Только где-то в отдалении завывала нечисть.
— Добренького! — изрек Барсик, тоже оглядев собравшихся. — Чего стоим? Кого ждем?
— Д-демон… — вдруг выдал мужичок с окладистой бородой и попытался уйти в обморок.
Стоящие рядом парни не позволили. Подхватили под руки, судя по всему, старосту. Похлопали по щекам. А затем почему-то посмотрели на меня. Недовольно так, обвиняюще.
— Высший, — проскрежетала древняя ведьма, окинув блондина внимательным взглядом. — Зачем ты явился?
— По договору.
— Какому?
— Фамильярному, — клыкасто улыбнулся демон и обнял меня за плечи, как бы намекая, кто именно виноват в его присутствии здесь.
На меня снова все посмотрели, и от этих взглядов сделалось сильно не по себе. Я уже успела десять раз пожалеть, что не отправила Барсика обратно на Изнанку, а он… Он, как ни в чем не бывало, обвел пространство собственническим взглядом и спросил:
— А где у вас здесь кормят?
Волшебная фраза для любой ведьмы. В нашем своде правил даже имелся отдельный пункт: «Сначала накорми, затем спать уложи, ну а после уже можно причинять добро». Судя по взгляду выцветших глаз, именно этим и собиралась заняться древняя.
— Идемте, воронята, — проскрипела старушка и поманила нас к одной из построек.
Из портала мы вышли на центральной площади одной из деревенек Далеких Далей. Судя по добротным домам и лавкам, здесь не бедствовали. Скорее даже наоборот, жили сыто и довольно. Разве что многочисленные защитные столбы намекали на наличие нечисти и нежити. Каждый такой столб вырезался и устанавливался лично инквизиторами, образуя несколько защитных кругов. Самый большой, внешний, ставился вокруг деревни, у крайних домов. Следующий ближе к центу, а третий — окружал площадь. Многоуровневая защита позволяла пережить нападение даже разумной нежити.
— А чего нас больше никто не встречает? — недоуменно, даже слегка обиженно спросил высший, осматриваясь.
— Так деревня же. Утро, — произнесла я тихо, чтобы не привлекать к нам лишнее внимание.
— И?
— В это время все работают. Кто в лавках, а кто в полях. Пока нежить прячется, а нечисть слаба, люди занимаются своими делами. С наступлением ночи все вернутся под защиту столбов, и вот тогда придут знакомиться, — пояснила я.
— Любопытно, — задумчиво протянул демон и остановился напротив одного из артефактов, рассматривая рисунки. — Хорошая работа, качественная.
— Так поди из столичной мастерской привезли, — подал голос один из встречающих. — Паладины сами ставили!
— Что ставили, это не удивительно — активировать светлые чары могут лишь сами маги. А вот работа действительно отличная. Я так понимаю, всякой гадости у вас полно?
Парни стушевались, а бородатый отвел глаза. Ох, наставница, куда же ты нас отправила?
— Насколько все плохо? — со смешком уточнил Барсик.
— Да нормально все! — прогудел самый старший встречающий, а затем добавил тише: — Было.
— И что это значит? — заинтересовалась уже одна из ведьмочек.
Остальные поглядывали настороженно, но прислушивались к каждому слову бородатого.
— Так ужо три месяца как. До этого относительно спокойно было — с болотными и лесными у нас уговор. А тут то оборотни дикие захаживать стали, то другая гадость полезла. Пришлось новые столбы заказывать да укрепляться. Но то артефакты, а теперь как ведьмочки появились, и вовсе хорошо станет. Уж вы вместе с паладинами всех изведете!
— С паладинами? — удивленно переспросили ведьмочки и замерли, круглыми глазами глядя на древнюю ведьму.
— С инквизиторами, значится. Они туточки тоже, — пояснил бородатый. — Практику проходят!
— Мамочки, — выдала испуганная я, осознавая уровень катастрофы.
— М-м-м, беленькие маги, — мечтательно протянул Барсик, растягивая губы в предвкушающей улыбке. — Выпускной курс, да?
— Кажется, — кивнул староста настороженно.
— Прекрасно!
Выдав это жизнеутверждающее слово, демон продолжил путь. А ведьмочки и нормальные фамильяры остались стоять в тщетной надежде, что портал снова откроется и получится сбежать. Просто с паладинами у нас были… очень сложные отношения. И ведьмы из-за этого старались держаться от них подальше, чтобы лишний раз не нарываться на неприятности. Но общая практика на одной территории? Издевательство какое-то!
— Лисенок, ты чего застыла? — окликнул меня высший, заметив, что идет в гордом одиночестве. — Шевели туфельками, пока все не съели!
Что сделала одна несчастная ведьмочка? Рассудила, что рядом с демоном надежнее, чем без него, а значит нужно догонять. Этим и занялась, подхватив чемодан. Остальные ведьмочки последовали моему примеру, кучкуясь вокруг большого и сильного рогатого мужика.
Рогатым, кстати, его обозвала вовсе не я…
Ведьма привела нас в общий дом. Имелись в некоторых деревнях такие строения, куда приходили одинокие мужчины, чтобы поесть. Здесь вкусно пахло щами, пирогами и ягодным компотиком. Вспомнилось, что завтрак был давно. Все ведьмочки сразу стали голодными, а еще очень несчастными из-за новости об инквизиторах.
И вот стоим мы: древняя хмурая ведьма, побледневший староста и его помощники, одиннадцать исхудавших ведьмочек и один надменный демон. В этот момент к нам вышла женщина в цветастом фартуке. Про таких говорили «кровь с молоком», а еще и коня на скаку остановит, и мужа перевоспитает. В общем, она была высока, широка и очень красива. Обведя удивленным взглядом всю компанию, остановилась на Барсике и выдала:
— Маленький, кто тебя так обидел?
Совсем не маленький высший красиво изогнул одну бровь, смерив женщину вопросительным взглядом.
— Меня?
— Тебя, маленький, тебя, — закивала она.
— Обоснуйте.
— Ну как же, — всплеснула руками хозяйка. — Такой молодой, а уже с рогами.
Тихо так стало после этих слов, а женщина продолжила:
— Небось, одна из этих вертихвосток, да?
Быстрый кивок в нашу сторону обозначил, кого именно добрая женщина назвала «вертихвостками». Честно, я ожидала всего, кроме слов высшего…
— Она, — кивнул демон, и его нижняя губа вдруг задрожала, а лицо стало несчастным-несчастным. — Точнее они. Все. Взяли, воспользовались моей доверчивостью. Совратили. И вот он итог!
Барсик демонстративно потер рожки, поправил распущенные блондинистые волосы, а затем в несколько шагов приблизился к опешившей хозяйке.
— Но я не теряю надежду, что однажды смогу найти свое счастье. Ту единственную, что отогреет мое сердце, и не только его, — вкрадчиво произнес самый бессовестный фамильяр на свете, обнимая зарумянившуюся женщину.
— А что еще тебе нужно… отогреть? — с придыханием уточнила хозяйка.
— В данный момент… желудок. Я невероятно голоден, — плотоядно улыбнулся Барсик и, обхватив внушительную талию жертвы собственных чар, повел ее
