прямо на мне его подгоняла по фигуре, пока я занималась прической, Ряба внимательно слушала мою историю о том, что я действительно правнучка Яги. А потом стала подпрыгивать от радости, когда я сказала, что Кащей сделал мне предложение.
— Ну, дела! Ну, дела-а-а! — кудахтала она.
Я улыбалась.
— Теперь только уладить вопрос с царевной, и дело закончено.
Когда мы вошли в зал, там собралось уже полно народу. Почему-то мне казалось, что Горыныч, судя по его жилищу, этакий затворник. Но здесь было много знати. Это я оценивала гостей по дорогой одежде. И как только все так быстро успели организовать без современных средств связи? А потом я вспомнила про птицу, которая превратилась в письмо у меня в руках, и все поняла.
Меня увидел Кащей и поспешил подойти.
— Яра, ты непередаваемо прекрасна! — он поклонился мне и протянул руку.
Я протянула свою в ответ и заговорческим тоном зашептала ему на ухо:
— Так что там с нашим сюрпризом?
— Все готово, они с минуты на минуту будут здесь, — улыбнулся князь.
Я нашла взглядом Добрыню. Он сидел за столом и безразлично наблюдал за тем, как некоторые гости танцуют под звуки гуслей. Богатырь вздохнул.
— Бедняга, — протянула я.
Стоя возле окна, мы отчетливо услышали, как хлопают огромные крылья.
— Ну вот, они здесь, — облегченно вздохнул Кащей, отведя в сторону портьеру. — А пока мы ждем, не потанцевать ли нам?
— Я не умею танцевать по-здешнему.
— И не нужно, — Кащей аккуратно взял меня за талию, начиная медленно двигаться. — Я зато наловчился по-вашему. Много умений не требуется.
Я расхохоталась, приникнув к нему.
Когда мелодия сменилась, я заметила движение в дверях.
— Пришли!
Добрыня продолжал сидеть на одном месте. Он опрокидывал в себя кубок за кубком. Мы внимательно следили, как сзади его глаза закрыли маленькие девичьи ладони.
Отрада в образе девицы склонилась к самому его уху и что-то прошептала.
Богатырь, кажется, не поверил в то, что услышал, и с потрясенным видом обернулся. Он сидел на скамье, а она стояла, но так их лица находились на одном уровне. Я видела, как она широко улыбается и что-то ему говорит, а Добрыня застыл с таким благоговейным видом, что я уж побоялась, не тронулся ли он умом на радостях. Но потом подскочил, схватил кикимору и закружил ее. Она хохотала, ничуть не смущаясь тех, кто находился вокруг.
Я счастливо вздохнула и сжала руку Кащея. Он поцеловал меня в висок.
Созерцая радостный момент, мы не заметили, как к нам подошел Горыныч.
— Фух, еле успел. Махал крыльями изо всех сил.
— А что лесная хозяйка? — поинтересовалась я. — Не сильно упрямилась отпускать Отраду?
— Мы сумели договориться, — улыбнулся Змей.
— Что ж ты ей такое пообещал? — сощурился мой жених.
Хозяин замка пожал плечами.
— В обмен избавил ее от клятвы служить мне.
— Ого, щедро, — протянула я. — Спасибо большое, это много для нас значит, княже.
— Я не такой жестокий, каким меня многие представляют, — усмехнулся он. — Да и Василисушка порадуется. Она любит такие душещипательные истории. Пока мы летели сюда, я уже взял с Отрады слово, что она все ей расскажет в подробностях.
— Еще раз спасибо.
— Кстати, Ярослава, отлично выглядишь. Тебе пришелся по душе мой подарок?
Я оглядела свой наряд и улыбнулась.
— Платье очень красивое, благодарю.
Почувствовала, как чуть сжалась рука Кащея и решила больше не наступать на больную мозоль этому ревнивцу.
— Так где же царевна Василиса?
Только я это произнесла, как двери в зал распахнулись, и в них появилась русоволосая девица в кокошнике, расшитом каменьями и жемчугом, в пышном платье модного фасона, как я посмотрела на других собравшихся здесь женщин. Юбка начиналась прямо под грудью и расходилась от нее, доставая прямо до пола. Ткань тоже украшали самоцветы и жемчужины. Василиса улыбнулась, глядя на Горыныча, и тот расцвел на глазах. Никогда не видела такой резкой перемены. Князь чуть ли не светился. Хотя, учитывая его способности дышать огнем, я не удивилась бы и этому.
Он поспешил к ней.
— Вот она, свет души моей! — громко произнес он, подведя царевну к нам.
— Твое высочество, — поклонился Кащей.
Я тоже сделала нечто похожее на книксен.
— Рада видеть тебя, князь, — она чуть насмешливо улыбнулась ему.
— Вижу, ты в добром здравии. Могу ли я задать лишь один вопрос?
— Не утруждайся, князь Кащей. Я отвечу и так. Прости, но я никогда не желала брака с тобой. Более того, я не могла выйти за тебя замуж. Только отец не хотел меня слушать. Пришлось прибегнуть к крайним мерам и сбежать.
— О чем ты говоришь?
Судя по взгляду Вышемира, он не понял, к чему клонит Василиса. А вот я по ее походке и мимолетным касаниям платья в области живота — очень даже.
Царевна снова чуть насмешливо улыбнулась.
— О том, что мы с Гордеем тайно обвенчались. Мы любим друг друга уже, кажется, вечность.
— И еще вечность будем любить, — нежно погладил ее по руке Горыныч.
Кащей немного растерялся, но все же взял себя в руки. А я решила его добить и, указывая взглядом на живот Василисы, спросила так тихо, чтобы только наша маленькая компания это услышала:
— Уже толкается?
— Кто? — не понял Вышемир.
Мы с Василисой рассмеялись, а Гордей лукаво ухмылялся.
— У них будет ребенок, — объяснила я своему непонятливому жениху.
— У меня будет внук?! — раздался за нашими спинами радостный вопль на весь зал, который перекрыл голоса гостей и звуки гуслей.
— Батюшка! — резко обернулась царевна.
Ай-ай! А подслушивать нехорошо!
Эпилог
Мы с Кащеем стояли около входной двери в квартиру моей бабушки. Я все не решалась нажать на звонок.
— Смелее, — подбодрил жених.
Сейчас он был в классическом темном костюме, который невероятно ему шел. Я даже не знала, в каком виде этот мужчина мне нравился больше. Я наконец нажала на кнопку. Через пару минут замок щелкнул. На пороге появилась моя бабушка. Как всегда, даже дома она ходила в опрятных и довольно строгих вещах. Волосы, совсем седые, нетронутые краской, она, как обычно, уложила в аккуратный пучок.
— Яра! — всплеснула она руками. — Твоя мать с
