Квентин, Грегори, где вы?
Женщину охватила паника, и она бросилась проверять сыновей.
- Надо срочно рассказать обо всем Абрамсу, - сказала я, как только миссис Хоук скрылась из виду. - Нам нельзя дать их в обиду.
- Само собой. Вот только Соулривер мог предвидеть и то, что мы рано или поздно придем сюда.
- Если бы это было так, - тяжело вздохнула я в ответ. – Мы бы здесь не нашли никого живого.
Глава 12-1
Солнечный круг за окном начал плавный спуск к горизонту. Я плелась по длинному коридору Штаба Хранителей в свою комнату. Позади осталось очередное жаркое собрание, в этот раз спор правителей достиг такого накала, что в итоге Энтони Рид попросил удалиться всех остальных участников.
- Эти ублюдки предусмотрели каждый наш шаг и загнали в угол, заставив пойти на условия этого треклятого перемирия, - негодовал Правитель.
- Как ты не понимаешь, - не соглашался с ним Джошуа Абрамс. – Теперь, когда мы знаем, что все наши решения были как на ладони, это перемирие дает нам возможность продумать такие варианты, которые от нас темные не ожидают.
- И какие же? – скрестил руки Энтони. – По-твоему, они не ждут от нас отправки новых шпионов?
- Я считаю, что нет, - не сдавался Верховный Хранитель. – Соулривер постарался предусмотреть все, чтобы зацепки не привели к нему. И, тем не менее, мы знаем и про Амхельн, и про Равена.
- А что нам мешает поступить так же, как и они? – недоумевал Советник Тейт. – Наймем эту гадалку, и она предостережет нас от ошибок в этом деле.
К счастью, прежде, чем правители потеряли взаимопонимание, они успели отдать распоряжение о том, чтобы назначить вокруг дома Хоуков круглосуточное дежурство. А в остальном, я понимала чувства Правителя. Адепты Тьмы могут быть впереди нас на один, два или даже три шага, и меня не покидало ощущение, что даже без голоса на улицах города мы все продолжаем быть марионетками Соулривера.
Раз за разом вспоминались слова мадам Хоук о том, что он проник во все уголки моей жизни. Это действительно было так. От моей прошлой жизни ничего не осталось. Ни друзей, ни любимого, ни родителей. Мысли о Соулривере выместили все остальное, оставляя лишь пустоту.
Тяжело вздохнув, я вставила ключ в замочную скважину своей каморки и с удивлением обнаружила, что дверь была открыта. По привычке окружив себя барьером, я насторожено заглянула внутрь и оторопела от удивления.
- Мама?
Я не верила своим глазам, но на краю сложенного дивана действительно сидела моя мама.
- Леди! – радостно подскочила она и бросилась мне навстречу. – Наконец-то!
Все треволнения мира в этот момент перестали иметь значение. Крепко захватив ее в объятия, я уткнулась носом в ее плечо.
- Ой, пожалуйста, не так сильно, - попросила она, издав болезненный стон.
Я испуганно отпустила ее и увидела, как из-под рукава бежевой кофты выглядывала повязка.
- Что... – слова комом встали в горле. - Что с твоей рукой?
- Уже все в порядке, милая, можешь не беспокоиться.
Не было смысла спрашивать, что произошло. Но чем дольше я смотрела на нее, тем больше замечала. На щеке возле уха и на шее еще виднелись следы от недавних ссадин и царапин. Левую руку она боязливо прижимала к себе. А еще мама почему-то состригла волосы, оставив слегка удлиненное каре. Последний раз, когда она меняла стрижку, прошло всего двулуние со дня смерти ее матери. Похоже, ту ночь они тоже с трудом пережили.
- Неужели это правда ты? - я все еще не могла поверить, что несмотря ни на что, видела маму живой.
- Ах, Леди! Мы так скучали по тебе. Папа и Анна тоже хотели приехать, но хранители разрешили только одному из нас.
- Как они? С ними все в порядке? - опешив, я отпрянула назад, но только на секунду. - Тебя специально привезли сюда?
- Да-да, не переживай, милая! Эфикар стражей приехал прямо к нам домой. Сказали, чтобы я следовала инструкциям и сделала вид, что еду в участок для дачи показаний по убийству на окраине. Для убедительности стражи даже опросили всех соседей на этаже. Но все это ради того, чтобы я смогла увидеться с тобой. Представляешь? Ты тут на хорошем счету, да?
- Не знаю… Я так не думала…
Если не считать сегодняшнего визита к Хоукам, то после истории с перемирием мне казалось, что никому нет дела до меня. Неужели мои страдания растрогали Абрамса? Или, может, постарался Дин? Он все еще хмурился, но после собрания обещал выкроить хоть пять минут, чтобы заглянуть в гости. Но чтобы привести маму прямо в Штаб?
- Милая, ну как ты тут? В городе столько всего случилось. И каждый раз, когда где-то вспыхивает барьер, мое сердце замирает, не зная, что с тобой происходит. Это невыносимо…
- Невыносимо, - повторила я и, заметив, как у мамы заблестели глаза, сама не могла сдержать слез. – Все это время мне приходилось верить на слово, что вы живы и все с вами хорошо. Думала, вдруг меня обманывают. Но вы ведь точно в порядке, да? Как папа, как Анна?
- В порядке, доченька, в порядке. Анна закончила третий класс, папа работает недалеко от дома. Район у нас хорошо охраняется, за нас можешь не беспокоиться.
Но, несмотря на заверения мамы, я продолжала внимательно ее осматривать, боясь, заметить еще какие-нибудь травмы.
- Да цела я, цела, - улыбнулась она. – Ты лучше скажи, почему тебя держат в таких ужасных условиях? Как можно здесь жить?
- Зато безопасно. И это временно. Со дня на день восстановят связь, и жизнь в городе наладится. А там еще немного и я вернусь в общежитие Академии.
- Неужели мы сможем когда-то жить так, как раньше?
Мама вновь обняла меня со словами, что они с отцом очень гордятся мною.
- Если бы не было так страшно, мы были бы на седьмом небе от счастья за тебя. Я так ждала этой встречи, все думала приготовить твои любимые вафли и апельсиновый пирог. Но эти стражи явились так неожиданно, и я ничего не успела…
- Какие вафли, мам? Самое главное, что ты здесь…
Мы уже приземлились на диван, но мама крепко держала меня за руку, а второй проводила по моим волосам, словно и сама не веря, что я рядом с ней. Но радость быстро сменилась грустью. Я не знала, сколько мы уже так сидим, вдруг маму скоро заберут? Когда снова смогу ее увидеть?
