пустяк, я дам тебе алгоритм. А что дальше?
Егор пожал плечами.
— Я все обдумал.
— Все?
— Я сделаю защитный костюм из полиэтилена. Из шторки для ванной.
Герасим заморгал. «Кажется, мне удалось его удивить», — подумал Егор. Герасим почесал затылок.
— Костюм? Из шторки? — недоверчиво спросил он.
— Да. И много скотча. Респиратор у меня есть старый, еще времен начала самоизоляции. Так что тут проще. Надеюсь, он еще живой.
— А! Ну, хорошо, — Герасим почесал седой затылок. — Если ты все продумал… конечно-конечно. Так что, все-таки идешь к рубильнику?
— Да.
— Ага, давай. — Старик кивнул.
Егор повернулся. Выдохнул. «У меня все получится».
— Последний вопрос, — раздался за спиной голос Герасима.
Егор повернул голову.
— Зачем тебе это? — спросил Герасим. — Только ради Наты?
Егор помолчал, прислушался к себе. Внутри было главное — ощущение правильности. Егор поднял голову.
— Она, может, и робот, — сказал он. — Но я-то — нет.
— Достойно, — сказал Герасим после паузы. — Хотя и глупо, честное слово.
Егор махнул старику рукой. Прощайте.
— Алиму не говорите.
— С чего бы?! — резко откликнулся Герасим. — Как раз скажу!
— Почему?
— Это и его жизнь. Он должен знать.
Егор кивнул. Все верно.
— Тогда Нате… Не надо. Если что, потом скажете.
— Егор!
— Что еще?! Мне еще костюм делать!
— Конечно, извини, что лезу не в свое дело… — Герасим снова почесал затылок. — А ты не хочешь просто взять аварийный комплект защиты? Ну, вместо шторки? Извини, что спрашиваю.
Егор поперхнулся.
— Э-э… что?!
…Егор нажал на выступ в стене. Пискнуло. Стенная панель щелкнула и открылась. Егор подцепил ее ногтями, аккуратно снял, прислонил к стене. Потом отступил назад, посмотрел — и присвистнул. В глубокой нише в стене висел на плечиках защитный комбинезон. Блестящий, новенький. Ярко-желтый. И похоже, его, Егора, размера. Рядом на полке лежали шлем с прозрачным забралом и изолирующий противогаз. Такими пользовались курьеры и пожарные, Егор читал в интернете. Несколько запасных «патронов» с кислородом. Все совершенно новое.
— Прекрасно, — пробормотал Егор.
* * *
Он просмотрел инструкцию. Вроде ничего сложного, но пока надевал защитный костюм, весь взмок. Егор нахлобучил на голову шлем, подключил провода (зачем провода-то?), как было указано на схеме, защелкнул клипсы, скотчем проклеил крепление (инструкция на этом настаивала).
Внутри костюма было душно и жарко. Стекло мгновенно запотело. Дыхание шумное, как у больного Пылью. Когда делаешь шаг, материал костюма скрипит на всю квартиру. «Как я в этом дойду до рубильника?» — подумал Егор в отчаянии. Эх!
Включились крошечные вентиляторы. Стало прохладнее, стекло шлема очистилось. Вот зачем провода! Егор выпрямился. Другое дело.
— В добрый путь, — сказал Герасим.
— Поехали, — сказал Егор. Он смутно помнил, что так говорили космонавты до появления Пыли.
Он открыл люк мусороприемника, забрался внутрь. С трудом уместился, подобрал колени к подбородку, сжался в комок и обхватил их руками. Наклонил голову как можно ниже. Все как инструктировал Герасим.
Пшиик! С легким шипением закрылась дверь мусоросборника. Егор оказался в полной темноте, скрючившись в три погибели.
На мгновение его охватил приступ клаустрофобии. А что, если пройдет несколько часов, а никто так и не придет забирать мусор? И он останется здесь навсегда и задохнется?!
В горле пересохло. Егор облизал губы. Ветерок от вентилятора помогал, но лицо все равно вспотело.
И вдруг…
Через несколько секунд люк открылся. Вух! Облегчение было таким сильным, что Егор аккуратно вылез, чтобы не повредить костюм, встал на ноги. Перед ним на полу стоял шестиколесный робот «Яндекса», недоуменно поводя манипуляторами. Мусорщик никак не мог понять, почему «мусор» движется сам. Егор отмахнулся от манипуляторов, пошел вперед. Робот недовольно зажжужжал вслед.
Лестничная площадка изменилась. Спустя пять лет она мало напоминала ту, что он помнил…
Он прошел из тамбура на площадку перед лифтом. И тут все казалось немного другим, неправильным. Или он все забыл.
«Конечно, я пять лет не вызывал лифт». Он нашел кнопку, нажал.
Лифт приехал. Лифт тоже был немного другим. Новеньким, чистым, из блестящего металла. Разве что на уровне колена виднелось множество царапин — видимо, тут часто ездили роботы доставки и роботы-мусорщики. А они все низкие.
Лифт приехал. Егор вышел — подъезд был тоже другой. Никакой керамической плитки, голый нержавеющий металл, болты и сварка. Интересно.
Он толкнул дверь, еще раз. Та не открылась. Егор поискал кнопку — и даже успел впасть в небольшую панику. Но все же кнопка была, только маленькая и почти незаметная. Пискнуло. Дверь медленно начала открываться сама — видимо, сделано автоматическое открытие для роботов и дронов.
Егор выдохнул, помедлил. А потом шагнул в неизвестность…
* * *
— Посмотри в окно, — сказал Герасим. — Увидишь что-то интересное.
Алим подошел к окну, выглянул. Наморщил лоб. «Что старикан хочет этим сказать?» И охнул, увидев, как по его двору идет, смешно переваливаясь, человек в желтом защитном костюме.
— Это Егор? — недоверчиво спросил Алим.
— А ты как думаешь?
Желтый человечек прошел по мертвым детским площадкам и, настороженно оглядываясь, двинулся в сторону маленького строения. Подстанция.
Алим открыл рот.
— Как это может быть? — тупо спросил он. — Егор в Москве, а я в Питере… Что он делает здесь?!
Герасим ухмыльнулся.
— А что ты скажешь, если я намекну, что вы оба не в Москве и не в Питере — а вообще в другом месте?
— Э-э… а где?
Алим напряженно наблюдал. Егор двигался к подстанции. «Ну же», — поторапливал его мысленно Алим. Человечек в желтом шел. Вот он уже рядом с целью…
И тут желтый человек увидел собак. С десяток собак появились из-за соседней «свечки» и быстро двинулись к подстанции. Человек отступил к подстанции, прислонился к стене. Собаки окружили его, словно загнанного оленя.
— Беги, …! — закричал Алим.
Герасим поморщился.
— Заметь, я думаю примерно то же самое, но вслух не говорю. А я, между прочим, целый старпом.
— Там Егора щас сожрут!!
Герасим размеренно кивнул. Алим оглянулся и застыл, глядя на него.
— Вам все равно?!
— А ты хочешь, чтобы я поорал? — удивился Герасим. Он выглядел совершенно спокойным. — Я могу, если тебе станет лучше.
— Нет, но… — Алим застыл. Сердце стучало где-то в горле. Он с трудом сглотнул. — Что делать-то?! Надо его спасать!
— Как?
— Я откуда знаю!! Не знаю! — Алим подбежал к окну. — …! …!
— У нас в Арктическом флоте, — сказал Герасим, — сказали бы, что ты, юнга, должен использовать свою голову по назначению. А не только как матюгальник.
— Какому еще?!
— Или ты только и можешь сбивать с ног пожилых усталых курьеров? — Герасим с насмешливым прищуром посмотрел на Алима.
Того вдруг осенило.
— Да!! — он бросился в комнату, заваленную
