Белоглазый сложил пальцы домиком и прикрыл свои страшные глаза. Казалось, он спит.
– А если Магда – его дочь? – словно очнулся маг через секунду.
– Я тоже об этом подумал. Сейчас пытался вспомнить ее образ и найти некое сходство. На моего брата она совершенно не похожа. Впрочем, на Каса тоже. Она не унаследовала красоты своей матери. Обычная тихая девушка. Разве что пелена истины…
– Это может быть фамильной чертой, – быстро сказал Белоглазый.
– А может и не быть. В любом случае… Какая разница, чья она дочь? Она не может претендовать на трон.
– Но кто-то хотел, чтобы девушка получила письма. И кровь – не вода, это всегда важный аргумент во всяких играх. Если предположить, что Магда – дочь вашего брата, хоть и незаконнорожденная, – то при определенных условиях можно возродить ветвь. Ее потомки смогут претендовать на власть.
Я не хочу замуж. Никогда. Ох Светлейшая, какой страшный оборот принимает мое дело.
– Какая ветвь? – возразил правитель. – Так, негодный волчок.
– Тем не менее всегда найдутся желающие воспользоваться неразберихой.
– Но что у нас есть, кроме домыслов?
– Да, – легко согласился Белоглазый. – Скорее всего, Мариса была добродетельна, и Магда – дочь своего отца. Но люди готовы поверить в любую сказку. Может, лучше поместить девицу в какую-нибудь обитель. Или решить вопрос более радикально.
– Нет, – покачал головой правитель, – радикально не надо. Слишком заметно. Но ты прав. Возможно, неизвестные нам пока силы готовят гнусный заговор. Я хочу, чтобы свет пролился на эту темную историю.
Белоглазый важно кивнул и надвинул капюшон, скрывая изуродованное лицо. Он уже повернулся к двери, но правитель его остановил.
– Лучше удалить Магду из дворца и держать подальше от Клеа. Во избежание. Сказанное про брак и возрождение «ветвей» не лишено смысла, мой друг. Нужно донести до Силана Дрейна, что сегодня вечером Магда будет в галерее за малым залом. Думаю, не составит труда придумать поручение и отправить девушку туда. Получится красивая история о том, как герой увез девицу, в которую был влюблен. Пусть поженятся в гарнизоне. А мы постфактум дадим свое благословение. Для убедительности уберите стражу от северного портала. Господина Каса я как-нибудь успокою.
– После истории на балу с этим магом и девицей из пансиона мало кто поверит в искренность чувств, – проницательно заметил Белоглазый.
– Ты же сам сказал, мой друг: люди готовы поверить в любые сказки. А мы пустим слух, что Магда сама мечтала выйти за него замуж, просто она ужасно застенчива и боялась принять столь сильное чувство. Возможно, какой-нибудь стихоплет вдохновится и сложит красивую балладу. Ох, только Клеа не обрадуется.
Правитель устало потер переносицу.
– Допп! – позвал он.
Секретарь явился так быстро, словно ждал под дверью, когда его позовут.
– Силану Дрейну уже передали приказ отбыть сегодня вечером? Пусть повременит. Устрой все, Белоглазый. Надеюсь, этот боевой маг справится с похищением девицы и избавит нас от назревающей проблемы.
* * *
Я не помню, как преодолела обратный путь и как мы оказались в комнате принцессы. Клеа крепко держала меня за руку. Если бы не она, наверное, я бы сорвалась с карниза. Или просто осталась в нише и превратилась в статую. Во всяком случае, ощущение было именно таким.
В личных покоях Клеа обняла меня.
– Если ты дочь моего дяди, так даже лучше, – сказала она. – Значит, мы сестры.
– Думаю, это все выдумки, Клеа, – слабо возразила я.
Мысли беспокойным роем кружили в голове. Кто послал мне эти письма? Он или она явно мне не друг. Даже близко подходить к таким тайнам опасно. Ох мама. А еще Алисана говорила, что мама исчезала из дворца… Уж не с братом ли короля она бежала?
– Не бойся, Магда, ничего у отца не выйдет, – успокаивающе проговорила Клеа.
Я отстранилась.
– Как ты не понимаешь? Конечно, выйдет. Даже если сегодня я не пойду по поручению, твой отец найдет способ. Он может просто приказать, и все. И ты тоже, Клеа, выйдешь замуж за советника Орина. Наше мнение, желания здесь вообще не учитываются. Что бы мы ни делали, все бессмысленно.
Я перевела дух и опустилась в кресло.
– Если только приготовить яд и отравить Силана Дрейна.
Клеа неожиданно хихикнула, хотя я и не шутила.
– Только дознаватели определят, что он был отравлен, и отправят меня в тюрьму. А потом будет суд и…
– Магда, ты сегодня весьма мрачно смотришь на вещи.
Я воззрилась на принцессу с явным неудовольствием. Она выглядела подозрительно безмятежной. Узнав, что мой отец убил собственного брата, я бы не оставалась такой спокойной. Хотя услышанное в большей степени касалось моей судьбы.
– Магда, целый день пытаюсь тебе рассказать. Я это давно задумала и очень надеялась, что ты пойдешь со мной.
– Куда? – спросила без особого энтузиазма, думая, что речь идет об очередном купании или какой-то похожей шалости.
Клеа села напротив.
– А теперь у тебя нет выхода. Слушай, я не зря все это время тренировалась и говорила, что хочу сражаться с Темными.
Я подавила желание отвесить Клеа звонкую оплеуху. Она что, совершенно не понимает…
– Так вот, есть одна обитель Светлейшей, в которой живут женщины-воины. Они сражаются с Темными наравне с мужчинами.
Я недоверчиво фыркнула:
– Никогда ни о чем подобном не слышала.
Клеа залезла под кровать и извлекла оттуда потрепанную книгу.
– Таких женщин называют милитиссами. Знак ордена – стрела на круглом щите. Они появились двести лет назад, когда Темные напали на крепость Себастрии. Все маги тогда остались на дальних рубежах, и женщинам самим пришлось защищаться. Когда наши войска подоспели, главнокомандующему магу оставалось только поблагодарить защитниц. Тогда дедушка учредил орден. А еще Светлейшая явила чудо: столп золотого света над холмом. Там сейчас находится их обитель.
Я пролистала хрупкие странички, с которых на меня смотрели суровые женщины в тяжелых доспехах, вооруженные мечами, палицами, кинжалами… Попадались портреты тех, кто держал магические жезлы и посохи.
– Видишь, там есть и женщины – боевые маги, – сказала Клеа.
– Ну, допустим. Есть такой орден…
– …и мы сегодня же отправимся туда и попросим принять нас. Дед даровал ордену неприкосновенность, поэтому, если нас возьмутся учить, даже мой отец не сможет забрать нас оттуда.
Я задумалась, а Клеа горячо говорила:
– Ты слышала, что сказал отец? Он приказал убрать охрану от портала. Это знак самой Светлейшей.
Как я ни старалась, разделить энтузиазм не получалось. Все-таки я большую часть жизни провела в пансионе и знала, что не все так радужно, как представляет себе принцесса. Но, с другой стороны, жизнь в пансионе вполне себе сносна, а вот Силан Дрейн абсолютно невыносим.
– Но как мы
