я его остановил.
Мне в голову внезапно пришла мысль. Возможно, полезная.
— Подождите, Сергей Иванович. Её питомцы могут пригодиться.
Олеся просияла так, словно ей только что подарили собственный зоопарк. Варягин что-то недовольно проворчал про «детский сад на выезде», но спорить не стал.
Мы двинулись по коридору. Мягкий ковёр поглощал наши шаги. Женя вёл нас уверенно, явно уже запомнив дорогу. Здесь следы вандализма были ещё заметнее: разбитые вазы, перевёрнутая мебель, граффити на стенах. Мы пару раз свернули и увидели цель.
Дверь. Стальная плита, грубо вмонтированная в стену. Вокруг неё обои были ободраны, а штукатурка носила следы свежих сколов. Я жестом приказал всем замолчать и приложил ухо к холодному металлу. Секунда тишины, и я услышал. Тихий, прерывистый шорох. Словно кто-то ёрзал или скребся.
— Есть кто живой? — громко позвал я. Ответа не последовало. — Олеся, план «Звериный нюх».
Девочка сосредоточилась, становясь очень серьёзной и деловой. Перед ней в воздухе вспыхнули две голубые вспышки, которые тут же оформились в знакомые фигуры.
Клык — Уровень 3
Костогрыз появился первым. Крупный, с густой коричневой шерстью и мощными челюстями. Он тут же ткнулся мокрым носом в руку хозяйки.
Найда — Уровень 4
Она выглядела как ночной кошмар кинолога. Огромная, почти с медведя ростом, мутировавшая псина, с облезлой, покрытой язвами шкурой и вытянутой клыкастой мордой. Однако глаза у собаки были умные и преданные. Она спокойно села у ног Олеси, ожидая приказа.
— Надо обнюхать дверь, — скомандовала девочка.
Клык и Найда подошли к стальному полотну и приступили к работе. Их носы интенсивно задвигались, втягивая воздух. Найда тихо заскулила, а Клык приглушённо зарычал, его шерсть на загривке встала дыбом.
— Что там? — спросил я у Олеси, не отрывая взгляда от собак. — Люди? Монстры? Зомби?
Олеся нахмурила бровки, её губы беззвучно шевелились. Потом глаза девочки вспыхнули синевой, у Клыка тоже. Они оба сделали одинаковое движение носом.
— Странно… — наконец пробормотала она. — Только человеческий запах. Сильный.
— Если Гладиаторы заперли кого-то из рабов отдельно, на это должны быть веские причины, — задумчиво проговорила Искра, постукивая по подбородку кончиком своей палочки. — Может, он буйный? Или заразный?
— Или не согласился стать рабом, — продолжил Варягин. — Но по какой-то причине его не бросили в круг на потеху толпе. В любом случае, он может быть опасен.
Клык, глядя на дверь, приподнял верхнюю губу, обнажая ряд внушительных зубов. И снова тихо зарычал. Похоже, он был согласен с паладином.
Варягин сделал шаг вперёд. «Священный Клинок» материализовался в руке, окутавшись ровным золотым светом. Я кивнул Жене. Тот молча материализовал ТТ из инвентаря и приготовился. Искра махнула палочкой, и на её обугленном кончике тут же заплясал крошечный, но очень злой огонёк.
Я призвал свой «Инженерный Инструмент» и сменил его форму. Разводной ключ в моей руке окутался сиянием, металл поплыл, и через секунду превратился в мощный беспроводной шуруповёрт.
— Отойдите, — скомандовал я.
Пара минут работы, и механизм с громким финальным щелчком поддался. Я убрал инструмент. В тот же миг Клык и Найда напряглись, как две стальные пружины. Включив фонарик, я потянул дверную ручку. Протяжно скрипнули петли. Я направил луч света внутрь.
Это была тесная кладовка. Ни окон, ни мебели. Только голые стены со следами снятых полок, где раньше, видимо, хранилось бельё. В центре, прикрученный к полу анкерными болтами, стоял простой металлический стул. А на нём сидел человек.
Мужчина средних лет, в драной, грязной куртке и выцветших джинсах. Лицо суровое, обветренное, покрытое густой щетиной. Коротко стриженые волосы. Но самое главное, он был связан. Толстый синтетический канат многократно обвивал его торс и руки, намертво приматывая к стулу. Другой приматывал ноги к ножкам. Рот был заклеен скотчем в несколько оборотов.
Над его головой вспыхнула системная надпись:
Тарас Ершов — Уровень 12
Высокий уровень. Ни у кого из пленников в подвале такого не было, там у всех был первый-четвёртый, у пары человек пятый и шестой.
Луч света ударил ему в лицо. Он зажмурился, а потом его взгляд сфокусировался на нас. Он посмотрел на меня, на Варягина с сияющим мечом, на Искру с огненным шаром… а потом его глаза опустились ниже и увидели двух рычащих мутантов у моих ног.
Глаза Ершова расширились. Он замычал и начал отчаянно дёргаться, пытаясь освободиться. Стул под ним заскрипел и почти вырвался из креплений. Сильный, гад.
— Ы-ы-ы! М-м-м! — доносилось из-под скотча.
Он явно принял нас за палачей, которые пришли скормить его своим зверушкам.
— Спокойно! — громко сказал я, поднимая руки, хотя в одной всё ещё держал шуруповёрт. — Мы не Гладиаторы. Мы уничтожили Гладиаторов и теперь освобождаем их пленников.
Искра схватила меня под локоть.
— Лёш, — прошептала она мне на ухо, — а если они ему рот замотали не просто так? Может, у него голос — оружие? Как у банши? Или гипноз голосовой? Сейчас развяжешь, а он нам мозги вскипятит.
Я посмотрел на пленника. Двенадцатый уровень. Высоковато для простого обывателя.
— Может и так, — согласился я. — А может, он просто орал матом так, что мешал Черепу спать. Леся, убери собак.
— Клык, Найда, назад! — скомандовала девочка.
Питомцы неохотно попятились, хоть и продолжали ворчать.
Тарас Ершов тяжело дышал, переводя взгляд с одного из нас на другого. Взгляд был холодным, оценивающим, без тени страха — только ярость и недоверие. Затем он снова замычал, настойчиво кивая головой.
— Я сейчас сниму скотч, — предупредил я, подходя ближе. — Если попробуешь использовать магию голоса или укусишь меня, хреново тебе будет. Ясно?
Мужчина посмотрел на пылающий огненный шар Искры, потом на пистолет Жени, и медленно кивнул.
Я превратил Инструмент в нож с узким лезвием и поддел скотч, разрезал все слои разом. Ухватился за край и резким движением сорвал ленту.
Ершов жадно хватанул воздух, закашлялся, поморщился от неприятных ощущений на коже вокруг рта и…
— Какого хрена вы телитесь⁈ — заорал он охрипшим, сорванным голосом. — Развязывайте, мать вашу! Немедленно!
— За что они тебя так? — спокойно спросил я, игнорируя его крик.
— Да за то,
