок, и на них можно влиять, не трогая основную структуру чар контура. Контур совершенен, — добавил он, закатывая глаза. — Я не устаю им любоваться, хотя остаётся ещё много блоков, в которых я не разобрался…
— Проблема с аннулированием допуска, Всеволод Николаевич, — перебил его Дерешев, направив увлёкшегося мага на нужную тему.
— Да, допуск, — Аполлонов моргнул и посмотрел на Олега. — Блок допуска имеет много весьма интересных подразделов, и в одном из них можно посмотреть, находится ли допущенный в замке. Так вот, когда я не сумел аннулировать допуск графа Александра Макеева, то принялся изучать все подразделы, и, догадайтесь, что я обнаружил?
— Я, кажется, догадываюсь, — пробормотал Дерешев, но так тихо, что Аполлонов не сумел его расслышать.
— Если верить этому подразделу, то граф Макеев сейчас находится в замке. Мы с вами оба помним, как он там оказался и в каком виде. Вот только пока он находится в замке, я не могу аннулировать его допуск. А пока допуск сохраняется хотя бы у одного лица, допущенного когда-то в поместье по существующим настройкам, я не могу их переделать, — и Аполлонов развёл руками. — Поэтому я и позвал вас. Что нам делать, Олег Яковлевич? Если бы Андрей Михайлович владел даром, то проблем бы не возникло. Я послал бы ему вестника и в кратчайшие сроки получил бы ответ. Но Громов не маг! И это всё сильно осложняет.
— М-да, — Дерешев потёр подбородок.
Этот проклятый допуск позволял этим восемнадцати лицам приходить, когда они захотят, входить на территорию поместья там, где они захотят, и никто не сможет им помешать. Его ребята не могут контролировать каждый сантиметр забора, если уж на то пошло, а чары оповещения в отношении этих лиц не работают. И где гарантия, что кто-то не имеет права настраивать допуск, минуя хозяина? Марк Минаев часто принимал очень странные решения, особенно в последнее время, и Олег ни в чём не был уверен.
— Всё это меня очень нервирует, Олег Яковлевич, потому что такое положение дел — это прямой прокол в системе безопасности, — серьёзно сказал Аполлонов.
— Не нужно мне об этом напоминать, я когда думаю в этом направлении, у меня голова начинает болеть, — Дерешев поморщился. — Может быть, попросим Наталью Павловну вынести,
