мысленную пометку, раздобыть для него курочку. Поменяла воду в ведре Григора и выставила на привычное место на террасе. В полусонном состоянии посетила ванну и наконец отправилась в кровать.
Ульдрахор явился в своем привычном облике и неизменном синем одеянии.
— Уверена, что стоит? — спросил он вместо приветствия.
Говорил вроде бы спокойно, но я сразу ощутила, что проклятый дракон кипит от гнева.
— Ты о чем? — спросила, осматриваясь вокруг.
Мы разговаривали на большом балконе с увитой черными и синими розами балюстрадой. По стенам полз плющ, а снаружи раскинулась долина с пейзажем, который невозможно было сравнить примерно ни с чем. Поросшие фиолетовыми и розовыми деревьями скалы висели прямо в воздухе. Вода текла снизу вверх, и все это перемежалось черными безжизненными обломками камней с острыми гранями. Там и тут что-то сверкало. Между скалами время от времени проносились какие-то тени…
— Ты знаешь, о чем я, — надавил Ульдрахор.
— Откуда? Я даже не знаю, где я и правда ли говорю сейчас с тобой, или это просто дурацкий сон.
— Почему сразу дурацкий-то?! — обиделся дракон.
Я жестом указала на все, что вижу.
— Но разве это не красиво?
— По-своему — да, — согласилась я. — Красота в хаосе. Но слишком уж странно, не находишь?
— Такова магия Бездны. Ее мощь безгранична. Прими ее с благодарностью и сможешь сделать мир таким, каким захочешь, — принялся соблазнять меня властью Ульдрахор.
Может, кто-то бы и повелся на его обещания, но только не я.
— Иллюзия! — Покачала я головой. — Красивая картинка, скрывающая неприглядную правду.
Проклятый дракон раздраженно взмахнул рукой, и мы снова оказались среди серого ничто, как в тот раз, когда я потеряла сознание.
— Так тебе больше нравится? — спросил он с глухим раздражением.
Неужели обиделся? Надо же!
— Нет, — честно призналась я. — Но это не важно. Я не собираюсь принимать Бездну, Ульдрахор. Мне не нужна ее мощь, и я сделаю все, чтобы избавиться от печатей. И...
— И от меня?
Он смотрел так, будто я уязвила его в лучших чувствах.
— Прости… Ты… Ты не такой, как о тебе рассказывают. Ну или мне хочется в это поверить. Но и я не та, кто поможет тебе вернуться в Бытие.
Я повернулась к нему спиной и зашагала прямо через серое ничто.
— Нет! Не делай этого! Ты не понимаешь… Я не позволю! — Голос Ульдрахора утонул в вязком тумане, который обступил меня со всех сторон, стоило отойти на несколько шагов. — Ты не понимаешь… — донеслось едва слышно, и я проснулась.
За окном уже брезжил рассвет. У меня в ногах, свернувшись калачиком, безмятежно спал Рыжик.
— Интересно, как ты сможешь мне помешать? — проворчала я, спуская ноги с кровати. — Разве что не дашь нормально выспаться?
Рыжик приоткрыл один глаз и спросил:
«Куда это ты в такую рань?»
— И не говори. Сама в шоке…
«На пробежку идем?»
— Пожалуй, сегодня пропустим. Лучше приготовлю завтрак для Маллы, а заодно проверю, как там Барни. Надеюсь, противоядие сработало, и он жив.
Зевая, я направилась в ванную, а после привычно проверила ведро на террасе. Григор был уже на месте и приветственно замычал.
«Он говорит, что с Барни все в порядке. Оклемался благодаря тебе парень».
— Григор, это отличная новость! — обрадовалась я. — Но откуда ты знаешь?
— М-м-м.
«Он в окно подглядел».
— Понятно. А Малла все еще с ним?
— М-м!
«Была там, когда он в последний раз их видел», — перевел Рыжик.
Из продуктов, что у меня оставались, я сварила кашу с ягодами. Завернула горшок в чистое полотенце и в теплый платок, чтобы не остыла, и направилась в дом Барни.
Парень сидел на кровати все еще бледный и с темными кругами под глазами, но вполне себе живой и даже относительно бодрый. Колдунья кормила его с ложечки бульоном.
— Доброе утро! — радостно поздоровалась я со всеми.
Малла радушно кивнула мне и заявила:
— А вот и твоя спасительница! Не забудь ее поблагодарить.
— Сейрина Ада, я вам жизнью обязан! Я для вас теперь что угодно сделаю! Землю буду целовать, где ваша нога ступала! Луну с неба добуду, если попросите!
— Хватит болтать. Бульон ешь! — прекратила поток излишнего красноречия Малла, и легкий румянец украсил бледное лицо Барни.
Я тоже немного смутилась и попросила:
— Просто будь впредь осторожнее, чтобы близким не пришлось волноваться. Этого будет достаточно.
Барни кивнул и послушно дохлебал бульон. Потом выпил какой-то лекарственный настой и поинтересовался:
— А правда, что вы на стирюка сами ходили, чтобы меня выручить?
— Правда, — не стала отпираться я.
— И как вы только отважились? Вы же такая маленькая, да хрупкая! А стирюки опасные!
— А я не одна была. Мне Рыжик помогал — мой лисенок.
Собеседники уставились на меня с удивлением.
— У тебя есть лисенок? — переспросила Малла.
— Ну да. Рыжик — мой фамильяр, и я хотела о нем поговорить. Он боится открыто гулять по деревне, потому что очень необычный. У него два хвоста и маленькие крылышки. Кто-то может решить, что он тварь из Бездны и обидеть. Малла, ты бы не могла убедить деревенских, чтобы они его не трогали? Боюсь, меня никто слушать не станет.
— Станут! Еще как станут! — Усмехнулась колдунья. — Ты спасла Родима и Алишу, помогаешь подготовить к осени наши дома, да вот и Барни из-за грани вытянула. Тебя теперь каждый здесь послушает. Не переживай, твой Рыжик сможет гулять по деревне без опаски.
— Отлично! Тогда нужно всех собрать и его представить? Например, сегодня вечером?
— Отчего бы и нет? — поддержала мою идею колдунья.
— Малла, а я поправлюсь до ярмарки? — поинтересовался Барни, допив горький отвар.
— Должен. Лоб-то здоровый, — без обиняков ответила та.
— Ура! — обрадовался парень и тут же загрустил: — Жаль только товара подсобрать не успею, чтобы продать и на эти деньги закупить к зиме все необходимое.
Я тут же сделала стойку.
— А что у вас принято закупать на зиму?
— Как это что? — удивилась колдунья. — Зачарованную теплую одежду. Зимы у нас хоть и короткие, но суровые. Без такой одежды лучше на улицу нос не казать в отдельные дни.
— Накопители еще зарядить надо и
