Но ни минутой позже. И проследите, чтобы Ульяна добралась до общежития без проблем. А лучше пусть переночует здесь.
— Хорошо, папуль! Ну, мы пошли! — девочки загружают посуду в мойку, хватают Ульяну и утаскивают ее с кухни.
— Изменил, значит? — рычит Иван, делая себе кофе. — Какой мудак изменит такой девочке?
— Тупой мажор, — хмыкаю, — наверняка. У мужиков в таком возрасте напрочь отсутствуют мозги. Они хуем думают, и лучших девочек портят. А потом удивляются, почему вокруг одни стервы.
— Вокруг нас так точно, — смеется Арцев, — ну что, мы сегодня вечером идем в клуб?
— Ты о чем? — хмурюсь.
— Допустишь, чтобы к нашей ночной нимфе клеились всякие чуханы? — прищуривается, достает сигарету. — Я вот не допущу. Позвоню Степке, он нам организует ВИП рядом с девчонками.
— Она подруга наших дочерей, Вань, — взываю к его здравому смыслу.
Или к своему?
Как-то он тихо шепчет, этот здравый смысл. Куда громче кричит желание обладать Ульяной.
— И что? Ей двадцать. Она совершеннолетняя и сама вправе решать, с кем трахаться.
— А нам почти сорок.
— И что? Зато вот тут, — он пальцем показывает на свой пах, — все в рабочем состоянии. Такой, как Уля, нужны взрослые состоявшиеся мужики, а не молокососы типа ее бывшего. Кстати, я бы взглянул на него…
Хмыкаю.
В голове идет смертельное сражение. Понимание, что мы значительно старше, и наша связь с Ульяной может быть расценена обществом и, что куда важнее, нашими дочерьми, как порочная и неправильная, сражается с сильным желанием завершить начатое этой ночью…
Да, я безумно хочу трахнуть эту сдобную булочку. Сексуальную, горячую. Меня повело от одного ее аромата. Хочу оказаться внутри нее. Ощутить членом мокрую узость, скользить вдоль тугих стеночек, слушать стоны и ловить их губами.
Вздыхаю.
— Ладно… звони своему другу…
Глава 6
Ульяна
— Слишком откровенное, — сомневаюсь, глядя на себя в зеркало примерочной, — и бока видно…
Оттягиваю кожу на талии.
Я ужасно смущена тем, что случилось. И рада, что отцы моих подруг не стали раскрывать девчонкам события этой ночи. Надеюсь, удастся это все замять и жить дальше.
— Оно шикарно, Уля! Смотри, как село! — щебечут девочки, по очереди заглядывая в примерочную. — Ну идеально! Ножки у тебя шикарные, я даже завидую!
— Ладно тебе, Ирин, — смущаюсь, — вы с Катей как модели…
— Ну вот на нас всякие ушлепки и клюют…, а ты шикарная! — с восторгом произносит Катя. — Тебе просто нужен мужчина постарше.
Выпучиваю глаза на подругу.
— Что? — пожимает плечами Ира. — У папы друзья есть, закачаешься. Я, правда, их не интересую совсем…, а вот ты точно во вкусе крутых бизнесменов постарше. И с эрекцией у них все хорошо…
Это я уже поняла…
— А ты-то откуда про эрекцию знаешь? — округляет глаза Катя.
— Ну… — Ира краснеет, и мы понимаем, что у подруги есть порочные секретики, — было дело… я была пьяная, а мужчина оказался заинтересованным…
— Ты хотела сказать непорядочным? — хмурится Катя. — Как можно спать с тем, кто годится тебе в отцы? Да, наши ровесники те еще, но всегда есть контингент лет двадцати пяти — тридцати.
Поджимаю губы.
— Ой, ну тебя! — отмахивается Ирка. — Знаешь, тот сорокалетний отжарил меня так, как ни один бывший! Ноги свести пару дней не могла.
— И что же случилось? Почему ты еще не замужем за ним? — Катя складывает руки на груди. — О, господи… Ира… он женат?!
— Нет! Женатые для меня табу, — хмыкает она, — просто… мне хотелось секса и огня, а ему серьезных отношений. К тому же, после той ночи он решил, что я принадлежу ему и стал сталкерить. Это жутко.
— Ну вот видишь…
— Так может Уле хочется таких отношений? Ульяна, ты готова выйти замуж за взрослого мужчину?
Хлопаю глазами, открываю рот. Затем закрываю. Я точно не успеваю за стремительными умозаключениями моих подружек.
— Не думала об этом. У меня родители строгие. Они не позволят мне выйти замуж до получения диплома.
— Это да…
— К тому же, мы едем в клуб не за тем, чтобы клеить взрослых мужчин, ведь так?
— Так. Но это исключительно для поднятия твоей самооценки, — Ира откуда-то достает еще кипу платьев, — вот! Примеряй!
— Они дорогие, — рассматриваю ценники, — у меня зарплаты не хватит даже на половину рукава…
— Забей, папка платит. Он перед отъездом подозвал меня и вручил вот это, — она крутит перед моим лицом черной матовой карточкой, — так что мы можем ни в чем себе не отказывать.
В общем, ближе к обеду мы все-таки возвращаемся в особняк Горских. Я безумно нервничаю, но зря, как оказывается. Иван и Всеволод уехали по делам, о чем нам сухо сообщает Роберт.
— Отлично! Тогда гоу готовиться к тусовке!
Хорошо, что я написала родителям. Мама обещала мне строгий выговор, но отпустила на эти выходные к Ирине. Так что можно повеселиться от души.
Правда меня не отпускают разные мысли. И все они крутятся вокруг отцов моих подруг. Как ни гоню их, возвращаются, словно бумеранги.
Мы с девчонками долго готовимся к тусовке. Я выбираю черное короткое платье с шикарным декольте. Блестящее, с пайетками. Ира останавливается на ярко-красном длинном наряде с вырезом вдоль бедра до самой… кхм…
Катя выбирает изумрудное клубное платье с закрытым верхом.
В клуб приезжаем к восьми вечера. Два громилы-охранника в черных футболках проводят нас через вход для ВИП персон. Внутри уже вовсю гремит музыка.
Мы проходим по коридору вдоль танцпола, поднимаемся на второй этаж.
Нас ждет мужчина лет сорока в обтягивающей черной рубашке. Темные волосы ниспадают на лоб.
Он очень привлекательный.
— Привет, девушки, — подмигивает, — Катя.
— Здравствуй, Степа, — девушка вдруг краснеет.
Очень интересно.
— Мне Иван позвонил, попросил обеспечить вам шикарный вечер, — он пропускает нас в тускло освещенную кабинку.
— Вау! — Ира хлопает в ладоши.
— Ничего себе! — вырывается у меня, когда я вижу просторную комнату с мягкими красными диванчиками.
По центру стол с закусками, вином и бокалами.
— Степан, а вы молодец, — Ира проходится по нему хитрым заинтересованным взглядом.
— Благодарю, — ухмыляется мужчина, — отдыхайте.
— Не составите нам компанию? — не унимается подруга.
— Если только немного позже, — он пристально смотрит на Ирину, а она и рада.
Расправляет плечи, выпячивает грудь. Ох, Ирка! Мне бы ее уверенность!
— Будем ждать, — она подходит и проводит пальцами по груди мужчины.
Степан усмехается и уходит.
— Хорош… — облизывается Ира, — Катюх, ты не говорила, что у Ивана Руслановича такой горячий друг.
— Ира! — рычит Арцева. — Прекрати!
— Он тебе тоже нравится? — прищуривается Горская.
— Нет, с чего ты взяла? Просто он друг моего папы! Это совершенно аморально!
Под ложечкой начинает противно сосать.
