и его рыцари выглядели презабавно. Хелдор так близко столовался с дворянским ополчением впервые: несмотря на то, что почти все из отправившихся в путь доказали свою отвагу и в бою за Резиденцию, и за сражение в Ничейных землях, причем дважды, но аристократами они быть не переставали. Видно это было по тому, как они держались. Яства на простых деревянных блюдах, равно как и местное пиво с медовухой в глиняных кружках воспринималась ими как грубая солдатская пища, которую они вынуждены вкушать в походе. От этого Хелдору казалось, что дворяне будто раздувались от важности совершенного ими подвига на стезе воина.
Командиру пикинеров же, напротив, очень понравилось местное угощение и ему, как и другим командирам дружины, было очевидно, как расстарались местные. Смешно было смотреть, как Лонгарм недовольно хмыкал, когда его кубок оказывался пустым. За их столом, как могла, прислуживала дочка старосты. Поверх льняной сорочки она надела нарядный сарафан, однако же, не забыла повязать поверх передник, чтобы сберечь ценный для нее наряд. На шее были бусы из мелкого, необработанного янтаря. Хелдор смекнул, что янтарь мог попасть сюда с побережья Фахро, а значит, даже столь грубо отделанное украшение было для дочери старосты настоящим богатством. Русые волосы были заплетены в две тугие косы. Когда та подошла к той половине стола, где сидел командир пикинеров со своими подчиненными, он смог разглядеть ее получше – светло-карие глаза широко распахнутые, обрамленные густыми ресницами, небольшой аккуратный нос – а наполняя бокал Хелдора, она широко улыбнулась, едва заметно подмигнув. Подливая вино остальным, она вскоре опорожнила кувшин и удалилась, украдкой поглядывая на Хелдора. Молодой воин растерянно отхлебнул из глиняной посуды, стрельнув глазами в ту сторону, куда она направилась.
- Что опять? – словно холодной водой окатил его вопрос Ивви.
- Эм… - Несколько растерялся Хелдор, после чего, вздохнув, залпом опрокинул в себя вино. Кисловато, но сойдет.
- Ну, а вдруг внуков дождусь – вполголоса сказала Фиона, чтобы слышали лишь те, кто рядом.
Хелдор с досадой от них отмахнулся. Романтический порыв был зарублен на корню. И слава богам. Остаток вечера он несчастную девушку старательно игнорировал, покуда, с наступлением ночи, он не отправился спать в комнату, отведенную для него и еще нескольких дружинников. Командир пикинеров, чувствуя приятный шум в ушах и легкое головокружение, практически мгновенно уснул, на этот раз даже ни на минуту не оставшись наедине со своими мыслями.
Встали еще до третьих петухов, и новости были если не тревожные, то настораживающие – некоторые жители Фахро, уставшие, изможденные в ночи добирались до бродов. Это сообщил полусонный гонец, отправленный оттуда. Поменяв скакуна, он, отчаянно зевая, поспешил в сторону города.
Наверняка многие селяне не спешили выполнять поручение князя, надеясь на авось, а потому налетчики Теодорика забрались уже вглубь княжеских земель, наводя ужас на практически беззащитных крестьян - и теперь они бежали подчас как есть, даже не забрав припасов или инструмента.
Олдермены отдали приказ приготовиться к переправе и приготовиться к защите простых селян, о чем поспешили сообщить – разумно полагая, что без их вмешательства у бродов случится непоправимое.
Воины сразу облачились в полное снаряжение, а к тому моменту, как на Хелдоре и рыцарях были застегнуты последние пряжки, из лесу показались эльфы. Остроухие, кроме прочего, несли с собой и добытую ночью дичь, намереваясь ей поделиться с селянами. Командиры отряда оставили после себя немного серебра старосте – в этом не было необходимости, но объедать местных жителей не хотелось.
Ближе к бродам стали встречаться беженцы. В основном они молча и угрюмо раздавались в стороны, недоверчивая посматривая на небольшое войско так, будто они по их души. Когда река и ближайшая к ним поляна, где бы сражен волколак, стала смутно виднеться вдали, показалась еще одна беженка – женщина с целой стайкой детей. Старший уже был юношей, с пробивающимися усиками, младшего она несла на руках. Все были грязные, ободранные, а когда Хелдор, едущий в голове колонны, приблизился к ним, его обдало запахом гари.
Сразу стало ясно, что застали их врасплох, потому что в этот момент несчастная женщина, поставив на землю младшего, бросилась к Хелдору. Она ухватила его за стремя, громко рыдая и пытаясь что-то сказать. Кажется, она благодарила саму судьбу, что ей удалось бежать и стала просить покормить ее детей, чем боги пошлют. Колонна остановилась в некотором замешательстве. Хелдор слез с коня, обнял рыдающую женщину, пытаясь успокоить, после чего окликнул своих людей, чтобы покопались в своих закромах.
Сердобольные дружинники и стражники отыскали им снеди в своих мешках, даже на два, а то и три дня. Эльфы, пошушукавшись, торжественно вручили старшему сыну заячью тушку. Едва им было в чем его приготовить, но не отказываться же, в самом деле.
- Скажи, добрая женщина – спросил Хелдор, когда рыдания и мольбы, сменившиеся благодарностями и причитаниями, чуть утихли – а на мосту не было наших? Почему тебе там не помогли, и не приютили твоих детей? Там живут очень хорошие люди, и…
- Да вы первые, на кого я набрела – смущенно сказала женщина. – Моя деревня была недалече от лесного брода… Как энти душегубы начали дома без разбору палить, мы через окно выбрались и бежать… За нами не погнались, там главный был такой серьезный у них… С двумя мечами и злой. Приказал погреба обирать «до последнего зерна».
Хелдор, собравшись с мыслями переспросил:
- И далеко ли до того брода?
- Да несколько часов хода… Но о нем только местные знали, да и… Да и на телегах вам там не пройти…
- Зато те твои «душегубы», матушка – запросто там могли пробраться - возразил Хелдор – спасибо тебе, помогла ты нам очень, ступай с добром! – Хелдор торжественно вручил изможденной женщине несколько новеньких медных монет. – Держи, на первое время, а там не пропадешь, вот смотрю, какой у тебя старший здоровяк.
Паренек немногим старше Крисса заулыбался и приосанился, хотя с виду он, на самом деле, был довольно тщедушный.
- Это он нас оттуда и вывел – не без гордости произнесла мать семейства – прошу вас, спешите, устройте тем супостатам – женщина, встав на обочину, провожала взглядом колонну, напоследок осенив их защитным знаком Верховного Отца. Затем, погоняя ребятню, что заталкивала за щеки слегка черствый хлеб, поспешила дальше по дороге.
- Думаю, если бы они хотели прорваться через брод с целью рейда – то сделали бы это уже сейчас. Кто-то или что-то
