докупить дополнительные, — добавил Барни, озвучив мои собственные мысли.
Со временем накопители портились, теряя способность удерживать магию. Неизвестно, сколько проработают те, что нам удалось найти в доме. По внешнему виду такое не понять, если ты не маг-артефактор. Не хотелось бы остаться зимой без отопления, воды и света. Да и Лисенку жизненно необходимы «теплышки», не говоря уже обо мне самой.
Вот только у меня совсем не было денег. Зато было целых два дня, чтобы подсобрать чего-нибудь на продажу.
— А что можно продавать на ярмарке? — задала я так волновавший меня вопрос.
Малла и Барни переглянулись.
— Целебные травы, кругляши луносвета, — ответила колдунья.
— Черные камни, что разбросаны у Трещины. И тамошние растения. Но это если не охотиться на тварей. Так-то стирюки, конечно, выгоднее всего прочего, — Барни с опаской покосился на Маллу.
Колдунья нехорошо сузила глаза и прошипела:
— Вздумаешь снова пойти на охоту, наведу слепоту! Или… Или так сделаю, что от горшка не отойдешь дня четыре!
— Ой, нет, тетя Малла! Не надо! Мне и вчерашнего хватило. Думал, растворюсь в Эфире!
— Ладно, пойду я, пожалуй. Малла, ты завтракай, пока не остыло. — Я указала на горшок с кашей. — Барни, выздоравливай поскорей. Передавайте от меня привет бабуле. Что-то я ее еще не видела. А я пойду… Дела у меня. Пока!
Я выскользнула из комнаты и поторопилась к дому, намереваясь потратить день с максимальной пользой. Хорошо, что пораньше поднялась, как раз успею к Трещине наведаться.
Глава 21
Идея продавать черные камни пришлась мне по душе больше прочих. Во-первых, это было куда безопаснее, чем охотиться на ядовитых тварей ради ингредиентов. А, во-вторых, я точно помнила, что Йоланда упоминала эти камни в своих записях. Значит, они точно имели какую-то ценность.
Вернувшись домой, я первым делом бросилась в лабораторию и около получаса тщетно листала тетради Йоланды, прежде чем меня осенило — не там ищу!
Я подошла к полке, где стояли пронумерованные пузырьки со снадобьями, и принялась просматривать их, пока на самой нижней в заднем ряду не увидела нужный — с несколькими невзрачными осколками. Достав его, посмотрела на просвет. Грани каждого, даже самого маленького камешка, были острыми, а их поверхности одновременно поблескивали и словно поглощали свет.
Очень необычное свойство!
Папа говорил, что у каждого камня есть своя душа. У этих камней она была точно.
Невольно вспомнились осколки черных скал, висящих прямо в воздухе, которые показал мне во сне Ульдрахор. Теперь я не сомневалась, что эти — точно такие же!
— Раз камни находятся на этой полке, значит, Йоланда их для чего-то использовала! — осенила меня очередная догадка.
Бывшая хозяйка дома не держала в лаборатории хлама.
Проверив номер, под которым хранился флакон с камнями, я полезла в тетрадь с рецептами. Листала страницу за страницей, откладывала тетрадь, брала новую, снова листала, но нигде не могла обнаружить нужное мне число. Я уже почти отчаялась, когда взгляд упал на ту самую неприметную тетрадь, где описывались способы снятия печатей Бездны.
— Не может быть!
Я оказалась права!
Черные камни назывались абграндами. Они использовались в рецептах трех зелий из шести необходимых для снятия печатей! Свойство у этих камней было только одно, но очень важное — они накапливали и удерживали магию Бездны, прямо как обычные накопители — магию Эфира.
Гладолед, гелиос, гидроген… Абгранды помогали разрушать эти три печати, высасывая из них магию!
— Невероятно!
Сердце, спинной мозг и печень можно было освободить при помощи этих зелий. Правда, требовались и другие компоненты. Пролистав тетрадь до конца, я обнаружила важную приписку, на которую прежде не обратила внимания.
Не было смысла пить каждое зелье по отдельности. Это не даст никакого эффекта, кроме временной иллюзии, что печать снята, и крайне болезненных ощущений.
— Ну еще бы! Во время ритуала эти самые «ощущения» едва меня в Эфир не отправили.
Наверняка снимать печати не легче, но я потерплю. Все вытерплю, лишь бы избавиться от связи с проклятым драконом и восстановить честное имя.
А вот рецепта седьмого зелья в тетради не нашлось. Видимо, от семи печатей избавиться попросту невозможно.
Отложив черную тетрадь в сторону, я откинулась на спинку кресла и впервые подумала о том, чем сейчас занимается мой несостоявшийся жених? Роет землю, чтобы отыскать сбежавшую невесту, или вздохнул с облегчением, что она оказалась всего лишь безднопоклонницей, которую следует ликвидировать?
Наше знакомство, на мой взгляд, вполне удалось. Пусть и нестандартная помолвка — тоже. Поцелуй… Выше всех похвал.
Кончиками пальцев я коснулась губ и прикрыла глаза, ощутив, как по плечам побежали мурашки от приятного воспоминания. Я словно вернулась в тот самый момент, когда показалось, что помолвка с Темным Защитником не такая уж и плохая идея…
Вольф Драгард не из тех, кто легко отступает. И в том, что наша новая встреча не за горами, я даже не сомневалась. Но кем он предстанет предо мной? Защитником или палачом?
Лучше бы к тому моменту у меня не осталось ни одной печати Бездны, тогда будет хоть какой-то шанс объяснить ему, что именно произошло.
А еще я должна успеть отомстить Морвеналям и лишить их прогнивший род былой славы.
Сначала я собиралась мстить только Тавису, но ведь и Лиссандра тоже внесла вклад во все происходящее. Она не слишком-то усердствовала, пытаясь остановить отца, и помогла ему раздобыть с моей помощью Коготь Ульдрахора, без которого ритуал был бы невозможен. А в Хьюборге сидит племянник герцога, которому плевать на свой народ.
Может, с него мне и начать? Потренироваться, так сказать, на мелкой сошке?
У меня вдруг родилась великолепная идея. Схватив флакон с черными камнями, я ураганом бросилась вниз — в прачечную, едва не сбив ведро криспа.
— Григор, у меня к тебе важное дело!
— М?
Дух приподнялся над ведром, придав лицу заинтересованное выражение. При мне он старался следить за внешностью и уже не напоминал невнятную страшную рожу. Теперь это было человеческое лицо мужчины лет пятидесяти. Не идеальное, но и не уродливое совершенно. Вполне себе обычное, даже приятное лицо.
— Григор, а что, если я возьму тебя в Хьюборг?
Я затаила дыхание, ожидая, что он мне ответит.
Лицо криспа просияло радостью и надеждой. И без слов было понятно, что он очень даже не против попутешествовать.
Впрочем, радость тут же сменилась беспокойством.
— М? — поинтересовался он, как именно я это
