поэтому я использовал сложное составное слово: «Подземная школа для особо сложных наук, где может учиться любой».
— Это ты верно сказал, — одобрила Грайя. — Подземный университет! Мне нравится.
Она сделала ещё один глоток ароматного напитка.
— Здесь живёт один учёный чудак. Астролог, — продолжала она. — Он считает, что О-деа — это огромный шар, который вращается вокруг ещё более огромного огненного шара, нашего солнца. А ночные звёзды — это такие же огненные и каменные шары, которые находятся очень далеко от нас.
— Что ж, этот учёный, без сомнения, очень умный человек, — ответил я. — Всё примерно так и есть.
Ещё одна долгая пауза и очередной изучающий взгляд.
— Это безумие, но я почему-то тебе верю, — сказала Грайя. — Наверное, тот, первый, был разведчиком. Он должен был изучить наши места. Составить доклад, что к чему. Чтобы вы уже приняли решение, стоит ли нас завоёвывать.
«Осторожнее, Женя! — вмешался Вася. — Это провокация, она смотрит на твою реакцию. Не вздумай оправдываться! И про Макса сразу не спрашивай!»
«Да знаю я».
— Ты так говоришь, будто ваш мир представляет безусловную ценность, — ответил я.
— Место, где можно жить, всегда представляет ценность, — ответила Грайя. — А уж место, уже населённое потенциальными рабами…
Она выжидательно уставилась на меня.
— Ты ведь сама в это не веришь, — сказал я.
— Не верю, — легко согласилась Грайя. — Потому что вы ведёте себя слишком неразумно для завоевателей. Нельзя посылать слабых разведчиков. А уж если с ним что-то случилось — надо сразу показать всю свою мощь. А твои люди вместо этого прислали тебя…
Она вздохнула.
— Я вижу, что ты воин. Но ты не сможешь воевать с империей. Ты даже своему товарищу помочь не сможешь — по крайней мере, без нашей помощи.
«А она хороша!» — заметил Вася.
«Да уж, — охотно согласился я. — Не промах. Ну и что мы с ней будем делать, а?»
«Ну как что? Она хочет торговли? Так давай с ней поторгуемся. Нам ведь есть, что предложить, не так ли?»
«Согласен. Но сначала надо бы ей показать диспозицию, — ответил я. — А то сдаётся мне она склонна нас недооценивать».
— Скажи, использовать людей ради благой цели борьбы с Империей — это ведь хорошо и правильно? — спросил я, подаваясь вперёд. — Играть на чувствах мальчишки-сироты. Он ведь не случайно оказался именно на том берегу, именно в то время, верно?
Кажется, мне даже удалось её на секунду смутить.
Сделка
Всё-таки я переоценил Грайю. Она совершила ошибку.
В тот самый момент, когда я уже был готов начать серьёзные переговоры, а то и оказать повстанцам реальную поддержку. Например, если бы выяснилось, что власти Империи имеют прямое отношение к тем, против кого держится Максим. Ну это если верить полученной вроде бы от него весточке, конечно.
Возможно, она испугалась. Ну или решила, что я пытаюсь водить её за нос.
Думаю, именно поэтому она приказала магу-ренегату меня обездвижить. Не полностью — всего лишь зафиксировав мои щиколотки.
«Женя, пол!» — Вася обратил моё внимание на странное шевеление в районе моих ног.
«Что за фигня?»
«Оператор в подвале, — пояснил напарник. — Она дала ему команду действовать по одному из заранее согласованных вариантов».
«Как? По радио?» — удивился я.
«Посмотри внимательно на её кресло», — ответил Вася.
А, ну да. Встроенные в подлокотник механизмы. Качественная работа, необычная для этого мира.
«Позволить ему? Или перехватываем управление?» — спросил Вася.
Я секунду раздумывал. Подставиться, показать свою слабость, дать Грайе полностью раскрыться, а уже потом пойти дальше? Нет, плохой вариант: она затаит злобу. Запомнит это мгновение, когда я казался слабым. Лучше уж сразу обозначить дистанцию между нами и показать силу. Так будет проще.
«Нет, — ответил я. — Давай приведём его сюда».
«Ну ладно. Бери управление», — ответил Вася.
Я снова ощутил рой нанитов, будто они были продолжением моей собственной воли. А ещё я почувствовал оператора. Его нарастающую панику оттого, что такая привычная и послушная стихия вдруг отказалась ему повиноваться.
Несколькими волевыми усилиями я сформировал вокруг оператора нечто вроде экзосеклета из нанитов, потом зафиксировал его, после чего, используя энергию ботов, «потащил» его наверх, через узкий подъёмник и крутую, выбитую в скале лестницу.
Грайя с недоумением глядела на мои ноги, даже не особо скрываясь. Хмыкнув, она попыталась ещё раз незаметно потеребить один из рычажков в скрытом коробе подлокотника её кресла. Я же всё это время сидел, снисходительно улыбаясь.
Это продолжалось несколько минут, пока маг-ренегат, увлекаемый нанитами, поднимался к нам в комнату.
Наконец, дверь распахнулась. На пороге стоял тощий (по местным меркам, учитывая повышенную гравитацию) и бледный парень с грязно-жёлтой шевелюрой и блеклыми, будто бы выцветшими серыми глазами. Он круглыми глазами посмотрел на Грайю, хотел что-то сказать, но тут я снова взял управление нанитами и увлёк его дальше в комнату, закрывая за ним массивные деревянные двери.
Грайя побледнела. Вцепившись пальцами в подлокотники своего кресла так, что каркас мебели захрустел, она неотрывно смотрела на меня.
— Вижу, вы знакомы? — вежливо осведомился я.
Гайя вопросительно посмотрела на «мага».
— Он демон! — тонко всхлипнул ренегат. — Нам не спастись!
— Он не демон, — возразила Грайя. — Травы Синих гор никогда не врут, никогда…
Спокойный тон и контроль над собой давались ей тяжело, но она держалась. Крепкий орешек — не отнять.
— Тот, первый — так не умел, — сказала она, глядя мне в глаза. — Иначе до него никогда бы не добрались.
— Расскажи, что ты о нём знаешь, — сказал я серьёзно и чуть подвинулся вперёд, изобразив крайнее внимание.
— Грайя, нет, нельзя, ч… — голос мага-ренегата оборвался. Я мог бы просто закрыть ему рот или сжать грудь — но вместо этого поступил более изощренно. Возможности наноботов позволяли проникать внутрь человеческого тела и контролировать непосредственно нервные окончания. На время я решил лишить его контроля над собственным ртом.
Бросив быстрый взгляд на мага, хозяйка таверны насупилась. Потом неожиданно улыбнулась.
— Что ж, эти сведения не имеют особой ценности — тебе ведь достаточно губы поджать, чтобы их получить, да?
«Поджать губы» — местное выражение, аналог земного «пальцем пошевелить», как мне тут же подсказала наведённая память.
Я промолчал. Лишь взглядом ответил на её реплику.
—
