чтобы никто не смог застать вас врасплох, – предупредила я, а Эльма кивнула.
Мне сразу стало легче. И когда пришло время покинуть хижину Вэла, я ушла с чистой совестью.
Глава 30
Я сидела на мягкой подстилке из сена, прижавшись спиной к деревянной стене амбара. Тусклый свет ярким пятном лился из единственного окна над входом и отчаянно привлекал к себе внимание. Вот я и смотрела на освещенный участок, задумчиво крутя между пальцев соломинку.
Близился ужин, и Змей покинул амбар, чтобы принести нам чего-нибудь съестного, а я тем временем осталась следить за расставленными ловушками. Нашей целью было поймать мышь, после чего запихнуть ее в мешок из кожи и отправить под воду, чем проверить его надежность. Сначала задумка мне показалась абсурдной. К чему все эти сложности с мышью, если в поселении полно и другой живности? Я предложила вариант с кошкой, курицей, или можно было воспользоваться брошенным шелком торговца. Если ткань намокнет, – значит, мешок пропускает воду и переправлять в нем кого-либо опасно. Заодно избежали бы случайной гибели ни в чем неповинного животного. Но нет, Змей, как истинный садист, твердо настоял на поимке грызуна в самом дальнем амбаре из всех имеющихся.
Однако верить, будто мой наставник – живодер, категорически не хотелось, поэтому, немного поразмыслив, я пришла к выводу: Змей хотел со мной о чем-то поговорить. Не стал бы он просто так придумывать себе сложности. В отличие от Талины, которая почему-то предпочла не объяснять причину и так быстро свернула разговор о Ригоре. Благо, Змей все мне разжевал, когда мы покинули хижину Вэла.
Оказалось, что никто из стражей не знал о разумности разрушителей. Эльма слишком быстро потеряла сознание в битве и не успела что-либо понять, однако начала догадываться. Змей знал, что рано или поздно она все поймет, поэтому ей все рассказал, но с условием, что сестра сохранит правду в тайне. Даже от Вэла.
«Пока люди сражаются с безумцами, им проще убивать», – так он объяснил причину.
С этим было трудно не согласиться, и теперь стало понятно почему Талина вмешалась, когда я заикнулась о Ригоре. Если бы я выложила всю правду при Вэле, он бы что-то заподозрил и асигнаторам пришлось бы подтвердить, что разрушители далеко не чокнутые создания, а равные нам люди с чувствами, мыслями и целями. А это очень плохо. Сейчас поселение находилось на пороге грандиозной битвы, и сомнения неуместны. Они могли ослабить твердость руки, сжимающей клинок. Малейшее колебание воинов способно унести больше жизней, чем слабость. Тем более если кто-то струсит и решит сдаться в обмен на пощаду.
Однако дело не только в боевом духе стражей, но и в самих жителях. Пока они в поселении, опасно вообще о чем-либо говорить. Одно дело – о разрушителях обмолвится кто-то из местных, другое – кто-то из асигнаторов или стражей. Поэтому лишний раз стоило держать язык за зубами. Даже если кто-то что-то и заподозрит.
– Ну что? Кто-нибудь попался? – отвлек меня от раздумий вернувшийся в амбар Змей.
– Нет, – коротко ответила я и приняла из его рук тарелку с похлебкой.
А когда асигнатор сел рядом – решила сразу поговорить с ним начистоту:
– Зер.
– М?
– Если хочешь о чем-то поговорить, то не тяни время.
– С чего ты решила, будто я хочу с тобой о чем-то поговорить? – зачерпнул он ложкой бульон и с хмурым видом вылил его обратно в тарелку. – Это издевательство какое-то… Одна трава и никакого мяса!
– Чем богаты, тем и рады, – пожала я плечами, вылавливая ложкой картофель, а капусту отодвинув в сторону. – Стражам приходится экономить.
– Не оправдывай их, – заглянул он в мою тарелку. – Сама не любишь овощи.
– Просто не голодна… И не переводи тему!
Змей только насмешливо хмыкнул и отправил пару ложек похлебки себе в рот, после чего с недовольным видом отставил тарелку, посетовав на то, что «варево» безвкусное.
«Неженка», – мысленно упрекнула я, но сама доедать свою порцию похлебки тоже не стала. Видя, что продолжать трапезу я не собиралась, Змей достал из мешочка на поясе ломоть вяленого мяса и, не без усилий разорвав его, вручил мне половину. Грех признаваться, но такому ужину я была больше рада, чем несоленой жиже с овощами.
– Никаких разговоров я не планировал, – признался асигнатор, уминая свой кусок мяса.
– Тогда что мы здесь делаем?
– Пытаемся друг к другу привыкнуть.
Я чуть не подавилась от услышанного. Змей оправдания оригинальнее не придумал? Или привычки для него важнее жизней детей, которых мы пытались спасти?
– Ты… ты издеваешься?
– Отчасти, – довольно улыбнулся он.
– Тогда советую тебе прекратить, иначе…
– Иначе что?
Он расслабленно откинулся на стену амбара, закинул руки за голову и прикрыл глаза.
– Опять поругаешься со мной?
– Например. Или вылью тебе на голову похлебку, – с невозмутимым видом я отщипнула кусочек вяленого мяса. – Потом полночи будешь выковыривать капусту и картошку из своей шевелюры.
– Эй! – возмутился Змей.
– И помощи от меня не жди.
– Ну и ученица мне досталась, – фыркнул он, а я парировала:
– Поверь, мой наставник еще непутевей твоей ученицы.
И отправила в рот остатки мяса. Отчего-то вспомнилась стряпня Тогриана. Все бы сейчас отдала ради ароматной крольчатины, которую мне довелось отведать в лесу.
– Тог тоже участвует в осаде? – поинтересовалась я, проглотив жесткий и переперченный кусок вяленого мяса.
– Все может быть. Узнаю наверняка, когда с ним встречусь.
– И скоро ты с ним встретишься?
– Боюсь, что нет.
– Из-за меня? – догадалась я.
– Отчасти, – выдохнул асигнатор и замолчал.
– Зер.
– М?
Я набрала побольше воздуха и повторила:
– Все-таки что мы здесь делаем? Есть много других способов проверить мешки.
Он открыл глаза и нахмурился.
– Рей, я правда не думал вести с тобой какие-либо важные беседы, – обратил на меня стальной взор Змей. – Всего-то захотел побыть подальше от людей.
– Подальше от людей? – вскинула я бровь. – Тогда кто же я в твоем понимании? Не человек?
– Ты моя ученица, что делает тебя… несколько интереснее человека.
– Ну, спасибо, – фыркнула я. – Статус, о котором мечтала всю жизнь.
Змей лукаво улыбнулся:
– Рад был угодить.
Он поднялся на ноги и, подобрав с пола все еще полные похлебки миски, без малейшего сожаления выплеснул их на улицу. Птицы, сидевшие на крыше амбара, темными стрелами промелькнули в окне, и, судя по радостному чириканью за дверьми, им стряпня местных поваров точно пришлась по вкусу.
– Не удивлюсь, если после такой готовки стражи помрут без войны, – проворчал Змей, с противным лязгом бросив металлические миски на пол.
– Ты преувеличиваешь.
– Всего лишь проявляю недовольство.
Он прошелся по амбару и склонился над ловушкой из деревянного короба и засохшей ветоши, которую мы спрятали среди
