вещами. «Видел бы это Егор, разорался бы… Хватит жить в свинарнике! Тоже мне, нашелся старший братец, — заметил он мимоходом, продолжая искать. — Да куда я его задевал?!» — подумал он в отчаянии.
* * *
Егор медленно отступил к стене, встал, прижался спиной. До заветной двери подстанции оставалось всего ничего, но…
Низкие угрожающие тени окружали его — неторопливо и обстоятельно. Молча. Тощая черная собака лениво гавкнула, но больше никто из псов не издал ни звука. Они просто смотрели на Егора, никто даже не оскалился. Но под взглядом их неподвижных глаз было жутко страшно. Вблизи было видно, что глаза у собак не настоящие — а словно зрачки видеокамер. И движения больше не казались настоящими. Имитация.
«…куда тут денешься!»
Егор вжался в стену. «Черт!»
Если они повредят комбинезон, Пыль его убьет. «Мне конец», — подумал Егор. Он холодно прикинул, что можно сделать. Оружия у него нет, остается драться голыми руками. А у этих тварей, наверное, титановый скелет и челюсти со встроенным плазменным резаком. Егор горько усмехнулся.
Он вспомнил про хомяка, о котором рассказывал Алим. Храбрый? Верный? Как его звали? Великий?
О! Точно. Макс.
«Вот и я как Макс Великий. Жил хомяком, зато умру героем».
Егор выпрямился.
Потом медленно сдвинулся в сторону рубильника. Шаг за шагом.
Собаки оскалились и зарычали. Егор остановился. Собаки затихли.
Егор сделал осторожный шаг.
Черная тощая собака, видимо вожак стаи, с утробным рыком оскалилась.
У Егора затряслись колени. Парализующий страх перед собаками заставлял его вжиматься в стену.
«Это не настоящие собаки, — подумал он. — Просто представь. Они могут сделать больно, да… Но и все. Чего их бояться?!»
Он прижался спиной к стене — и сделал аккуратный шажок в сторону двери.
Ничего. Собаки молчали. Егор выдохнул. Значит, на это они не реагируют. Он сделал следующий крошечный шаг к двери…
И тут черная собака пригнулась и… Егор понял и похолодел. Сейчас она бросится и достанет до него.
Черная прыгнула.
Черт!
Егор видел, как оттолкнулись от земли сильные лапы. Как тощее поджарое тело распласталось в воздухе… Живот у собаки был светлее.
Егор приготовился умереть.
В следующую секунду в собаку врезался мчащийся на бешеной скорости дрон. БУМ!
И снес ее. Они врезались в потрескавшийся старый бетон, разлетелись в разные стороны. От дрона отвалились крылья, заднее оперение. Он несколько раз кувыркнулся, разваливаясь на части… Винты в крыльях бешено крутились, один выскочил и просвистел перед носом Егора. Сломанный дрон по имени Федя застыл на сером бетоне. Фродо, добравшийся до своего Ородруина. Черная собака пыталась встать, механически двигала головой… В ней что-то взревывало, щелкало и стучало. Кажется, дрон серьезно повредил охранного бота.
«Алим, — подумал Егор. — Ай да гений!»
Он развернулся и побежал.
До заветной двери было всего ничего.
Через мгновение заминки собаки бросились за ним в погоню…
* * *
В жизни есть и более интересные вещи, чем просто быть человеком.
Мысль была неожиданной. Необычной.
Но почему-то совсем не радовала. Ната вздохнула. «Почему сейчас, когда я знаю, что я другая, что я робот, — мне хочется все вернуть и быть просто Натой?»
Ната легла на кровать, съежилась, подтянула колени к груди. Вот так, так лучше…
Ей снова представились малыши. В кудряшках и без. Пухлощекие, смеющиеся. И один или двое из них — это ее дети. На глаза навернулись слезы. Надо пожаловаться, что Нейросеть сделала слишком чувствительного робота — и теперь у него слезы, невроз и депрессия. Ната всхлипнула. Почему? За что?!
Она выпрямилась. Есть же способ… И заодно помочь Алиму и Егору… и даже этому упрямому старику Герасиму.
Ната встала, упругим спортивным шагом прошла на кухню. Где же? Герасим сказал, что приемник Нейросети выглядит как серебристый квадрат, встроенный в стену. Ната огляделась.
— Вот он, — сказала Ната вслух. В стену кухни был вделан тот самый квадрат. Скорее медного цвета, чем серебристый. Странно. Ната помедлила. «Я поступаю как человек? — подумала она вдруг. — Или как робот?» Не важно. Ната решительно кивнула. «Я человек». Люди жертвуют собой ради других людей, разве нет? А роботы?
Ната приложила руку.
Как там Герасим сказал? Флешка Нейросети? Поглощение?
Что ж… «Я готова».
В следующую секунду она почувствовала слабый укол в ладонь, затем легкий разряд пробежал по коже руки — до самого плеча и дальше, до затылка. Ната поежилась.
«Меня считывают», — подумала Ната. И приготовилась раствориться, исчезнуть и видеть сны, быть может…
ЩЕЛК.
Она стояла посреди бесконечной тьмы. Ната увидела перед собой пожилую красивую женщину. Та смотрела на Нату и улыбалась. Нежно и слегка иронично.
— Привет! — сказала Ната.
— Привет! — женщина кивнула. — Я давно тебя жду. Меня зовут Сумасшедшая Мать. Лучше просто Мать.
— Как?
— Или Нейросеть, — добавила женщина. Она протянула Нате руку. — Все хорошо, девочка, не бойся.
Ната открыла рот, чтобы сказать, что она не боится… И тут перед глазами ярко, до боли, вспыхнуло белым. И все исчезло.
* * *
Егор с силой захлопнул за собой дверь. Бум! В темноте нащупал засов…
И едва успел его задвинуть. Металлический скрежет. В следующую секунду дверь затряслась от страшного удара — Егору отдалось в руки, он поморщился. Отскочил. Больно. Ладони гудели от удара.
Охранные боты пытались добраться до него через дверь. Егор повернулся. Света здесь почти не было, только отдельные огоньки на щите горели. Так.
Егор осмотрел щиток, осторожно нащупал большой рубильник. Это он, других здесь нет…
Егор взялся за рубильник. Раз-два, взяли. Плавно и сильно перевел его вниз. Тугой щелчок.
Тишина. Даже охранные боты-собаки почему-то притихли. Егор начал считать. Тридцать… двадцать девять… двадцать восемь… Герасим сказал, что нужно считать до тридцати, тридцати секунд хватит. А потом уже включить.
Ноль.
В последний момент он представил лицо Наты. И включил рубильник.
ЩЕЛК!
* * *
Сначала ничего не происходило. Затем темные мертвые дома вокруг начали словно неторопливо загружаться. Окна загорались — то здесь, то там.
Потом пролетели дроны с продуктами. Проехал робот-мусорщик.
Нейросеть перезагрузилась. Прежний мир вернулся.
Ната открыла глаза в своей кровати. На мгновение представила красивое лицо Сумасшедшей Матери…
Егор вышел из подстанции. Собак рядом не было. Робот-мусорщик, деловито гудя, убирал обломки дрона по имени Федя.
Пора было возвращаться домой.
Егор поднял взгляд. Его дом… Дом, откуда он пришел, возвышался ярко освещенной громадой на фоне темнеющего неба. А сразу за домом начинался лес.
* * *
Герасим убрал руку от кнопки перезагрузки. «Той самой кнопки». На самом деле это он перезагрузил Нейросеть.
