Хелен медленно шла босиком по остывающей гальке, с удовольствием ощущая ступнями ее твердость и тепло. Вокруг неспешно прогуливались такие же отдыхающие, и Хелен приказала себе забыть все, что случилось с ней днем. Да и что, в сущности, произошло? Ничего особенного. Можно подумать, что до сей поры она ни с кем не целовалась. И хотя подсознание усердно нашептывало ей, что так она никогда и ни с кем не целовалось, она разумно решила: нужно думать об этом просто как об еще одном сексуальном сне, коих она в своей одинокой жизни видела немало.
Хелен прошла довольно далеко, почти до конца маршрута, когда внезапно поняла, что уже не одна. Повернув голову, увидела, что рядом небрежно вышагивает Майкл. Она поразилась — когда он появился? И почему она не ощутила его приближение? Ведь она так хорошо чувствует присутствие чужих?
Брукс шел к ней близко, почти вплотную, внедряясь в ее личное пространство, а она и не думала отодвигаться. Почему? Она не воспринимает его как чужака? Возможно, ее телу так понравился дневной экзерсис, что оно само требует продолжения?
Эта неприятная мысль выбила ее из колеи, и Хелен агрессивно спросила:
— Что вам нужно?
Брукс посмотрел на нее призывным взглядом и ответил вопросом на вопрос:
— А ты как думаешь? И бросай говорить мне «вы», после происшедшего это просто смешно.
Хелен взвилась.
— После происшедшего? Да я просто спала и не понимала, что делаю!
Он недоверчиво хмыкнул.
— Все ты понимала. А иначе зачем шептала мое имя?
Хелен остолбенела. Вот это да! Неужели она до такой степени ждала его появления, что во сне повторяла его имя?! Покраснев, она решительно заявила:
— Этого не может быть!
Майкл с насмешкой заглянул в ее глаза.
— Может. Еще как может. Или ты хочешь сказать, что я тебя вовсе не интересую?
— Конечно. Ты меня совершенно не интересуешь!
Майкл агрессивно выпятил вперед нижнюю челюсть.
— А вот это мы сейчас проверим!
И непонятно как Хелен оказалась в его объятиях. Она протестующее пискнула, но Майкл держал ее крепко, будто не собирался никогда отпускать, и она вдруг поняла, что ей это нравится. Даже больше чем нравится — она жаждет его сильных рук и настойчивых губ. И едва его рот накрыл ее, у нее перед глазами все поплыло, и она, не сознавая, что делает, сама вцепилась в его крепкие плечи.
Он ласково гладил ее спину, все углубляя и углубляя поцелуй. Через некоторое время, почувствовав, что ноги ее не держат, Хелен с покорным вздохом прислонилась к нему.
Оторвавшись от ее губ, Майкл требовательно спросил:
— Ну что, совсем-совсем ничего не чувствуешь?
Спасая остатки своей гордости, Хелен своенравно заявила:
— Это просто похоть, и ничего больше. Это с любым может случиться.
Нежности, с которой Майкл смотрел на нее, как не бывало.
— Ты что, с любым в постель лечь можешь?
Не понимая, почему его это взволновало, Хелен сердито высвободилась из его рук.
— Я ни с кем в постель ложиться не хочу, тем более с тобой!
Майкл внезапно повеселел и заинтересованно спросил:
— А почему? Потому что ты из приличной семьи, а я нет?
Она сердито отрезала, слегка покривив душой:
— Семья у меня самая обыкновенная, а вот ты просто невоспитанный хам!
Почему-то это насмешило его еще больше.
— Ну, если хочешь, я вполне могу вести себя так же церемонно, как чопорный английский джентльмен. Только вот какая мне за это будет награда?
Хелен сердито поджала уголки губ.
— Глубокое моральное удовлетворение, и ничего больше!
Отсмеявшись, он уточнил:
— Я хочу глубокого физического удовлетворения, но если для этого нужно изображать из себя хорошо воспитанного господина, то я готов!
Решив больше не соревноваться с ним в остроумии весьма сомнительного свойства, Хелен повернулась и быстрым шагом пошла обратно к отелю. Майкл не отставал от нее, делая на два ее шага один свой.
Дойдя до отеля, Хелен молча поднялась к себе, даже не соизволив сказать ему «до свидания».
Как ни странно, но спала она хорошо, слушая далекий гул прибоя и видя во сне что-то удивительно хорошее.
2
На следующее утро, как подросток перед первым свиданием, Хелен долго крутилась перед зеркалом, выискивая недостатки. Все казалось неправильным — рот слишком пухлым, нос — слишком большим, глаза — невыразительными. Вот если бы они были фиалковыми, как у героинь любовных романов, было бы куда лучше. А уж на ужасные волосы, проволокой торчащие во все стороны и не поддающиеся никакой расческе, смотреть и вовсе не хотелось.
Уверившись, что до супермодели ей далеко, Хелен пошла на завтрак, чему-то посмеиваясь и тайком оглядываясь по сторонам в поисках Майкла. Его нигде не было видно, и она с тайным сожалением вздохнула в полной уверенности, что отпугнула его своими грозными речами.
Едва она устроилась за своим новым столиком, как к ней подошел джентльмен в идеально сидевшем легком светлом костюме и попросил разрешения к ней присоединиться. Не поднимая глаз, Хелен равнодушно пожала плечами — мол, вольному воля, — и он сел, предпочтя принять этот не слишком приветливый жест за разрешение.
Они сидели в непринужденном молчании, когда официант принес им заказанную еду. Сосед наклонился к ней.
— Вам соку или минеральной воды?
Голос показался Хелен знакомым, и она подняла наконец-то взгляд. И пораженно застыла — перед ней сидел Майкл в дорогом модном костюме и тонкой батистовой рубашке. Единственной данью жаре была расстегнутая верхняя пуговица и отсутствие галстука.
Заметив ее удивление, он доверительно сказал:
— Знаете, как мне надоел деловой наряд? До чертиков! Так хотелось расслабиться на отдыхе, но не получилось — приходится выполнять ваши прихоти.
Немного придя в себя от изумления, Хелен возразила:
— Это вовсе не мои прихоти, а ваши! Вы же хотите от меня только одного, вот и выдумываете для этого всякие предлоги!
Он согласно кивнул.
— Ну что ж делать, если вы до безумия мне понравились, а других путей, как видно, нет! Буду париться на жаре в этом дурацком костюме, как денди прошлого века!
Хелен сердито поставила стакан на стол.
— Ну так не парьтесь, кто ж вам велит?!
— Вы велели! Вы мне сказали, что не будете со мной знаться, если я не буду вести себя как джентльмен.
— Вот именно — вести, а не одеваться. Кстати, замечу, одежда не произвела ощутимых перемен в вашем характере, и уж тем более в поведении. Так что на джентльмена вы по-прежнему не тянете.
Майкл небрежно пожал плечами.
