прочёл незнакомое мне заклинание, и оконные створки подались, раскрылись вовнутрь. Мы проникли в святая святых Родинки. Немного запутавшись в задернутых плотных шторах, что несколько нарушило торжественность момента.
Ирис от широты души сотворил горсть светлячков, рассыпал их по столу, и по-хозяйски прошелся по ковру кабинета.
- Какая-то важная шишка здесь квартирует, - сказал он.
- Надо его бумаги глянуть, тогда всё станет ясно, - я прикрыла оконные створки, чтобы снаружи не было заметно, что окно вскрыто. Поправила шторы. – И, хорошо бы, ключи найти.
- Какие? – удивился Ирис.
- Да хоть какие, можно будет проверить окрестные замки.
- Я могу любой замок открыть, - напомнил Ирис.
- К этому я ещё не привыкла, - призналась я. – Хорошо, давай начнем с бумаг.
- Ты смотри стол, я проверю стены. Самое важное должно быть надежно припрятано.
Ирис двинулся по кабинету, осторожно простукивая стенные панели.
Я подошла к огромному письменному столу. Тык-с, в одном из нижних ящиков лежит дамская сеточка для волос. А вот что хранится в остальных?
Счета, деловые письма. Бумага для записей.
Я дёрнула один из ящиков – в нём лежала старинная книга. С выломанным замочком на переплёте. Знакомая вещь! Именно она красовалась на столе Серого Ректора в день, когда меня арестовали и вышвырнули из Пряжки прямо в зубы драконов. Он берёг эту книгу, как зеницу ока. Именно по ней он восстанавливал надпись, веря, что обретёт драконьи сокровища! Значит, не оставил книгу там, в пансионате, прихватил с собой, держит под рукой. Ладно, запомним.
Снова бумаги. Но уже не простые, а с тиснением, с гербами и печатями, для важных распоряжений.
- У меня один тайничок нашёлся! – довольно сообщил Ирис. – Сейчас открою.
Он выстучал-таки пустоту за одной из панелей.
Это был тайник, в котором лежали деньги. Наверное, никто так не огорчался при виде тайника с деньгами, как мы. Но не это нам требовалось!
Расстроенный Ирис продолжил поиски. Он подобрался к картине, висевшей на стене кабинета. Картина изображала Родинку, что называется, в рассвете лет, когда её ещё не пообтрепали бунты и волнения. Тяжёлая картина плотно примыкала к стене, подвешенная на металлических канатиках к туго натянутой струне на потолке. Струна была длинной, во всю стену.
- Странно, что картина всего лишь одна, - заметила я. – Тут целую галерею разместить можно…
Ирис тронул массивную раму – картина чуть продвинулась по струне.
- Многие люди считают, что живописные полотна просто созданы для того, чтобы прятать под ними тайники, - объяснил он мне важно. – Сейчас узнаем.
И он сдвинул картину в сторону, как тяжелый театральный занавес.
Но никакого тайника под ней не было.
К стене была прикреплена большая, подробная карта Родинки. Только немного странная, заляпанная.
- Ну, кое-что! – несказанно обрадовался Ирис. – С картой на руках уже можно вести поиски свода заклинаний. Её нужно срисовать. Только быстро – нам бы пора и закругляться, ночь не бесконечна, скоро нас хватятся.
- А давай её оба срисуем? – предложила я. – Бумагу я нашла. А потом, на свежую голову, сравним.
- Давай, - согласился Ирис.
Расположившись за длинной частью Т-образного стола, прямо напротив карты, мы принялись её перерисовывать. Наверное, в обычное время на наших местах сидели подчиненные Серого Ректора, которых он распекал во время заседаний.
Моя карта получалась какая-то кособокая, как я ни старалась водить карандашом по бумаге, высунув кончик языка от усердия. Но я срисовала все цифры и буквы, даже самые непонятные. И кляксы тоже, на всякий случай. Ну и своих помарок наставила, не без этого.
У Ириса рука была потвёрже, его Родинка больше походила на настоящую.
- А какие карты я копировал в магазинчике отца Вишенки, - вздохнул он, заметив мой взгляд. – Мечтал, что буду капитаном и поплыву в южные моря…
- А что мешает воплотить мечту? – удивилась я. – Ты же не старик, вполне можешь стать капитаном, даже если начнешь с матроса.
- Сейчас? – изумился Ирис. – Кому сейчас нужны карты, плавания, новые земли? Все думают только магии, Медбрат её побери! Сидя в столице, необходимых знаний не получишь, а моя семья вряд ли отпустит меня на побережье. А собственными средствами для покупки судна я пока не располагаю.
- У нас Тропинка, помимо того, что королева, так ещё и капитанша, - заметила я. – Она же с морского архипелага. Поговори с ней – возможно, её заинтересует экспедиция на юг. А ты сможешь выступить в роли штурмана, знающего карты.
- Как только разнесём в клочья здешний свод заклинаний – обязательно! – шутливо пообещал Ирис.
Он завершил свою копию, скатал лист в трубочку и присоединил к записной книжке. Мне пришлось свою работу сложить квадратиком и засунуть под корсет.
Картина вернулась на место.
Ирис гасил светлячки на столе, один за одним.
- Главное теперь - все следы замести, - мурлыкал он. – Ты готова? Полетишь первой, а я окно запечатаю, как было.
- Хорошо! – легко согласилась я.
Балансировать на окне в платье со шлейфом мне совершенно не хотелось.
Ирис распахнул створки, впуская свежий ночной ветер в кабинет, и я без долгих промедлений взлетела, чтобы попасть на башню. И пока Ирис возился с окном, прикрывая шторы и восстанавливая запоры, я смотрела на город, как в прошлый раз нашла крышу тётушкиного особнячка, храм, ипподром. Ипподром ещё светился, а вот остальной город крепко спал. А к Родинке летело несколько тёмных фигур. Они были далеко, не преодолели и половины пути, но и Ирис пока ещё копошился на окне, не трогаясь с места.
Я заметалась по башне, не зная, то ли мне срочно лететь к нему, чтобы предупредить, или лучше не паниковать, ведь лишние полёты туда-сюда могут привлечь внимание как охраны, так и возвращающихся с праздника нынешних хозяев острова.
Но, к счастью, пока я думала, Ирис завершил работу и перемахнул на башню.
- Смотри! – ткнула я в сторону правого берега. – Летят!
- Тогда давай подождём, не
