class="p1">— Ты видел их лица? Они бы запросто сделали из нас барбекю, и никакая кара небесная или скорое знакомство с твоим отцом их не остановила бы, — покачал головой Егор. — Точнее, они находились бы в предельном восторге после встречи с Александром Наумовым, вот только нам было бы уже всё равно.
— И как нам всё-таки связаться хотя бы со школой? — задрав голову, я принялся разглядывать луну. — Ни воды, ни еды, сами непонятно где, и неизвестно, как из этой передряги выбраться. В идеале, надо ещё Гвэйна найти. Хотя сегодня, оказывается, полнолуние, и вряд ли последнее возможно, — последнее предложение я произнёс на грани слышимости.
— Я могу помочь, если хочешь, — за спиной со стороны болота раздался знакомый скрипучий голос.
Ванда завизжала, а Егор вскочил на ноги, пятясь от воды. Не знаю, как остальные, а вот я был безумно рад встрече со своим старым знакомым.
— Хмырь, я так рад тебя видеть, ты даже не представляешь! — до объятий, конечно, не дошло, но руку болотному чудищу я всё-таки пожал. Ванда резко замолчала, а Дубов обессиленно рухнул на землю.
— Только не говори, что вы знакомы, — Ванда присела рядом с Егором, прижимая к груди топор.
— Хорошо, не буду говорить, — я улыбнулся ей и повернулся в сторону Хмыря. — Не хочу показаться бестактным, но ты как здесь оказался? Ты же живёшь возле школы.
— Ты умеешь задавать самые главные вопросы в сложных ситуациях, — болотник хмыкнул и зажёг несколько светляков щелчком пальцев. — Я дух, а не материальная сущность, — начал объясняться Хмырь. — Поэтому я могу перемещаться на любое расстояние в пределах родственной стихии, конечно. Духи нематериальны. Материальна только оболочка, в которой дух предстаёт смертным. Я дух болот, для меня все болота связаны, и я могу перемещаться между ними. Болото, на котором стоит школа — моё материнское. Если его не станет, не станет и меня. Всё ясно?
— Но ты говорил, что вполне материален, — я нахмурился.
— А я ничего такого не говорил, ты что-то путаешь. Так помощь моя нужна, или нет? — спросил Хмырь нетерпеливо.
— А что ты всё-таки здесь делаешь? — я прищурился. То, что Хмырь появился здесь в одно время с нами, выглядело очень подозрительным. А то, что он оказался духом, способным перемещаться в разные части света, меня, если честно, немного огорошило.
— Может, я проникся к тебе любовью и уважением? — хохотнул болотник.
— Любовью и уважением ты, безусловно, проникся. И произошло это много веков назад. Вот только я к этому имею весьма опосредованное отношение.
— Твоя семья…
— Да-да, вечно всё опошлит, — перебил я его, скрестив руки на груди.
Хмырь в ответ лишь покачал головой и поманил меня к себе пальцем, прося, чтобы я подошёл поближе. Видимо, разговор не был предназначен для посторонних ушей. Я начал двигаться в сторону духа болот.
— Может, не надо? — обеспокоенно спросила Ванда, вцепившись в топор так, что пальцы её рук побелели от напряжения. Егор поддержал её молчаливым взглядом.
— Не беспокойтесь, — я улыбнулся и продолжил путь.
Когда я подошёл к Хмырю, он махнул рукой, пойдём, мол, дальше. Мне ничего не оставалось, как двигаться следом за ним.
Когда мы отошли на достаточное с точки зрения болотника расстояние, нас уже не было видно с берега. А темнота наступающей ночи скрыла от меня друзей. Болотник щёлкнул пальцами, и прямо посреди болота образовались два удобных пня. Так как ноги меня практически не держали, я плюхнулся на этот импровизированный стул, даже не спросив разрешения.
— То, что я тебе скажу — очень важно. — Болотник уселся напротив и пристально посмотрел мне в глаза. — Мой долг служить твоей Семье, Дмитрий, и помогать по мере своих сил. Пожалуйста, не перебивай. Я сначала тебе всё расскажу, а потом можешь задавать вопросы, хорошо? — я утвердительно кивнул. — Зная тебя и твою способность встревать в неприятности, твой крёстный связался со мной и попросил за тобой присмотреть. Дух я, конечно, древний, но не очень сильный. Я не мог с тобой связаться раньше, потому что ты даже к заболоченной луже не подходил.
— Ты знаешь, что здесь происходит? — я не удержался и задал вопрос, воспользовавшись тем, что Хмырь ненадолго замолчал.
— Да, знаю, — он кивнул. — Именно поэтому я позвал тебя на разговор. При твоих друзьях я все же не рискнул бы без надобности проявляться. Здесь есть нечто, что в несколько раз сильнее меня. И он не даёт мне уйти к моему материнскому болоту. Тёмный дух, скорее всего, кем-то управляемый. Он стережёт местные границы и не даёт ни войти в эту местность нечеловеческим обитателям этого мира, ни выйти из неё. И появился он через день после того, как вы сюда на прибыли.
— Так, стоп. У меня не укладывается в голове. Духи, нечеловеческие сущности… Откуда эти духи взялись? — я хмуро смотрел на него. Как будто мне оборотней с призраками не хватает. Ещё и духи какие-то нарисовались, хрен сотрёшь.
— Духи были всегда, везде и во все времена. Домовые, лешие, болотники, — он показал своими лапами на себя. — Почти все вымерли, ещё до Первой магической войны. Сейчас большинство духов обитает в мире, которым правит Прекраснейшая. Их много, но сами они выбраться оттуда не могут. Их можно только призвать магическим сильным ритуалом. И управлять ими с помощью этих ритуалов можно. Что, конечно же, духам не слишком нравится. Поэтому даже очень добрый домовой впоследствии может стать очень нехорошим полтергейстом, если с ним не слишком хорошо обращаться. В общем, Дмитрий, я о чём хотел с тобой поговорить. Разорвать связь духа с его хозяином может только Тёмный маг. То есть ты.
— Но как я смогу это сделать? Я же не знаю ни одного ритуала, — я ошарашенно посмотрел на Хмыря.
— Тебе и не нужно это знать. Достаточно разломать алтарь или артефакт, удерживающий духа. Твоя кровь всё сделает за тебя. — Пояснил болотник.
— Радужная перспектива. — Я поёжился.
— Какая есть, — он развёл руками.
— И это всё? — спросил я, глядя на него с подозрением.
— Сказал всё, что знаю, — серьёзно кивнул он. — Тебе пора возвращаться к друзьям, а то они уже наверняка думают, что
