Тропинкой и познакомимся с ними заново, - попросила я.
Не хотелось мне без них ни водопадом любоваться, ни зверинцем.
- Они, наверное, в бальном зале, если только не перешли к столикам с закусками, которые в зимнем саду.
Ирис тоже надел маску, предложил мне руку и мы отправились на поиски.
В бальном зале гулял смерч, закручивая пары в бешеном танце. Музыка терзала душу. Глаза у Ириса, обведённые прорезями маски, лукаво сверкнули:
- А давай круг пройдём, а потом их поищем? – предложил он.
Отказаться от такого предложения было невозможно.
Музыка подхватила нас и понесла. Всё вокруг слилось в разноцветное размытое пятно, чёткие очертания остались только у Ириса, он был единственной опорой в этом безумном вихре, и только от него зависело, уцелеем ли мы, или врежемся куда-нибудь.
Мы уцелели, и мир вокруг тоже уцелел. Постепенно пятна превратились обратно в людей, стены, колонны.
- Неплохо, - одобрила тётя, нашедшая нас сама.
Началась обстоятельная процедура знакомства.
Тропинка, оказывается, тоже была среди танцующих, и пока мы старательно делали вид, что совершенно друг друга не знаем, но горим желанием познакомиться, её подвел к тётушке кавалер в военном мундире. Откланялся и исчез, за что ему были особо благодарны.
- Королева сегодня затмила всех, - гордо сказала тётя. – Хотя некоторые этого даже не подозревают.
- У меня в горле пересохло, - призналась Тропинка.
- Тогда нам самая дорога в зимний сад, там прохладительные напитки, - во время разговора тётя мимоходом раскланялась с кем-то из знакомых.
- Разрешите проводить вас, - Ирис, оказывается, знал все бальные тонкости и предложил тётушке руку. Ведь в нашей троице она была самой старшей.
Мы пошли к выходу из бального зала. Внезапно тётя прираскрыла веер на две пластинки и немного покачала им, привлекая мое внимание.
Ага, путь пролегал мимо троицы оживленно (судя по склонившимся друг к другу головкам) сплетничающих дам. Дамы, укрывшись за веерами, что-то горячо обсуждали.
Тётя проплыла мимо них павой. Я не знаю, как так у неё получалось, но даже спина её выражала насмешку, превосходство и пренебрежение. Веер трепетал в руке, словно дразнил без слов, а про распушившийся хвост я даже говорить не буду.
Дамы нас заметили, замолчали. Мы словно под обстрел баллист попали, такие убийственные взгляды метали они на тётю, и на нас с Тропинкой за компанию. Как по команде мы выпрямили спины, вздернули насмешливо хвосты и важно проплыли мимо враждебных сил.
Обсуждение за нашей спиной вспыхнуло с удвоенным рвением.
- Вот поганки, - не переставая улыбаться, сказала сквозь зубы тётя. – Уже кого-то терзают, обгладывают до косточек.
- Наверное, вас, кого же ещё.
- Я этим утонченным пиявицам не по зубам, - с нескрываемым удовольствием пропела тётя. – Пускай позлобятся, пускай. У них сегодня много причин быть недовольными. Не они самые нарядные, не они самые красивые, не они пользуются бешеным успехом.
- А кто? – брякнул, не подумавши, Ирис.
Но тётя не обиделась.
- Разумеется, королева Тропинка. Ну и мне грех жаловаться.
- Только мне не очень по себе, - призналась пиратка грустно. – Я тут веселюсь, а Ряха там один…
- Угу, бедный, несчастный и совершенно заброшенный, - радостно подхватила я. – Он там себя от счастья не помнит, что не ему танцевать выпало, сидит довольный, словно на скачках выиграл, и в ус не дует. Так что веселись от души – иначе, что же ты сможешь рассказать ему, а ведь Ряха тоже хочет узнать, какие развлечения тут были.
- Золотые слова, - похвалила меня тётя и первой нырнула в арку, заплетённую плющом, через которую проникали в таинственные заросли зимнего сада.
Зелени здесь было столько, что царил таинственный полумрак, подсвеченный маленькими фонариками. Растительный полог приглушал даже музыку бального зала. Зеленые гроты, ниши, пещеры – устроители постарались на славу. Мне показалось, что без магии здесь не обошлось – осень ведь на дворе, листья по ветру летят, а тут зелень буйно оплетала всё, что могла. Как на южных пряных островах. Дамы в вечерних нарядах напоминали ярких птиц, порхающих по лесу.
Мы нашли укромную нишу, где и спрятались от любопытных глаз. Ирис пошел за угощением.
Сверху свисали побеги дикого винограда. Я нашла иссиня-чёрную гроздь, выколупнула из неё ягодку, попробовала – кислая.
- Ты сошла с ума! – всполошилась тётя. – Живот заболит! Неизвестно же каким образом они добились это великолепия.
- Я больше не буду, - покаялась я. – Уж очень аппетитно выглядит.
- Видимо, ты плохо поела перед маскарадом! – решила тётя.
- А как можно было хорошо поесть, тем более в корсете? – горестно спросила я. – Всё на бегу, страшно: вдруг что-то заляпаешь в последний момент. Мне вот интересно – кроме Ириса из наших кто-нибудь ещё здесь присутствует?
- Я не видела, - сказала Тропинка. – А должны?
- Не знаю.
- Приглашение на этот маскарад получить достаточно сложно, - заметила тётя. – Так что попасть сюда есть возможность не у всех. Ваш кавалер из известной в столице семьи, его отец – казначей в Храме Священного Хвоста. Я была немало удивлена, что он учится вместе с вами. Его семья очень лояльна.
- У нас очень разнообразная группа, - поведала я важно. – Один загадочней другого. Тётя, а скажите, как вы узнаете, что одержали верх над вашими противницами? Они же всё равно будут обзывать вас вульгарной, если им хочется, рот таким не заткнёшь…
Тётя улыбнулась:
- Долгосрочная победа состоит из ряда последовательных шагов. И следующим шагом на пути её завоевания будет организация общественного мнения.
- Вы прямо как Профессор говорите! – заметила Тропинка. – Столько научных слов!
- Потому что я тоже стратег, - отрезала тётя. – И веду свою военную кампанию по правилам.
- А расскажите, пожалуйста, об её этапах, - хитро попросила я. – Чтобы мы поняли и оценили всю суть вашего замысла.
- Эти светские крокодилицы давно шипели в мою сторону, да поделать ничего не могли,
