груди роилась глухая тоска на Милада и Анисью. За то, что мешали эти двое его счастью с Даной. Но от мыслей грустных отвлек пронзительный детский крик. Кричал Драго… прямо в покоях у Анисьи. Сердце зашлось от испуга у Теодора, когда он рванулся туда, крича в ответ:
– Драго, сыночек, что с тобой?!
Поздно. Слишком поздно он спохватился. Понял это Теодор, когда влетел в покои. Почему-то поначалу подумалось ему, что Анисья ударила мальчика, или навредила ему как-то. Но нет. В покоях не было Анисьи. А был только Драго… лежащий без сознания на полу. Вокруг него валялись хрустальные осколки блюда, и… ягоды на полу лежали.
Теодор вспомнил, что были ягоды эти и за ужином с Анисьей. Вот только не попробовал их никто ни капли. Кажется, она угощать его даже собиралась? Да только поссорились они с Анисьей в тот момент, и не до ягод, не до ужина стало им. А Теодор понял, что не обратил внимания на странное легкое свечение возле ягод. Золотистое… магическое.
– Драго! – взревел Теодор, зверем к сыну бросаясь.
Он схватил его на руки, попытался привести в чувство. К счастью, Драго был еще жив. Он тихо дышал, но кожа его была очень бледна. И глаза Драго не открывал.
Теодор, конечно, лекарем не был, но взгляд его упал на ягоды, рассыпанные по полу. И он наклонился, чтобы подобрать несколько штук и спрятал в карман. Ни к чему… Анисье знать о его подозрениях. Сам он во всем разберется. И в причине хвори внезапной… Драго ли предназначались ягоды эти? Или ему самому? Теодор покачал головой и теснее прижал к себе мальчика, относя в свои покои. Он вспомнил, что не отослал старого слугу, который спит в каморке.
– Потерпи, Драго, сейчас я лекаря вызову. Он поможет тебе, – обратился Теодор к сыну.
И подумал, что нужно Дану найти. Все ей рассказать. А еще, разбудить старого слугу и за лекарем послать. Как можно скорее.
***
Если бы не то, что мы с Теодором еще не спали, я решила бы, что беременна. Я… мечтала забеременеть от него, после той нежной ночи в домике в лесу, наполненной откровениями и признаниями. Ну, почти в любви. Жаль, что нельзя забеременеть от поцелуя. Я ловила себя на мысли, что если сам Теодор мне не достанется, так хотя бы частичку его под сердцем носить буду? Ох, слишком мы с Даной похожи-то оказались. Она тоже… так думала, когда Драго понесла. Моя хворь быстро прошла, и я уже собиралась вставать с кровати, где лежала, откинувшись на подушки, в одежде. Как в покои мои ворвался Теодор. На короле лица не было. И я сразу поняла: что-то случилось.
– Что с Драго? – выдохнула я, вскакивая с кровати и бросаясь к Теодору.
Тот перехватил мои ладони и крепко сжал, пытаясь подобрать слова.
Глава 24
– В общем, права ты оказалась, свет мой. Думаю, что отравили его. Но не ядом, а магией, как ты меня предупреждала. И отрава эта предназначалась мне, – мрачно закончил Теодор свой короткий рассказ и вытащил из кармана пригоршню ягод, показывая мне.
Я уставилась на ягоды, покрытые золотистым свечением. И моргнула непонимающе:
– А что это вокруг них?
– Магия, Дана. В свете свечей незаметно. А в полутьме покоев – очень даже. Анисья все хорошо придумала и спланировала. А я купился на ее уловки, – Теодор вздохнул и спрятал ягоды.
Я схватила его за руку и взмолилась:
– Веди меня к Драго! Веди, пожалуйста! Ему плохо, он умирает, я должна быть рядом с ним!
Теодор кивнул, и мы очень быстрым шагом направились к его покоям, куда должен был очень скоро явиться лекарь.
***
Лекарь явился не сразу. У меня было несколько минут, чтобы провести их наедине с Драго. Теодор обнял меня за плечи, его красивое лицо исказилось гримасой страдания. И шепнул, что попытается найти Анисью во дворце, если она не сбежала. Чтобы выбить из нее рецепт противоядия.
– Она же где-то эти ягоды взяла?! – с отчаянием проговорил Теодор. – Значит, должна знать, как магию снять и спасти нашего Драго!
Я с сомнением пожала плечами. Не то, чтобы я Анисье не верила. Рядом с Теодором, который пытать собрался, мало кто смолчит да правду не скажет. Но вот в том, что она что-то знала, я сомневалась. Но Теодор был прав. У нас не было больше вариантов и шансов.
– Я послал проверенного слугу за лекарем. А после того, как он лекаря приведет, еще придворный маг явится. Может, сможет помочь?
Я потянулась и погладила Теодора по щеке. Мне стало его жалко. За какие-то полчаса он осунулся от страха за Драго.
– Мы обязательно его спасем. Обещаю, – шепнула тихонько я Теодору на ухо, не чувствуя искренней уверенности в этом.
Но Теодор нуждался сейчас в поддержке… не меньше, чем я. Он вышел и прикрыл дверь, а я перехватила холодные ладошки Драго и припала к ним, тихо плача.
– Драго, малыш мой… – шептала я еле слышно. – Хотя я и не твоя настоящая мама, не я выносила тебя под сердцем, я так сильно тебя полюбила! С первого взгляда, когда попала в новый мир и увидела, как на тебя замахивается Милад, я поклялась, что защищу тебя. Не выполнила я клятвы своей, не уберегла от беды. Но я спасу, я еще спасу тебя! И Теодор поможет и спасет, мы так сильно любим тебя. И пускай и вправду не узнать теперь, кто твой настоящий отец: Милад или Теодор, он точно за тебя все отдаст. Даже королевство свое. И жизнь свою. Так же, как и я. Я всегда мечтала о тебе, малыш, еще на Земле, в моем мире, когда мы и знакомы не были. Мечтала, чтобы у меня был такой чудесный сын, как ты. Добрый, смелый, красивый. Все-все тебе разрешать с Теодором будем. Любые капризы выполним. Ты только выживи, малыш, ладно? А то нам с Теодором без тебя и жизнь не в жизнь. Не сможем мы без тебя, наш мальчик, наш сыночек…
Мои слезы и признания прервал лекарь, который постучался в дверь осторожно. Я отпрянула от Драго и сказала, чтобы входил. Лекарь попросил меня удалиться ненадолго, чтобы спокойно осмотреть больного. Но я вцепилась в него и потребовала поклясться,
