тоже хватаясь за тюк.
Если Яр пытался более-менее мирно решить вопрос, напарница Змея сразу же перешла к грубой силе. С треском выдернув драгоценный груз из рук мужчины, она швырнула его за спину, и шелка разных цветов разлетелись по пыльной земле, красивыми волнами стелясь у ног зевак.
– Не-е-ет! – плаксиво взвыл бунтарь, бросаясь собирать свое сокровище, но его за шкирку оттащила Талина.
Обнимаясь с тем, что успел подобрать, бунтарь жалобно икнул, когда Талина с легкостью отбросила его в сторону, продемонстрировав всем свою невероятную силу.
– Сжечь барахло, если он еще раз к нему прикоснется. Все понятно? – отдала она жесткий приказ.
– Понятнее некуда, – ехидно ухмыльнулся Яр.
Поняв, что товар не спасти, бунтарь зашелся жалобным скулежом, что эти ткани – все его состояние, и лучше бы ему погибнуть от рук одержимых, чем вернуться домой ни с чем.
– Меня жена убьет, – простонал он, хватаясь за голову, и медленно опустился на землю. – Убьет!
И вид у него был такой жалобный – намеренно не изобразишь. Похоже, взаправду переживал, но, увы, жизнь важнее тряпок. И не он один терял свое ценное имущество.
Пока Талина отчитывала Яра за то, что тот сразу ее не позвал и не отправил Змею следующего жителя, я подошла к рыдающему над пожитками бунтарю и подняла отрез ткани ярко-зеленого цвета.
– Словно трава, – удивилась я. – А на ощупь все равно что лепесток цветка.
Будучи ловцом, я не нуждалась в подобной роскоши. Одежду нам шили портные, и выбор ткани оставался исключительно за ними. Как правило, они отдавали предпочтение хлопку и льну, поэтому для меня было в новинку подержать в руках шелк.
– Самый лучший во всем Сареме, – грустно произнес торговец. – Никогда не возил его сюда, а тут вдруг захотелось.
Он утер рукавом нос:
– Вот я дурак!
– Теперь ничего не поделаешь, – позволила я скользнуть нежной ткани обратно на землю. – Жизнь дороже, но если и попытаемся спасти ваш товар, вода все равно его испортит.
– Да Истин с этой водой! – отчаянно воскликнул мужчина, вытаскивая из-за пазухи плотный сверток. – Вот!
Он досадливо швырнул его себе под ноги.
– И ничего бы не промокло…
– Что это?
Я склонилась над непонятным предметом темно-коричневого цвета и подобрала его. Он, крепко перетянутый плетеными тесемками, был увесистым и очень плотным на ощупь.
– Кожаный мешок, – объяснил торговец. – В нем ценным вещам никакой ливень не страшен. Чего уж ливень! Жиром для пущей надежности обмазал, так хоть в реку суй!
– В реку, говоришь, – с максимально бесстрастным видом вымолвила я, а сама крепче сжала сверток, чтобы скрыть дрожь волнения.
Внутри затеплилась надежда, когда в голове созрел долгожданный пусть рискованный, в чем-то глупый и невероятный, но план. Пребывая в прострации и в предвкушении одновременно, я не сразу заметила появление Змея. Мокрый, уставший и злой, он направлялся в нашу сторону, а я бросилась ему навстречу.
– Что тут, мать вашу… – зашипел асигнатор и угрожающе надо мной навис.
Заметив радостную улыбку на моем лице, он так и вовсе озверел: дар речи потерял, а в глазах сверкнуло стальное пламя.
– Да погоди злиться! – радостно выдохнула я и стала торопливо развязывать тесемки мешка, которые, как назло, запутались.
От этого я занервничала еще сильнее, но, к счастью, Змей поубавил пыл. Теперь он смотрел на меня не с желанием испепелить, а так, словно я окончательно лишилась ума.
– Вот! – довольно воскликнула я, когда узел поддался и распустился.
– Ну? Мешок, – раздраженно заметил Змей. – И?
– В них мы переправим детей!
Глаза асигнатора начали медленно расширяться, прежде чем он успел взять эмоции под контроль.
– Может, – подозрительно спокойно проговорил он, – ты их сразу в бочку да вниз по течению?
– Не говори глупостей! – разозлилась я.
– Глупости? Между прочим, твоя идея тоже не отличается гениальностью.
– Зато она сработает. Я уверена!
– Рей, – устало потер мокрый лоб Змей. – В каком надо быть отчаянии, чтобы додуматься запихнуть детей в кожаный мешок для перевозки товара? Ты меня пугаешь…
В груди вспыхнуло пламя обиды. Стараясь сдержать его яростный рев, я закусила губу, без лишних слов развернулась и помчалась прочь.
– Ты куда? – поинтересовался Змей, а я, не оборачиваясь, крикнула:
– К сестре!
Во всем поселении был только один человек, который мог в полной мере оценить все риски. Эльма! Я поймала ее, когда она выходила из домика капитана после небольшой передышки. Выложила все свои мысли и…
– Это безумие, – возмутилась Талина, когда Эльма согласилась, что идея не так уж плоха. – Змей, ты ее наставник и твоя задача пресекать… идеи ученицы. Мы только время теряем!
– Время уже было потеряно, когда вы начали драку и прервали переправу, – прислонившись к стене хижины, парировал асигнатор. – Так что спешить нам больше некуда, а на идеи Рей мне плевать. Она уже взрослая девочка, и я не баран, чтобы с ней бодаться.
«Потому что ты козел», – мысленно ощетинилась я и одарила Змея уничтожающим взглядом.
Асигнатор достойно его встретил, улыбнулся и невинно пожал плечами. Не знаю, планировал ли он меня оскорбить или так получилось случайно, но из сказанного выходило, что среди нас двоих не баран – только он.
Талина тем временем продолжила спорить, но видя безучастное лицо Змея и заинтересованность Эльмы, плюнула на затею нас переубедить. Назвала всех присутствующих психами и обиженно отвернулась.
Пока остальные решали, кто и как будет проверять мешки на прочность и надежность, я посчитала нужным рассказать еще и о подслушанном разговоре:
– Эм… Эльма!
Сердце неистово заколотилось, стоило всем шорохам и шагам стихнуть, а присутствующим обратить на меня взгляды. Сзади донеслось предупреждающее «кхм» Талины. Похоже, она поняла, о чем я хотела заговорить, и не была этому рада.
И правда, стоило мне начать, как напарница Змея перебила и попыталась всех уверить, что страшного ничего нет:
– Ригор вскружил голову местной девице, и Древние свидетели, какими бреднями он умудрился промыть ей мозги.
Она покрутила пальцем у виска.
– После его гибели дама немного чокнулась от горя, хотя, на мой взгляд, она рехнулась еще до его смерти. Люди тупеют от любви. А стоит в любовь добавить еще долю отчаяния, тогда тупые люди совершают невероятно идиотские поступки.
– Как категорично и печально, – похлопал в ладоши Змей, стоя у выхода из хижины.
Талина стрельнула в него злым взглядом и с улыбкой попросила заткнуться, на что Змей принялся откровенно над ней потешаться. И пока асигнаторы спорили, Эльма тихо меня окликнула:
– Рей?
Я опустила голову, не зная, что ей ответить, и не понимая, почему Талина постаралась скорее замять эту историю. Спорить я не решилась, но не побрезговала намеком, что к жителям стоит относиться внимательнее:
– Просто будьте осторожнее,
