Яги. А поскольку Яга теперь я, и силёнок у меня не очень-то чтобы очень, то… сравнение явно не в мою пользу. Поддержка Кощея, да ещё и Леший рядом немного успокаивали, но, будем откровенны, не сильно.
Если вина за пропажу девиц и правда на болотной, то так ведьма и признается. Я даже представляю себе этот разговор:
— Ты девушек в зеркала заточила?
— Я.
— Зачем?
— Надо было.
— Верни назад.
— Обойдёшься.
И что я с ней сделаю? Правильно — ничего.
Из размышлений меня вывел шёпот Кощея.
— О чём задумалась, моя любимая ведьма? — прозвучало у самого уха, обдавая жаркой волной.
Я вздрогнула и чуть не съехала с седла.
— Да так… Прикидываю, хватит ли мне сил, чтобы болотницу в её же трясине утопить, если что, — пошутила я, стараясь скрыть неуверенность в голосе.
Рука Кощея на мгновение отпустила поводья и обвила мою талию, прижимая к себе ещё крепче.
— Не твоя это забота. Сила — моя задача. А твоя — быть умной и осторожной. Мы просто побеседуем, навряд ли она с порога начнёт в нас швыряться заклинаниями… — Он не договорил, но по его тону мне стало ясно, что такая вероятность весьма высока.
Лес расступился, и мы выехали к озеру. Его я узнала сразу: вот мостки, на которых я сидела, а вон там, чуть дальше, баня и домик Лешего. Воспоминания о том, как сурово смотрел на меня тогда Кощей, нахлынули так ярко, что я не удержалась от вопроса.
— А почему ты тогда так разозлился, когда увидел меня у озера? — выпалила я, заглядывая в глаза любимому.
Он усмехнулся в ответ.
— А сама-то, как думаешь? — Сведя брови к переносице, он ответил вопросом на вопрос.
Если бы я знала ответ, то не спрашивала бы. Навряд ли он тогда приревновал. К кому? К старику-Водяному? Или к другу Лешему? А может, к болотнику тому, что купался? Болотник? А не муж ли он ведьмы, к которой мы направляемся?
— Нет, — услышав новый вопрос, ответил Кощей. — Он на другом болоте хозяйничает. А что до того, почему я злился… — он вернулся к первому, — Прости. Я злился не на тебя, а на ситуацию в целом. Каждое утро просыпаться с тобой… это, конечно, приятно, хоть и непонятно почему. Но вот не иметь возможности на продолжение… Это сильно выводило из себя.
Он говорил тихо, почти вкрадчиво, и каждое слово будто обжигало кожу. Я замерла, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть этот редкий момент откровенности.
— Я привык всё контролировать, — продолжил он, и его голос приобрёл низкий оттенок, от которого тело покрылось мурашками. — А тут ты. Появилась из ниоткуда. В моей постели. В моей жизни. В моих мыслях. И я не мог ничего поделать. Не мог понять, что это: чья-то шутка, ловушка, колдовство? А главное — не мог… не мог просто быть с тобой. Как хотел. Эта неизвестность, эта беспомощность сводили с ума. Вот и злился.
— Как хорошо, — шепнула я, накрывая его руку, сжимавшую поводья, своей ладонью, — что ты рядом. И что ты — настоящий. Теперь я точно знаю, это не наваждение, что я и ты… мы…
Запнулась, не зная, как выразить словами те чувства, что испытываю к нему. Но ему не нужны были признания, он понимал всё без слов. Прижав меня крепче, выдохнул мне в макушку:
— Никуда тебя больше не отпущу.
Мрак замер у покосившейся избушки, на пороге которой нас поджидал хозяин. Леший в серой рубахе, подпоясанной обычной верёвкой. Он стоял, засунув руки в карманы штанов. Босиком. Плечом привалившись к двери и с хитрым прищуром осматривал нашу парочку, так увлечённую разговорами, что не замечавшую ничего вокруг. И когда Кощей потянулся ко мне с поцелуем, против которого, надо сказать, я совершенно точно не возражала, то Лешему пришлось многозначительно кашлянуть.
— Кхе-кхе, доброго утречка, — его хриплый голос заставил меня вздрогнуть. Кто здесь? Но, увидев, что Леший один, я откинула голову на плечо Кощея и улыбнулась.
— Доброе. Мы тебя разбудили? — Растрёпанная шевелюра хозяина леса наводила на мысли, что он прямиком из постели.
— Не вы, лес шумел, сказал — гости едут. — Широким жестом Леший махнул в сторону рощи. — С чем пожаловали? Дело какое или так?
Он приподнял одну бровь, пытаясь выглядеть строгим, но при этом огоньки в глазах выдавали веселье.
— Всего помаленьку, друг, всего понемножку, — Кощей спрыгнул с коня, помог спуститься мне, а затем по-братски обнял Лешего.
— Рад за вас, дружище, — похлопывая товарища по широкой спине, шепнул Леший, но так, чтобы я расслышала.
**
В избе всё было не так, как в прошлый раз. Никаких гостей, заправленная кровать, пустой стол без следов вечерних безобразий. Но стараниями хозяина уже через пять минут на скатерти появились кружки, буханка ржаного хлеба, вяленое мясо и кувшин с ароматным напитком.
— Взвар, твой любимый, — ставя на стол угощение, произнёс Леший.
— Грушевый, — довольно потирая руки, пояснил мне Кощей. Но яснее не стало, я так и не поняла, что такое взвар.
Пока этот напиток не разлили по кружкам. На деле это оказался самый обычный компот из сушёных фруктов, кусочки которых плавали на дне. Сделав первый глоток, я зажмурилась от удовольствия — вкуснота необыкновенная. Пожалуй, теперь это и мой любимый напиток.
За едой Кощей рассказал другу о проведённом ритуале, о том, что все сомнения рассеялись и теперь его можно официально поздравить — он нашёл своё счастье.
Счастье, то есть я, благоразумно помалкивала, пусть мужчины сплетничают. А дальше акцент в беседе сместился на насущные проблемы. Обозначив причину нашего визита и попросив помощи в поиске ведьмы, Кощей замер в ожидании ответа.
Судя по тому, что Леший согласился не сразу, он явно не желал встречи с болотницей. Да и то, как он морщился при одном лишь её упоминании, наводило на мысли, что у него какие-то личные счёты.
Надо бы Кощея расспросить, — промелькнуло у меня в голове. Хотя вряд ли он мне расскажет. Вон, Леший в тот раз отказался тайны друга выдавать. Но попробовать-то стоит, а вдруг?
— Давненько не видал я старой карги, — побарабанив по столу, произнёс Леший. — Что же,
